FIDES
Шрифт:
– Да ладно… её не забрали? Они так уверены в моей безопасности? Инсендио! – яркая вспышка огня метнулась в сторону стены, но погасла в воздухе. – Агуаменти! – а вот струя воды вырвалась более свободно и полилась прямо на джинсы. Терять было уже нечего, и девушка умылась и попила воды из ладоней. – Жаль, что Северус не научил меня бытовым заклинаниям… – вздохнула она, так как второе желание теперь стало ещё отчетливей.
– Бомбарда! – практически от нечего делать волшебница направила палочку на окно. Стекло вылетело со звоном и тут же восстановилось. «Стоп!
– Бомбарда! – встав, Нина прижала палочку к стеклу, и едва волшебные осколки полетели вниз, ткнула в него палочкой. Артефакт застрял в стекле, но зато теперь было ясно, что этаж совсем не пятидесятый, а первый. Через миллиметровые зазоры между деревом и стеклом совершенно отчетливо виднелась зеленая, увядающая трава подстриженного газона.
Оставалось вытащить палочку, что удалось с большим трудом. Несколько минут Нина думала, чем расширить окно, если в комнате есть только кровать. Шрамы затягивались и было уже не так больно передвигаться, но тащить тяжесть…
– Вингардиум левиоса! – от души крикнула она, рассчитывая на успех. Но металлическая конструкция с матрасом не двинулась с места.
Кое-как подтащив её к окну, на что ушло полчаса, девушка уперла торец койки в подоконник и навалилась на него всем телом.
– Бомбарда максима! – какой чудесной музыкой раздался стекольный звон, как приятно свежий ветерок пробежался по лицу девушки, когда кровать, перевесив, вылетела следом за осколками, повиснув за подоконник вторым торцом. Вернее, его металлическими складными ножками. Нина скатилась вниз и упала прямо на подстриженную колючую траву, но, казалось, ничего приятнее она давно не ощущала.
– Ступефай! – разразилось над ухом слева, и сладкий привкус свободы сменился отчаяньем. Девушка ощутила, как тело вытянулось в струну, руки плотно прижались к бокам и замерли. Мгновеньем позже над ней склонился молодой аврор в мятой мантии, с веснушчатым лицом и рыжими волосами до плеч. Лицо его казалось странно знакомым.
Он внимательно рассматривал свою внезапную пленницу, явно пребывая в недоумении. Наконец, действие заклятия закончилось, и волшебница осторожно пошевелилась.
Аврор, спохватившись, едва не парализовал девушку снова, но она подняла руки и приподнялась сама.
– Уизли? Ты – Рон Уизли?
– Не Рон, а Рональд Билиус Уизли, миз. Как ты узнала? Потому, что я рыжий?
– Не совсем, – вздохнула Нина.
– Как ты смогла сбежать? До тебя ни у кого не получалось, – парень всё ещё держал её на прицеле волшебной палочки.
– Где блондинка? Со мной была блондинка.
– Я не знаю, – растерялся аврор. – Я сегодня в карауле. Здесь, на воротах. Я помню, как вас привезли и только. А теперь вставай и пошли со мной, – он довольно грубо дернул её за руку, чтобы девушка встала.
– Рон, пожалуйста, я знаю всю твою семью, мне нужно уйти отсюда. Я знаю Гермиону, и Дамблдора, и…
– Откуда знаешь? – рыжий напрягся и насторожился. –
– За статут…
– А, так это фигня, я уж думал, ты преступница. Статут это пара обливиэйтов, – он вытащил из кармана пару тыквенных кексов и надкусил один. Необходимость держать волшебницу на мушке как-то отпала.
– …пара десятков обливиэйтов, – тихо-тихо прибавила Нина, но Рон услышал.
– Ну да, нынче Амбридж требует и за такую хрень в Азкабан. Будешь? – аврор протянул Нине кекс. – Просто я еще не обедал сегодня… Так откуда ты знаешь мою семью? Кто ты?
– Причем тут Амбридж? – перебила Нина, – это же аврорат.
– А она теперь всякими бумажками заведует. Ненавижу эту жабу со школы, даже Гарри не смог добиться, чтоб её уволили. Гнать её надо книзлу под хвост! – Рон как ни в чем не бывало проглотил кексик и принялся за следующий.
– Гарри… Он наверно сможет нам помочь… – задумалась волшебница. – Я… Рон, ты сочтешь это бредом, и наверно не помнишь меня, прошло очень много лет, я – Нина Норден. Помнишь лаборантку в Хогвартсе, у Снейпа? Ты был на втором курсе.
Она видела, как округляются глаза у рыжего, как он перестал жевать и с набитым ртом уставился на неё. Затем быстро запихнул в себя еду и выдохнул:
– Нина Снейп? Ты серьезно?
– Ну да, Снейп. Почти…
– Твою ж мантикору к Мерлину! Живо сюда! – он схватил её за рукав и потащил к кирпичной стене с другой стороны здания. Там находилась маленькая будка для дежурных. – Надеюсь, нас не увидели со второго этажа, – он отдышался, захлопнув дверь. Помещение оказалось просторным, благодаря множеству заклятий расширения. Панорамное окно позволяло наблюдать за воротами, сюда же были выведены разные сигналки. Под окном стояла удобная, но продавленная кровать, на подоконнике кружились старые вредноскопы, танцуя по номеру «Пророка».
От деревянных стен веяло стариной, с потолка свисали летучие мыши. Высушенные.
– О, Мерлин, – содрогнулась Нина, увидев, что существа не живые и уже очень давно. – Бедные зверюшки…
– На закусь иногда годится, – отозвался Рон, плюхнувшись на кровать и смахивая с подоконника, служившего и столом, всякие мелочи прямо на пол. – Их Гермиона принесла, сказала, что сигнальное зелье можно сделать, а я так и не сделал. «Неудивительно», – мрачно подумала Нина.
– Смотри сюда, – рыжий развернул «Пророк». – Амбридж утверждает, что это чушь и всячески сеет панику и небылицы, но если честно, тебя ждёт половина магической Британии.
– Меня? – теперь уже у Нины округлялись глаза.
– Понимаешь, война хоть и закончилась тогда с небольшими потерями, мы сами думали, что будет гораздо хуже, но никто не верит, что пьянь Трелони может что-то предсказать. Ну, она, может, и нормальная была в школе, но всё равно же, мутная какая-то и предмет её. Она и сейчас живет на дивиденды с этих предсказаний, представляешь? Ещё и в газетах печатается.
У девушки екнуло сердце. «С небольшими потерями…».
– Снейп жив?
– Я знал, что ты спросишь. Здесь и это написано.