Ферн

Гринвуд Лей Б.

– Почему ты убил Троя? Он шантажировал тебя?

– Негодяй, – взорвался Белтон. – Мой отец умер пару лет назад и оставил мне в наследство много земли. Мне нужно было остаться в Чикаго и продать всю эту землю, но я подумал, что буду в безопасности в Топека. Я не думал, что окажусь в Абилине. И вот несколько месяцев назад я наткнулся на Троя. Он был пьян, но узнал меня. К этому времени я уже преуспевал, у меня была репутация добропорядочного гражданина. Трои и не собирался разоблачать меня. Он просто хотел, чтобы я его всю жизнь снабжал деньгами.

На работе у меня он только числился и получал зарплату.

– Итак, ты убил его. Но зачем ты свалил все на Хэна?

– Если бы я мог натравить город на техасцев, они бы перестали заниматься здесь скотопродажей. Без техасской лихорадки моя земля вдвое или даже втрое поднялась бы в цене.

– Так я и думала, – сказала Ферн.

– Ты так же умна, как и красива. Я понимаю, почему Мэдисон Рэндолф хочёт сделать тебя своей любовницей.

– Ничтожество! – воскликнула Ферн. – Он хочет жениться на мне.

– Может быть, и так, – сказал Белтон, пристально посмотрев на Ферн, – но сейчас уже поздно. Ему нужно было увозить тебя в Бостон до этой вечеринки.

– Что ты собираешься со мной делать?

– Я собираюсь закончить то, что начал делать восемь лет назад.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

Белтон облизал губы, потом оскалил зубы, как волк, перед тем как наброситься на свою жертву.

– А после этого, боюсь, тебе придется отправиться туда же, где находится твой двоюродный брат.

Она видела, что он едва сдерживает себя. Он улыбался, но это была улыбка койота, который чует добычу. Ферн похолодела от страха, но не потеряла голову. Она всю жизнь была борцом.

Он отошел от окна и подошел к кровати. Ферн чуть не впала в панику, заметив, как он возбужден. Она лежала связанная на кровати и не могла пошевелить ни ногой, ни рукой.

– Ты меня привела в замешательство, когда я увидел тебя на той вечеринке. Я не представлял, что ты скрываешь под овчинным жилетом. – Он стоял рядом с кроватью и смотрел на грудь Ферн. А она думала о том, вернулся ли уже Мэдисон и его братья из Топека. Несомненно, они сразу же отправятся на ферму, как только Уильям Генри сообщит им, куда уехала его мать. Они найдут Розу. Она будет в безопасности, но Мэдисон не будет знать, где ему, искать Ферн. Она была предоставлена самой себе.

– Почему ты прятала себя?

– Я пряталась от людей, как и ты, – ответила Ферн.

– Тогда тебе никогда не нужно было надевать платье.

Ферн не нравилось, как горят его глаза. Она решила, что не позволит ему изнасиловать себя, не даст осквернить ее чудесную близость с Мэдисоном. Но она понимала, что прежде всего ей надо остаться в живых.

Возможно, этот человек сумасшедший. А если так, то одно неосторожное слово или движение могут спровоцировать его на убийство.

Неожиданно Белтон протянул руку к ее груди. Ферн вся сжалась.

Его рука так и не коснулась ее груди. Он улыбался. Он дразнил ее, наслаждаясь пыткой.

Ферн думала, что страх станет сковывать ее, парализует

ее. Но он уже не имел такой силы над ней, как прежде. Она чувствовала одну лишь ярость от того, что этот человек думает, будто имеет право надругаться над ее телом.

Она чувствовала, как он касается ее своими пальцами, пробегая ими по пуговицам ее рубашки. Белтон буравил Ферн своим взглядом. Он выбрал одну пуговицу и расстегнул ее. Ферн, не моргая, бесстрашно смотрела ему в глаза. Он хотел лишить ее присутствия духа. Но теперь она уже не была беспомощной девочкой-подростком. Она была женщиной, с которой ему нелегко будет справиться.

Ферн ждала.

Неожиданно он схватил ее рубашку и разорвал ее на груди Ферн. Звуки отрывающихся пуговиц и рвущейся материи заглушили ее слабый вскрик, но она поняла, что он увидел страх в ее глазах. Она с трудом сдержалась и не закричала.

Садистская улыбка играла на губах Белтона, когда его пальцы пробирались через порванную рубашку к груди Ферн. Белтон присел на край кровати. Его рука лежала на ее груди.

Она чувствовала его дыхание на своей шее.

– С той ночи я все время думал о том, как снова буду ласкать тебя, – прошептал он, не отрывая взгляда от ее груди.

Выражение его лица пугало Ферн. Много раз ей приходилось видеть гнев и ярость на лицах разных людей, но ей казалось, что в глазах Белтона было безумие.

Внезапно он сжал ее грудь. Он сжимал и сжимал, пока от боли на глазах Ферн не выступили слезы.

– У тебя такая белая кожа.

Страдая от боли, Ферн услышала вдруг отдаленный звук, который все приближался к домику из зерна. Стук копыт. Кто-то мчится сюда галопом. «О боже, пусть это будет Мэдисон».

Она понимала, что ей надо отвлекать внимание Белтона. Может быть, он был так занят своими безумными мыслями, что не услышит стук копыт, но рисковать Ферн не могла. Сглотнув несколько раз слюну, она, наконец, произнесла:

– Почему ты пытаешься изнасиловать, меня?

Сначала ей показалось, что Белтон не хочет отвечать ей. Он уже не так сильно сжимал ее грудь. Кажется, он погрузился в мир своих грез.

– Твоя кожа такая белая, – прошептал он, наконец.

– Почему ты был на ферме Коннора той ночью? – спросила она. Она боялась, что если она не будет говорить, то он услышит стук копыт и поймет, что кто-то приближается к домику верхом на лошади.

Белтон стал ласкать ее плечи.

– Я знал, что ты будешь идти этой дорогой домой. Я ждал тебя тогда точно так же, как сегодня.

– Но ты же не знал меня. Ты никогда меня раньше не видел.

Его руки гладили ее бедра, живот. Ферн чуть ли не трясло от отвращения.

– Я видел, как ты расхаживаешь в штанах по городу, чего порядочные девушки никогда не делают. И я видел, как все мужики обалдевают от тебя. Они могли только таращиться на тебя, на большее они не решались осмелиться. А я осмелился. Я сказал людям: интересуюсь покупкой скота, и они рассказали мне все, что я хотел знать. В том числе и то, где ты пасешь коров.