Фейерверк
Шрифт:
— Я задал вопрос.
— Да, задал. — Она тяжело вздохнула. — Думаю, Рэнди хотел бы видеться с отцом почаще, а не только по особым случаям. — Она торопилась высказаться, не давая ему вставить хоть слово — Я все ему объяснила, Джесси. Правда. Я не валила все на тебя.
— И что же ты ему объяснила?
— Что мы разошлись по обоюдному согласию и что…
— Постой, Мэг. Ты говоришь — по обоюдному согласию?
— А разве нет? — Она нахмурилась. — Я ему объяснила, что мы его любим и желаем ему только добра и что
— Интересно, как? Мы и сами-то не понимаем. — Джесси тяжело вздохнул и устало покачал головой. — Похоже, то, что лучше для мальчика, хуже для нас.
Мэг с горечью подумала, что о примирении Джесс и не заговаривает, даже не предполагает такой возможности. Но ответила спокойно:
— Он всего лишь ребенок и не сознает, что лучше иметь двух счастливых родителей, живущих врозь, чем одну несчастливую семью.
— Живущих врозь и счастливых? Пра-авильно. — Глаза Джесси сузились. — Похоже, ты это хорошо обдумала.
Да, конечно, она думала. И до, и после приезда в эту камеру пыток на техасских холмах.
— Здесь больше нечего делать, — сказала Мэг с безразличным видом и, отряхнув джинсы, встала. — Пойду, пожалуй, приготовлю лимонада. Ты не хочешь?
— Я бы предпочел прямой разговор. — Джесси тоже поднялся. — Мэг, а сам Рэнди хочет в эту заумную школу?
Мэг уже собралась уходить, но задержалась. Он отец ребенка и имеет право знать.
— Нет, — помедлив, ответила она. — Надо же было что-то попробовать. Я делаю для него все, что могу. Я не устраиваюсь на постоянную работу, чтобы быть посвободнее. У меня для Рэнди всегда находится время, но этого, видимо, недостаточно.
Ее сбивчивые слова шли от самого сердца. Может, надо было сказать ему все это давно, но она боялась. Она и теперь боялась. Чего? Что он сочтет ее плохой матерью и она потеряет свои преимущества в праве на воспитание Рэнди.
У Джесси был хмурый вид, но говорил он спокойно и мягко:
— Почему ты раньше не говорила со мной об этом?
— Не могла.
Мэг медленно направилась в сторону дома, Джесси последовал за ней.
— Я думала, что у него просто переходный период, что пройдет время и все встанет на свои места. — (Я по глупости думала, что и у нас со временем все определится. Как могла я позволить собственному ребенку барахтаться в том же водовороте, который поглотил нашу семейную жизнь?!)
Она резко развернулась и смотрела ему в глаза, надеясь хоть на какое-то понимание с его стороны.
— Я говорю с тобой сейчас. Помоги мне. И Рэнди. Если ты считаешь, что эта школа не годится, найди лучшее решение.
Джесси смотрел на нее ясным взглядом, но было видно, что он обдумывает какой-то вариант. Он хотел было что-то сказать, потом передумал и покачал головой.
Она горько рассмеялась:
— Не так-то просто, да?
—
Холодок страха пробежал у нее по спине, и Мэг поспешно отвернулась от Джесси
— В таком случае я не хочу слушать.
— Мэг, ты должна выслушать.
— Не вижу смысла.
Она открыла дверь черного хода и вошла в кухню.
— Я не хочу с тобой воевать, Джесси. Я изо всех сил стараюсь вести себя разумно. Мне казалось, что и ты тоже.
Он кивнул в знак согласия, сел за стол и стал смотреть, как она готовит лимонад.
— Мэг, Рэнди нужно больше времени проводить с отцом. И я тоже хочу побольше бывать с ним.
— Неужели? — Она вскинула голову и удивленно смотрела на него. — Ты хочешь сказать, что… — она с трудом переводила дыхание, — ты бы хотел чаще приезжать в Бостон?
— Вот уж нет! Первый вариант: Рэнди приезжает ко мне, живет на ранчо в Шоудауне, ходит в школу с нормальными детьми…
— Ходит в школу в Техасе? Никогда!
— Не горячись. Я же сказал, это один вариант.
— Это невозможно, Джесси. — Мэг трясло так, что она выронила из рук лимоны и те покатились на пол. — Я бы этого не вынесла. Он — все, что у меня есть, я его люблю больше…
— Я тоже его люблю. А мальчику нужен отец не меньше, чем мать Рэнди нужен я, а мне… — в этот момент Джесси выглядел совершенно беззащитным, — мне нужен он. Есть еще и другой вариант.
— Хватит, замолчи.
Она взмахнула руками, словно собираясь дать ему отпор, хотя он даже не двинулся с места. Она представила себе этот «другой вариант»: развод, борьба за опекунство, горечь, переходящая в ненависть. Ну уж нет.
— Еще одно слово — и я немедленно уезжаю, — выпалила она в сердцах. — И до конца жизни не скажу тебе больше ни слова. Клянусь!
— Ты этого не сделаешь.
— Хочешь проверить?!
Они уставились друг на друга Казалось, прошла целая вечность. Наконец Джесси поднялся со стула.
— Мы поговорим, когда ты успокоишься.
— Я не собираюсь успокаиваться. И не собираюсь больше думать об этом и тратить зря время.
На самом деле это означало, что ни о чем другом она и думать не может
— Отличный пирог.
— Ничего особенного. Из готового теста.
— И начинка отличная Моя любимая, из тыквы.
— Да? Я думала, ты любишь яблочную.
— Яблоки — на втором месте, а на первом — тыква
— Понятно. Только начинка тоже готовая.
— Неужели? Значит, не ты положила все это на сковородку и поставила в духовку?
— Вот это сделала я.
— У тебя отлично получилось. Можно еще кусочек?
Субботним утром Джесси отправился кататься верхом, а Мэг неприкаянно бродила по дому.
Завтра возвращаюсь домой, напоминала она самой себе. Нужно продержаться.