Фестиваль

Цветков Вильям

– Ясно.
– Архипов опрокинул стопку в рот.
– А мы нашли след последней жертвы. Проститутка. Теперь мы имеем - москвич и кино. Где можно посмотреть кино в одиннадцать вечера?

– Дома, - сказал Деев.
– Все закрыто. В это время только дискотеки начинают открываться...

– А видеобары, видеокафе? Что у нас есть?

– Сейчас таких уже нет, это вот раньше, в Доме быта...
– мечтательно протянул Деев, посасывая коньяк. Его зарплаты не хватало, чтобы купить видеомагнитофон, как, впрочем и Троицкого тоже.

– Постой, постой, -

Троицкий оторвался от рюмки.
– А видеоцентр?

– Он разве не закрылся?
– спросил Архипов, но через секунду взял телефон и набрал номер справочной.

– Девушка, видеоцентр.

Она сказала номер и Архипов сразу же набрал его.

Ответил приятный мужской баритон.

– Да, я слушаю.

– Скажите, это видеоцентр?

– Нет, это дискотека.

– А видеоцентр работает?

– Закрылся двадцать минут назад, - с неохотой произнес мужчина. Архипов торопился, чтобы собеседник не повесил трубку.

– Извините, а завтра там можно фильм посмотреть? Вечером?

Человек на другом конце линии наверняка был сильно озадачен.

– Ну конечно, с трех часов дня. Линия разъединилась.

– Я ему надоел, - сообщил Архипов, но все уже поняли, о чем шла речь. Значит, скорее всего, они были там. На квартиру он не повез бы ее из соображение безопасности, Мало ли что, соседи и тому подобное...

– Если завтра мы там что-нибудь узнаем, то и Москвич, в принципе, нужен, - сказал Троицкий.

– Кто знает...
– Философски откликнулся Деев.
– Бывает, что, вроде, все - вот оно, в руках - и тут какая-нибудь случайная мерзость нарушает все планы. Не так, что ли?

 Архипов знал всю истинность этих слов и поэтому старался не думать о будущем дне. Сколько еде это продлится? Неделю, две? А может два года как говорил Троицкий про дюссельдорфского убийцу.

Случайность... только на случайность приходилось рассчитывать. Убийца ошибок не допускал. Единственная его помеха состояла в том, что город еще не разросся до московских размеров. Здесь искать было, несомненно, легче.

– А Дюссельдорф - большой?
– неожиданно спросил он у Троицкого.

– Ты не поверишь, - ответил тот, - такой же как и Калининград. В конце прошлого или начале этого века. Это сейчас он заметно расширился.

– Я постоянно думаю, - начал Деев, теребя край своего костюма.
– Что же движет этим придурком?

– Даже не пытайся, - посоветовал Троицкий, - он как медуза. Плывет по течению, разве он руководствуется какими- нибудь принципами? Убил и съел. Потому то мы и не можем его поймать, что у него другая психология. Или ее отсутствие. Например, ты можешь сказать, почему собака побежала туда или сюда? Вот-вот, и она не может этого сказать. Просто побежала и все.

– Но он довольно хорошо бегает, - возразил Архипов.
– Он знает, куда бежит.

– Это все ерунда. Еще товарищ Павлов изучал такие вещи. Врожденные и приобретенные рефлексы. Он рожден убивать, хочешь ты этого или нет, надо смотреть на подобные вещи его глазами.

– В таком случае, -

медленно произнес Доев, - я вижу довольно мрачную картину. Как-будто у него не было другого выбора в жизни. Вряд ли. Что-то подвигло его этим заниматься, и таких причин, по-моему, не очень много. Он может быть психически больным и пытаться сделать мир по своему образу и подобию, таким, каким он его видит в своих бредовых фантазиях. С таким же успехом он может быть религиозным фанатиком - таких случаев можно привести миллион. Не исключено, что он наркоман.

– Но он не убивает их с целью ограбления, - сказал Архипов.

– Мы точно этого не знаем, - Деев продолжал, - а скорее всего, что все сразу в нем сплелось. Все пороки человечества. Еще секса добавить для полной картины.

Никто не сказал ни слова.

– А если его в детстве изнасиловали, а теперь он затаил злобу на весь мир?
– Архипов тоже многое бы отдал, чтобы понять, что им движет.

– И такое возможно, - вздохнул Доев.

На город опустилась глубокая ночь, по подоконнику зашелестел не то дождь, не то снег.

– Еще жажда славы, известности, - после некотором паузы сказал Деев.

– Вспомните Ли Харви Освальда. Он прославился на весь мир благодаря одному выстрелу, правда нигде не доказано, что стрелял именно он, но факт остается фактом, парень заработал своей семье состояние.

– Короче, предпосылок полно, а у нас на руках одни буквы, - подытожил Архипов.
– И мы не знаем, что с ними делать.

Глава 16.

На следующий день в шестнадцать ноль ноль Архипов и Деев стояли на ступеньках видеоцентра. Встроенное помещение в прошлом служило местом сбора всех городских видеоманов. Здесь можно было купить и запрещенные фильмы и порнографию. Теперь тут размещалась дискотека и несколько кабинок для просмотра фильмов по заказу. Фильмы то конечно редко кто приходил смотреть, но занять кабинку на полтора часа за мизерную плату и безо всяких документов желающие находились.

Они прошли в холл. Уставленное зеркалами помещение создавало впечатление внушительного пространства. В углу холла произрастал огромны зеленый фикус.

Словно из под пола перед ними появилась маленькая старушка, с ног до головы закутанная в серый пушистый платок.

– Хотите что-нибудь посмотреть?
– быстро сказала она, протягивая каталог.
– Выбирайте. Просмотр - пятнадцать тысяч.
– Сказан это, она исчезла в гардеробе.

– Бабуля, - позвал ее Архипов, - мы по делу.

– Что?
– высунулась она из-за двери, не расслышав.
– Уже выбрали? Так быстро?

– Я говорю, по делу мы. Бабка вышла, вопросительно глядя на двух молодых людей.

– Что такое?

– Где то месяц назад, - с ходу начал Архипов, - мужчина в костюме, в очках, стройный, с шампанским и девушка, молодая, лет двадцати двух, к вам не заходили? Вечером, часов в одиннадцать?

Бабка насторожилась.

– А нам какое дело, ходят тут... не знаю. Не помню. Архипов достал красную книжицу и сунул ей под нос.