Ферма трупов
Шрифт:
— Никаких, кроме обстоятельств смерти, — ответила я.
— Он работал над делом Эмили Стайнер.
— Это и имеется в виду под обстоятельствами, — сказал Марино.
— Да уж, во всех новостях только про нее и говорили.
— Еще сегодня утром мы вместе были на совещании в Квонтико по этому делу, — добавила я.
— А потом он, значит, возвращается домой, и нате вам. — Кац задумчиво взглянул на тело. — Мы тут, кстати, некоторое время назад исследовали тело проститутки, найденное в
— Кей? — В дверях появился Уэсли. — Можно тебя на минутку?
— С помощью этой штуки? — спросил Марино.
— Да. Еще у нее были накрашены ногти, и, как выяснилось, с ними тоже очень удобно работать.
— В каком смысле?
— В смысле отпечатков.
— И куда сейчас все это дело?
— Не суть важно. Я собираюсь обработать всю комнату целиком. Обстановка, боюсь, будет испорчена.
— Ну, хозяин вряд ли станет жаловаться.
Мы с Уэсли вышли из комнаты. Внизу, в кухне, у телефона стоял стул. Видимо, именно здесь Мот просидел несколько часов, ожидая нашего прибытия. Рядом на полу стоял стакан с водой и забитая окурками пепельница.
— Взгляни, — сказал Уэсли. Он нередко находил самые неожиданные улики в самых неожиданных местах.
Двойная мойка была заполнена продуктами, которые он достал из морозилки. Уэсли развернул небольшой плоский сверток, упакованный в белую бумагу для заморозки. Внутри обнаружились какие-то сморщенные лоскутки, высохшие по краям и желтоватым цветом напоминавшие вощеный пергамент.
— Есть хоть один шанс, что мои предположения ошибочны? — спросил он мрачным тоном.
— Боже мой, Бентон! — потрясенно произнесла я.
— Лежали в морозилке, поверх всего остального — готового фарша, свиных отбивных, пиццы. — Он поочередно тыкал в продукты затянутым в перчатку пальцем. — Я надеялся, ты скажешь мне, что это куриная кожа либо какая-нибудь наживка для рыбалки или что-то в этом роде.
— На ней нет дырок от перьев, и волоски слишком тонкие — как у человека.
Он молчал.
— Нужно поместить ее в сухой лед и забрать с собой в Квонтико, — сказала я.
— Пока мы остаемся здесь.
— Чем скорее будет сделано иммунологическое исследование, тем скорее мы получим подтверждение, что кожа принадлежит человеку. Анализ ДНК установит — кому именно.
Он сунул сверток обратно в морозилку.
— Сперва надо проверить на отпечатки.
— Можно переложить ткани в пластиковый контейнер, а бумагу отправить в лабораторию, — предложила я.
— Хорошо.
Мы вновь поднялись на второй этаж. Мой пульс все не желал успокаиваться. В конце коридора перед закрытой дверью стояли Марино и Кац. В дыру на месте дверной ручки был просунут
Уэсли до сих пор не упомянул о наиболее очевидном обстоятельстве, поэтому это сделала я.
— Бентон, на теле нет ни следов укусов, ни признаков того, что кто-то пытался удалить их или что-нибудь еще.
— Знаю, — ответил он.
— Уже почти готово, — сказал Кац, когда мы подошли к двери. — На комнату такого размера нужно не больше сотни капель суперклея.
— Пит, — сказал Уэсли, — у нас непредвиденное осложнение.
— Я думал, на сегодня лимит исчерпан, — пробурчал Марино, тупо уставившись на шланг, закачивавший в комнату ядовитые испарения.
— Кажется, достаточно, — объявил Кац, как обычно, невосприимчивый к настроению окружающих. — Теперь осталось только избавиться от оставшихся паров. Надо проветрить комнату, это займет пару минут, не больше.
Он открыл дверь, и мы отпрянули, однако Каца сшибавший с ног запах, казалось, совсем не беспокоил.
— По-моему, он балдеете этой отравы, — пробормотал Марино, когда Кац вошел в комнату.
Уэсли перешел прямо к делу.
— У Фергюсона в морозилке найдено что-то похожее на человеческую кожу.
— Что ты сказал? — ошеломленно переспросил Марино.
— Пока сложно предполагать, с чем мы столкнулись, — добавил Уэсли. В комнате зашумели лопасти вентилятора. — Один из местных детективов найден мертвым, изобличающие улики лежат вперемешку с его гамбургерами и пиццей. Другой детектив свалился с инфарктом. И убита девочка одиннадцати лет.
— Вот черт! — произнес Марино, весь побагровев.
— Придется провести здесь несколько дней. Надеюсь, одежды вы взяли с собой достаточно, — закончил Уэсли, взглянув на нас обоих.
— Вот черт! — повторил Марино. — Чтоб этого ублюдка…
Я знала, о чем он думает, и какая-то часть меня надеялась, что Пит ошибается. Впрочем, если это не Голт вновь затеял свои жуткие игры, ситуация только усложнялась.
— В доме есть подвал? — спросила я.
— Да, — ответил Уэсли.
— А большой холодильник?
— Не видел. Но как раз в подвал я еще не спускался.
Кац выключил вентилятор в спальне и жестом показал, что мы можем заходить.
— Да уж, это дерьмо теперь хрен отчистишь, — оглядываясь вокруг, сказал Марино.
Пары суперклея осаждаются в виде белого налета, прилипающего намертво, как цемент. Такой налет теперь покрывал все в комнате, включая тело Фергюсона. Кац, направляя фонарик под разными углами, подсвечивал разводы, проступившие на стенах, мебели, подоконниках и развешанном над столом оружии. Однако внимание эксперта привлек только один след.