Фестиваль

Цветков Вильям

– Это она и есть?
– спросил он.

– да, - ответил Василий.
– Что ты тут делаешь? Сбивчиво, постоянно путаясь, Таня объяснила что с ней произошло.

– Те, кто тебя сюда доставал, они могут ведь вернуться?
– предположил Василий, разматывая жгут на руках и ногах.
– Здорово связали! Она закивала головой, забыв, что лейкопластыря уже нет. Словно в подтверждение этих слов сверху кто-то хлопнул дверью.

– Девчонки знают?
– быстро спросил Василий Пашку.

– Нет.

– Тогда уходим. Быстро!
– зашептал он и помог Тане подняться.

– Куда?
– спросил

Павел. Василий кивнул на плотную темноту.

– Туда. Скорее.

Сверху ужи кто-то спускался и довольно уверенно. Через секунду они растворились во мраке, подгоняемые страхом. Таня с трудом передвигала затекшие ноги, опираясь на Василия.

– Ты знаешь где мы?
– шепотом спросила она его.

– Мы в немецких подземельях, под островом, - ответил он.
– Понятия не имею, что мы тут забыли. Надо как-то выбираться.

Павел шел несколько впереди, ощупывая правой рукой кирпичную кладку.

– Я здесь уже была, - несмело произнесла Таня.
– Но только не так, не наяву. Если все это правда... о, господи!

– Что?
– встрепенулся Василий, пытаясь в темноте рассмотреть ее глаза, наполненные ужасом.

– Я тебе не рассказывала... но это наверняка ночные кошмары, мне приснилось... нет, даже все было как наяву, что я иду в темном-темном подвале, вокруг абсолютно ничего не слышно и не видно. Я долго шла, пока не набрела на лестницу... спустилась и вышла на свет. Галерея образовывала полукруг и я решила посмотреть... В стене находились ними, как комнаты и из одной комнаты шел свет. Я подкралась и взглянула туда. О боже!
– Таня судорожно глотнула ртом воздух.
– я... я не помню, что там увидела... что-то страшное, ужасное. Потом побежала и меня догонял этот... не знаю кто... он меня догонял. Я сильно ударилась головой и проснулась. Голова трещала и пришлось выпить таблеток, но заснуть я больше не смогла. Василий прижал ее к себе.

– Ну, ну, успокойся. Выкрутимся... Та всхлипнула.

– А перед этим меня очень сильно ударили по голове. Я думала, что умру и ни таблетки, ни массаж, ничего не помогает. С того времени постоянно, то меньше, то сильнее. А иногда вообще сознание теряю, и все время видения...

Василий погладил ее по голове. Павел внезапно остановился и они наткнулись на него.

– Стойте, здесь поворот.

– Направо, - сказала Таня.
– Это было справа.

– Что?
– спросил Павел.

– Логово. И лестница.

– Но нас там быстро могут поймать. Давайте налево.
– сказал Василий , вслушиваясь в тишину.

– Это точно.
– Павел повернул налево и медленно двинулся дальше.

– Как вы меня нашли?
– спросила Таня немного успокоившись.

– Это все он, - сказал Павел.
– Померещилось, говорит, Таню видел с мужиком, как он туалет тебя затащил...

– В туалет?

– Ну, да, - сказал Василий.
– Я бы так никогда не заметил, но мы рядом находились, возле шашлычной. Все так быстро получилось. Там наверху биотуалеты стоят, кабинок пятнадцать. Вижу, парень с девчонкой в одну зашли. А она то ли пьяная... короче не координирует себя. Минут десять прошло, а парень один выходит. С замком поколдовал и ушел. Что за чертовщина, думаю. А девчонка слишком уж на тебя показалась похожей. Пашке сказал, подошли, а дверь заперта. Постучали - никого. И решили

посмотреть, замок простой, ножом поддели, зашли. Туалет как туалет, только запаха нет и вообще, словно им и не пользовались. Я унитаз пластиковый ногой пнул, он перевернулся и дыра под ним. Люк какой- то. Короче, назад дороги нет.

– Как вы думаете, - спросил Павел, - что вообще происходит?

– Какое-то дерьмо, - сказал Василий.
– Именно это происходит. Они остановились и опять вслушались в тишину. Музыка сюда уже не доносилась. Погони слышно не было. Впрочем, и темноте казалось, что вот-вот сзади за шею ухватятся ледяные пальцы. Или обрушите огромный кривой нож.

– Вы знаете, куда мы идем?
– прошептала Таня. Никто не ответил. Галерея изгибалась влево, незаметно спускаясь ниже и ниже. Периодически Павел щелкал зажигалкой, освещая мрачные стены подземелья. Они шли уже довольно долго и по бокам то и дело встречались ответвления и отдельные комнаты. Чтобы не потеряться, они шли только прямо.

– Ну и день рождения, - сказал Павел, останавливаясь.
– Давайте передохнем.
– Слева от них чернел коридор. Помедлив, он прошел туда. Василий пропустил Таню за Павлом и чиркнув зажигалкой, пошел следом. Комната, вероятно, представляла собой большой зал, потому что два огонька едва-едва раздвинули пологи темноты, окружившую их со всех сторон. Помещение оказалось не пустым. Павел прошел чуть дальше и остановился.

Свет его зажигалки выхватил из темноты скелет в немецкой форме, прислонявшийся к стене. В руках скелета покоился автомат. Пилотка на его черепе съехала набок и сидела явно не по уставу.

Увидев это Таня вскрикнула и отвернулась. Она хотела домой. Подземелья с высохшими трупами превосходили возможности ее нервов.

– Такое ты не видела?
– поинтересовался Павел. Она замотала головой.

Вдоль стен толщиной полтора метра стояли зеленые армейские ящики с черными немецкими надписями.

Павел отошел от немца и приблизился к одному из них. Аккуратно приподняв крышку, он издал возглас изумления.

– Ого! Да тут целый арсенал! Василий подошел поближе.

В ящике, тесно прижавшись друг к дружке лежали снаряды. Их медная поверхность отсвечивала рыжим блеском.

– У нас скоро закончится газ, - сказал Василий.
– Надо что-нибудь найти подходящее.

Они обыскали помещение. Кроме снарядов в ящиках находились еще гранаты и взрывчатка. Не найдя ничего подходящего, что могло бы послужить основой для факела, они разломали один ящик, взяли доску и обвязали ее конец рубашкой Василия.

Когда все это загорелось, получилось довольно неплохо, если не считать, что дым валил столбом.

– Осторожнее здесь с огнем, - посоветовала Таня, придя и себя после увиденного покойника.

Василий подошел к немцу и осторожно снял свисающий с шеи автомат. Пилотка все-таки упала, обнажив белый череп с копной таких же белых тонких волос. Зрелище довольно неприятное.

Отсоединив магазин от автомата, Василий удовлетворенно хмыкнул. Почти все патроны находились на месте. Это обстоятельство несколько улучшило их настроение.

– Ты думаешь, он еще смежет пострелять?
– спросил Павел.

– Да. На нем полно смазки. В здешней атмосфере он мог бы храниться века, - ответил Василий и тронул затвор.