Фейерверк в пробирке
Шрифт:
– Сейчас мы пойдем к нему, - зло сказал Никишов, вставая, - и нанесем по одному добивающему удару. Я уже научился.
– Нет, - твердо проговорил я.
– Добивающий удар нанесут те, кому это положено. По службе.
– Твой братишка, что ль?
«А если нет, то почему?» - прочитал я в Алешкиных глазах.
– В общем, так, парни, - сказал я.
– Вы ничего не знаете. И пусть все продолжается, как началось. А мы в нужное время и в нужном месте внесем свои коррективы.
– Мало
Глава XII
Укол клизмой добивающий
– Дим, у тебя деньги есть?
– спросил Алешка.
– А сколько надо?
– Я не знаю. Примерно столько, - и он раздвинул ладони на ширину плеч.
– Столько нет.
– Я порылся в карманах, достал какую-то мелочь.
– Пошли, - сказал Алешка.
– В аптеку. Клизму покупать.
Я даже ничего не стал спрашивать, молча переобулся, и мы пошли.
В аптеке Алешка подошел к окошечку и на весь торговый зал проорал:
– Мне срочно клизма нужна! Самая большая!
Все покупатели, озабоченные своим здоровьем, разом обернулись и посмотрели на него. Кто с удивлением, кто с улыбкой, а кто и с сочувствием. Одна только аптекарша не удивилась.
– На два литра устроит?
– И она положила на прилавок что-то вроде большой грелки, но без дна. А в горлышко этой грелки была ввинчена длинная трубка с наконечником и пластмассовым краником.
Алешка потрогал это сооружение, подумал, нахмурив лоб, и сказал:
– Устроит. Дим, плати.
Денег, конечно, не хватило. Эта клизма стоила прилично. Ну, понятно, нужная в хозяйстве вещь.
Тут из очереди выглянул старичок с сумкой на колесиках и сказал, тоже довольно громко:
– А я тебя узнал! Ты юный хулиган из девяносто седьмого дома!
– Он сказал это с таким упреком, будто хулиган из девяносто седьмого дома не имеет права клизму себе купить.
– А я вас тоже узнал!
– не растерялся Алешка.
– Вы пожилой хулиган из девяносто девятого.
– Точно!
– Дед почему-то очень обрадовался.
– А тебе зачем этот прибор? Для какого-нибудь домашнего животного? Бегемота, например.
– Бегемоты домашними не бывают, - изменил Алешка своим принципам.
Вдруг из очереди вышла какая-то женщина и сказала январским голосом с мартовской улыбкой:
– Я его тоже знаю! Мне кажется, это мой младший сын. О! И старший здесь. А ну, живо домой! Покупатели!
И мы пошли к выходу. А дед крикнул нам вслед:
– Гражданочка! Они звонят в дверь и убегают! Примите меры!
– Приму!
– пообещала мама.
Дома она быстренько потрогала Алешке лоб, пощупала живот, посмотрела язык.
– Иди в ванную, - сказала она.
– Я тебе помогу.
– И достала из
Алешка завизжал на весь дом:
– Ма! Это ошибка! Мне только трубочка нужна! Мы химический опыт проводим! Из одного класса в другой!
Услышав волшебное слово «химический», мама сразу растаяла. И заинтересовалась.
– Ну, наш химик, он изобрел веселый газ…
– Веселящий, - поправила мама.
– Есть такой. И что?
– Ну, мы хотели этот газ подвести в класс, где урок пения.
– Зачем?
– изо всех сил удивилась мама.
– Да здорово, ма! Им надо петь, а они смеются! Здорово?
– Здорово, - вздохнула мама.
– Ты дождешься, Алексей, что тебя выгонят из школы.
– От них дождешься, как же, - проворчал Алешка.
– Только обещают, и все… Сколько раз уже… Ну, ладно, мам, дай хоть три рубля.
– Не дам!
– отрезала мама.
– Мне спокойней, когда ты в школу ходишь, а не бомжуешь по парку.
Тут у Алешки блеснули глаза. Что-то вспомнил. Но виду не показал. Пошел делать уроки. Долго с недовольством пыхтел за столом, ворчал потихонечку, кряхтел, как старичок с тележкой. Не выдержал. Пошел на кухню к маме. Она готовила ужин.
– Трудная у тебя жизнь, - вздохнул Алешка.
– Семья на руках. Заботы. Дети непослушные.
– И не говори, - с усмешкой поддержала его мама.
– Кочерыжку хочешь?
– Давай.
– Алешка устроился поудобнее, захрустел кочерыжкой.
– И что ж ты все дома сидишь, ма? Ты бы прогулялась, что ли? Подышала свежим воздухом. Сходила бы в магазин. Отдохнула.
– Да, - вздохнула мама.
– Я люблю в магазинах отдыхать.
– И вдруг она спохватилась: - Ой! Спасибо, что напомнил. Надо же в правлении расчетные книжки забрать.
– Она побросала в кипящую кастрюлю нарезанную капусту и сполоснула руки.
– Алексей, пригляди тут, я быстренько.
Как только за мамой закрылась дверь, Алешка поручил мне приглядывать за борщом, а сам ринулся в кладовку.
– Как мама сказала про бомжевание, Дим, - вопил он оттуда под грохот разбрасываемого барахла, - я сразу вспомнил, сколько мы с тобой со свалки полезных вещей натаскали!
Судя по тому, как долго он там возился, натаскали много.
Наконец он издал победный вопль и примчался на кухню. В руках у него была длинная красная резиновая трубка.
– Нашел, Дим! Давай быстренько доваривай свой борщ, и пойдем в школу. Надо все подготовить. И штопор захвати, ладно?
Очумел совсем!
– Штопор-то зачем?
– Нам, Дим, нужно будет стенку просверлить.
– Какую стенку?
– Я зачерпнул ложку борща, попробовал.
– Бетонную, Дим. Чтоб трубка пролезла.