FIDES
Шрифт:
– Вроде не надо, мне бы улицу… Yellowbrick road…
– Улицу? – мужчина вытер с ладони мазут и расхохотался. – Вот они, кирпичи Ваши, под ногами, – он пнул комок грязи и закурил.
Девушка заметила высоко летящую в небе грузную птицу, и, прищурившись, опознала в ней сову. Не отводя глаз, она побежала в направлении полета, проваливаясь в грязь по щиколотки, но вскоре раскисший пустырек закончился и сменился луговыми травами. Впереди виднелась лиственная роща, верхушки деревьев уже скрыли птицу, но Нина не сбавляла ход, путаясь ногами в густой давно увядшей растительности. Светлая
Когда девушка потеряла из виду то место, через которое вбежала в рощу, деревья впереди показались ей сомкнутым арочным сводом, заполненным солнцем. Под ногами, прямо под шуршащей листвой, виднелись… старинные жёлтые кирпичи.
Вне себя от радости, Нина бросилась вперёд с утроенной энергией, дорожку уже не закрывали листья, и нежданная мостовая среди берёз словно радовалась новому путнику. Осенний холод бодрил, но, чтобы не простудиться, девушка достала мантию, утепленную пухом диринара. Довольно скоро она оказалась на зелёной поляне перед озером. С краю, возле тёмного елового леса, приютился маленький каменный домик с трубой, точь-в-точь как жилище Хагрида, но в разы меньше, а за ним низенький плетень, построенный, очевидно, в декоративных целях, – ни от зверя, ни от человека такое ограждение бы ничем не укрыло. Прямо на берегу росло огромное, толстое дерево, в несколько обхватов, кажется, это был бук, но листья на нём почти осыпались. Трава на полянке почему-то оставалась изумрудно-зелёной, как в начале лета.
– Энди! – вскрикнула Нина, увидев под деревом свою португальскую подругу. Высокая блондинка с заплетенными в косу волосами подбежала и обняла её.
– Нина, какое счастье, Нина!!! Мы свиделись. И… нам предстоит вернуться уже скоро, – с непонятными чувствами произнесла МакФорест. – Пошли, я познакомлю тебя с дядей…
– Дядей?
– Ну, дедушка велел звать его так. Он… хотел сделать меня наследницей дерева Рода, но идея, в общем, провалилась, – вздохнула Энди, – уж не знаю, чего он мог ожидать от меня в таком возрасте.
Нина, которая была младше всего на пару лет, слушала с непониманием, а из хижины появился старик с густой белой бородой, в соломенной шляпе и длинных льняных одеждах наподобие мантии серо-бежевого цвета. Возраст его оставался за гранью понимания, как, например, и у директора Школы волшебства.
– Вы мистер МакФорест? – вежливо поклонилась Нина, – я Нина Норден, очень рада встрече.
– Никогда! Никогда не зови меня этим словом!!! – воскликнул старец на английском с сильным акцентом, и Нина растерялась. Но голос друида привёл её в замешательство.
– Его бесит обращение «мистер» и всё такое, – нервным шёпотом пояснила Энди, – я не успела тебе сказать.
– Как же… мне Вас величать?
– Зови меня старый Берни, – простодушно ответил мужчина. – Идёмте в дом, юные гостьи? – он бодро зашагал обратно, постукивая посохом по жёлтым кирпичикам тропинки.
Нина уставилась на подругу.
– Энди… откуда я… его знаю? И голос…
– Хрен пойми, он похож на всех сразу, на твоего Дамблдора, или на Гэндальфа, ещё и с посохом
Лаборантка Хогвартса задумчиво пошла за внучкой друида.
– Нина, я тебя предупрежу, – пива не пей! – первым делом сказала Энди, – ни из какой вежливости! Тебя развезет на два дня! И ещё, дядя плохо говорит по-английски, его язык гэльский… Ты принесла третью палочку?
– Да, это палочка Блэка, – девушки переступили порог.
Друид на крошечной кухне доставал с полок простую снедь.
– Берни, можно спросить, – робко обратилась к нему Нина, и старик лукаво прищурился, – Вам… Энди уже рассказала, что мы вместе здесь оказались, только я… – девушка достала палочку, – немного владею магией, самой простой, конечно…
Старец выжидающе смотрел на неё с теплой улыбкой.
– У меня есть возможность остаться здесь? Любая. Пожалуйста?
Голубые глаза старика словно погасли, улыбка в них сменилась колючей неприступностью, и он отвернулся.
– Ты останешься здесь, только если умрёшь. В любом другом случае Третье Полнолуние заберёт вас двоих, – пророкотал друид гипнотическим голосом, и Нина застыла с открытым ртом.
– Даже если я попаду в Азкабан? Вы… знаете, что такое Азкабан?
– Исключений нет, – старик поставил перед ней тарелку с хлебом, но Нина к еде не притронулась.
– А… почему три полнолуния, не тридцать три, не одно, почему я вообще здесь?
Друид оглядел её с ног до головы и перевёл взгляд на Энди. Блондинка потупила взор, как будто знала что-то, но не рассказала подруге.
Всё же, старец попытался пояснить.
– Полнолуние перед 13-й луной означало ваше вступление на путь перемен, в 13-ю Луну может свершиться обряд посвящения. Если же он для вас недоступен, следующее полнолуние забирает вас.
– Обряд… обряд – это тот из свитка?
– Нина, – шикнула Энди, но было уже поздно.
– Я знаю, что вы его украли, хотя могли попросить. Но я ошибся, я слишком ошибся.
– Я не… – начала, было, Нина, – но ведь Энди Ваша внучка, почему ей нельзя остаться здесь?
– Время не позволяет такие перемены. Я ошибся, полагая, что никогда не поздно.
В голове девушки что-то щёлкнуло, и она резко выбежала на улицу, к самому озеру, пытаясь не задохнуться в накатившем волнении вперемешку со злостью и страхом. Чёрная вода, совсем как в Чёрном озере Хогвартса, отражала огромное дерево на берегу, с извилистыми толстыми ветвями и многовековым мощным стволом с испещренной порезами и рытвинами корой. Нина, пошатываясь, стояла на самом краешке берега, ярко-зеленая трава призывала к успокоению и созерцанию.
Следом за ней вышла Энди, испуганная бегством подруги.
– Я убью тебя, Энди! – заорала Нина, переводя взгляд с португалки на дерево, – это оно?! Ваше дерево Рода? Вот это? Какого чёрта, какого Мерлина, химера вас всех сожри, ты не сказала мне сразу, что это – ОН, твой дедушка, дядя, или кто он там, чтоб его фестралы унесли!!! Я… я точно тебя убью, и мы останемся тут вместе! – прошипела она, схватив португалку за воротник зеленой куртки. Энди перепугалась, она ни разу не видела спокойную, эмоционально-сдержанную Нину такой.