FIDES
Шрифт:
Он изучающее посмотрел на девушку, казалось, вспоминая за эти мгновения свою юность, школьные годы, посвященные в основном зельям, потом годы преподавания, а их насчитывалось уже десять, полностью отданные зельеварению… Но помнил он и причину, по которой оказался в Школе. Кто знает, стал бы он вообще учителем у Дамблдора, если бы не… всё то, что было в его прошлом. Он вздохнул.
– Судьба. Крест на всю жизнь, ещё один, – Северус вышел из кабинета, а Нина взялась заклеивать пластырем порезанный палец, – у Снейпа в шкафчике было несколько маггловских аптечек на всякий
Прозвенел звонок, и лицо девушки озарила яркая, нагловатая, но счастливая улыбка. Ох уж это предвкушение радости от какой-то маленькой развесёлой шутки…а, может, совсем не шутки?
Пуффендуйцы с третьего курса проявили к ней меньший интерес, но работали исправно, даже успевали приготовить большую часть ингредиентов сами, – нарезать грибы, расколоть рог тельца на мелкие кусочки, чтобы хватило во все котлы.
Нина прохаживалась между столами с видом напускной важности, а Снейп стоял за кафедрой и смотрел в одну точку. На часы, висящие над дверью. Почему-то факультет барсуков он считал непроходимыми тупицами, но они не вызывали в нём желания наорать на кого-то, или придраться по любому поводу. «Надо бы исправить эту несправедливость», – ехидно подумала Нина, но сейчас у неё был план повеселее.
Она тоже взялась варить зелье на свободном столе, «для получения сравнительного материала», как пояснил это студентам Снейп, но прежде всего для самообразования, поэтому Северус поневоле участвовал в этом деле, постоянно давал советы шёпотом, помешивал, и регулировал силу пламени.
Когда зелье было сварено и тщательно проверено профессором, – а качественным оно оказалось лишь в 2-х котлах, – том, что варил он сам с Ниной, и ещё одного отличника, но, по замечанию Снейпа, пить его зелье следовало одновременно с безоаром, Нина отвлекла зельевара, подбросив в котёл на дальнем столике какую-то травину. Отвар моментально изменился и Снейп минут 5 отчитывал «неудачников и растяп, незнамо как доучившихся до третьего курса».
– Простите ребятки, это была необходимость, – шёпотом сказала Нина самой себе, быстро зачерпнув флакончик зелья из своего «хорошего» котла.
– Северус, – позвала она Снейпа, увлёкшегося тирадой, – кхм, простите,
п р о ф е с с о р Снейп, – девушка придала голосу официальность, – может, пора отпустить учеников, они занимались без перемены?
– Пусть катятся отсюда и повторят свойства листьев эльфийской мяты к следующему уроку, – прошипел Снейп, – додуматься добавить это к отвару с рогом лунного тельца! На их счастье здесь оказался всего один лист, – сквозь зубы продолжал Снейп, отвечая на вопрос Нины, но не сводя глаз с учеников.
– А что бы произошло? – заинтересованно спросила Нина, когда последняя мантия с желтым значком прошелестела за порог. При учениках лаборантка не позволила себе такой вопрос.
– Вы, кажется, зелья учить собирались? – в обычной манере сказал Снейп, уничтожая варево в котле.
– Северус!
– Хорошо. Получится сильнейшая отрава, действующая даже парами из котла. Но внешние её проявления начинаются как от… Вы из маггловского мира, Вы знаете, что такое конопля?
Нина рассмеялась.
– Северус, пойдёмте к директору, – добродушно сказала она, – не могу же я вечно соревноваться с Вами, кто раньше займёт спальню.
– Вы даже не бежите к подруге?
– Сначала решу личную проблему, – улыбнулась девушка.
Они поднялись в залитый светом коридор первого этажа к мрачноватым горгульям.
– Ореховый крем, – пробурчал Снейп.
– У директора вкусы сменились? – хохотнула Нина за его спиной. – А как же лимончики?
– Я не ослышался? – донёсся до них голос старца из открывшегося прохода, – наш лаборант пожаловала к директору на чай с лимонными дольками? – Дамблдор широко улыбался и с хлопком в ладоши на столе появились чашки.
«Твою мать», – в который раз подумала Нина.
– Нет, спасибо директор, я совсем не хочу чаю, – она отошла к окну, вынуждая директора пройти следом и поуговаривать гостью. Снейп с каменным лицом расположился у стола.
– Профессор Дамблдор, – беззвучным шёпотом сказала Нина, доставая флакон, – налейте это в чашку Снейпу, пожалуйста.
Старый волшебник поднял брови, уставившись на флакон сквозь половинки очков.
После взял пробирку и открыл её.
– Не понимаю, мисс Норден?
– Это... отвар… ид…
– Это я как раз понял, – мягко сказал волшебник, – но зачем?
«Прикола ради», – вздохнула про себя Нина и потупила взор.
Но старец спрятал флакончик в рукав.
– Я должен предупредить Вас, мисс Норден, Северуса нельзя обмануть по части зелий, – Дамблдор уже отстранился, не дав ей ответить или передумать.
– Северус, Вы присоединитесь к нам в нашем чаепитии? – подмигнул он Снейпу и самолично поставил перед ним красивую чашку на блюдечке. – Вас обоих не было на завтраке…
– Готовились к уроку, – не дал ему закончить вопрос Снейп.
– А где же поселилась мисс Норден?
– Это я у Вас хотел спросить!
– Как, Вы не знаете, где ночевала Ваша лаборантка? – лукаво улыбнулся Дамблдор, а Нина подумала, что на месте Снейпа не сдержалась бы от не самых красивых выражений.
Но выдержка зельевара снискала свою славу не зря.
– Что Вы, профессор Дамблдор, – протяжно произнёс он, – я думал, Вы заселили нашу сотрудницу в одну из преподавательских комнат. Кажется, Восточная башня пустует?
– Северус, мальчик мой, Восточная башня так далеко от Вашего крыла, боюсь, мисс Норден сочтёт это за неудобство.
– Ни в коем случае не сочту, – встряла Нина, – это всяко лучше гостиниц Хогсмида, а то, знаете ли, у Розмерты так неуютно. Так напрягают эти красные занавески…
– Вы были у Розмерты? – тут же справился Дамблдор. – Я утром заходил к ней на чашечку кофе, как это мы с Вами не встретились…
– Я рано ушла, первый рабочий день это столь волнительное мероприятие, – с чисто английским достоинством ответила Нина, и уткнулась взглядом в кружку.