Фердинанд и Пуш

Жутауте Лина

— Но такая уж у меня слабость, — продолжала собака, — люблю попугать незваных гостей. Кроме того, мне никогда ещё не доводилось видеть кота без усов, с половинкой хвоста, да ещё к тому же с писклявым цыплячьим голоском. А кто такой этот Пуш?

— Он мой друг, такой маленький беленький щеночек. Когда я видел его в последний раз, он сидел в ящике с решёткой. Надеюсь, он ещё жив, — и Фердинанд снова почувствовал комок в горле.

— Хм… Понимаю. Попробуй поискать его за домом, в саду.

Фердинанд поклонился, поблагодарил, и всё так же бочком, не сводя глаз с собаки, направился

в сад.

— Друлис! — внезапно грянуло на весь Двор.

Фердинанд шмыгнул в первую попавшуюся щель, куры с кудахтаньем попрятались по кустам, а здоровенная псина угодливо припала на передние лапы, ткнулась головой в землю и радостно завиляла хвостом.

Из-за угла дома вышел какой-то сутулый человек и направился к собачьей будке.

— Друлис! — человек наклонился и ласково потрепал собаку по голове. — На, это тебе.

И в засиженную мухами железную миску плюхнулся дымящийся кусок сочного мяса с торчащей из него костью. Пёс благодарно лизнул морщинистую руку хозяина и жадно набросился на еду.

Вид этого пожилого человека Фердинанду доверия не внушил. Длинные седые волосы, собранные в хвост, спускались ниже лопаток. Из-под криво надетой шляпы, в незапамятные времена — ковбойской, виднелся старый шрам, пересекавший правую щёку. Кустистые брови нависали над глубоко посаженными тёмными глазами, а усы были такие густые и разлохмаченные, что казалось, будто это вовсе никакие не усы, а большая раскормленная крыса, застрявшая между носом и подбородком.

Знакомство с курицей

Коту совсем не хотелось, чтобы человек его заметил, и он проворно спрятался под одним из ящиков, сваленных у забора.

— Кажется, сегодня тревога ложная, — услышал он совсем рядом с собой и оглянулся, но никого не увидел.

— Кто тут разговаривает?. — прошептал кот, не переставая озираться.

— Это я, Петуния, — послышался откуда-то слева тот же голосок.

Фердинанд глянул в щель между досками. Втиснувшись между двумя огромными бутылями из прозрачного стекла, в каждой из которых свободно поместились бы по шесть с половиной котов, стояла, едва дыша, белая курочка.

— А что бывает, когда тревога не ложная? — забеспокоился Фердинанд.

— Ооо! — протянула курица Петуния, многозначительно покачав головой. — Тогда, братец, берегись!

Человек всё ещё стоял около собаки и изредка поглаживал дворового сторожа по спине.

— Иногда он возвращается домой страшно голодный, и тогда ни о чём, кроме еды, и думать не может. А если в доме есть нечего — не собаку же ему лопать! Тогда нам, курам, приходится туго, — тихо проговорила Петуния и, на миг высунув голову, быстро огляделась. — Он начинает гоняться за нами по всему двору, пока не поймает кого-нибудь, и тогда несчастной приходится проститься с жизнью. Только в последнее время он каким-то нерасторопным сделался, видно, стареет. Как и Друлис.

— Кто?

— Друлис,

наш сторож. Он хороший пёс, без дела не лает. Хозяин им очень гордится. Раньше они вместе охотились.

— Значит, этот человек — охотник? А на кого он охотится? — вслух полюбопытствовал Фердинанд, а про себя прибавил: «Надеюсь, не на котов».

— Точно не знаю, — ответила Петуния, — ни разу не решилась подойти поближе и посмотреть. Но вчера я плохо спала, наверное, оттого что слив с вечера наклевалась не в меру. А потому сегодня, едва рассвело, вышла подышать свежим воздухом и увидела, как он возвращается с ловушкой в руках. В ящике, наверное, кто-то сидел: я давно не видела хозяина таким весёлым. Не иначе, попался тот хорёк, который в прошлый раз утащил мою…

Но Фердинанд уже не слушал. Сердце у него сильно забилось, желудок сжался, а в голове зазвенело.

— Где охотник держит ловушку? — перебил Петунию Фердинанд.

Курица вздрогнула и замолчала. Растерянно поглядела на кота и шёпотом ответила:

— В кладовой за домом. Только туда не залезешь когда вздумается, дверь всегда заперта.

Фердинанд вновь ощутил прилив смелости. Быстро приподнял край ящика и, одним прыжком оказавшись у старой покрышки, спрятался внутри неё.

— Будь осторожен, хозяин терпеть не может…

Фердинанду уже не было дела до того, что она там кудахчет. Чуть выждав, он с покрышки прыгнул на опрокинутую бочку, а с неё резво скакнул в кусты смородины. До сада оставалось совсем чуть-чуть, несколько шагов. Кот оглянулся на охотника. Тот сидел рядом с досыта наевшимся Друлисом и ласково почёсывал собачий затылок. Ещё три… четыре… пять прыжков — и Фердинанд оказался в саду за домом.

Неожиданная помощь

Сад у охотника был старый и запущенный. Кривые яблони с давно не белёными стволами провожали грустными взглядами падавшие с них яблоки, которых никто не подбирал. А трава вымахала до того высокая, что Фердинанд мог смело идти, задрав хвост, — даже тогда он остался бы незамеченным.

С задней стороны дома к стене лепилась пристройка — такая же обветшалая, как и сама избушка, с крохотными окошками и большим непобедимым замком на двери. Фердинанд, затаив дыхание, бесшумно подобрался к кладовке, но не нашёл ни единой щёлочки, через которую можно было бы попасть внутрь. «Попробую через окно», — решил Фердинанд и, подпрыгнув, вцепился когтями в деревянный подоконник. Окно было закрыто, да ещё и заперто изнутри на крючок, но узенькая щёлочка всё же осталась! «Ура!» — обрадовался кот и, не удержавшись, шлёпнулся на землю.

— Мяуууу! — у Фердинанда потемнело в глазах от боли: ему в бедро впился большой ржавый гвоздь, валявшийся в траве с тех пор, как охотник чинил крышу.

— Тише ты, а то плохо будет! — услышал он знакомый голосок, и из травы выбралась курица Петуния.

— Ты что, следишь за мной? — сердито прошипел Фердинанд, зализывая рану.

— Я только помочь хотела, — ответила курица и, ухватив клювом гвоздь, отбросила его в крапиву.

Фердинанд покосился на Петунию и вздохнул.

— Ну ладно, тогда помоги мне попасть в кладовку.