Филипп
Шрифт:
Филиппъ простить проступокъ первый можетъ,
Онъ и второй простить, пожалуй, властенъ
Но мы – законъ, не милость. И скажу я,
Что принцъ одной своею смертью можетъ
За всѣ свои злодейства заплатить.
Перезъ
Казнь! Что я слышу?
Филиппъ
Небо!
Леонардо
Кто повѣритъ,
Чтобъ къ только здѣсь исчисленнымъ названьямь
Предательства, измѣны и
Отцеубійства и цареубійства,
Я могъ еще названіе прибавить
Такого преступленья, предъ которомъ
Блѣднѣютъ всѣ другія, и съ усильемъ
Людской языкъ произносить дерзаетъ?
Филиппъ
Произноси, владыко, безпощадно…
Леонардо
Клятвопреступникъ принцъ и святотатъ…
О, Боже всемогущій, царь небесный,
Днесь разрѣши уста мои на благо,
Да изглаголетъ истину святую
Твой недостойный и смиренный рабъ…
Тр?ипостастный! наступаетъ часъ,
Въ который долженъ грянуть карой грома
Твой ярый гнѣвъ, на горе супротивнымъ,
Которые, какъ злакъ, должны увянуть,
Какъ таетъ воскъ передъ лицомъ огня.
Исполнилось твое долготерпѣнье —
Се! пробилъ часъ небеснаго суда!
Сподобь меня подъять мой гласъ смиренный,
Какъ трубный звукъ – на грозную защиту
Поруганнаго днесь богопочтенья,
Дай силу мнѣ глагола, чтобъ не праздно
Мое раздалось слово, не въ пустынѣ,
Чтобъ святости начатія достойно
Оно небеснымъ свѣтомъ засіяло!
О, царь земной! свой слухъ склони покорно
Къ тому, что Царь Царей тебѣ вѣщаетъ,
Исполненный божественнаго гнѣва,
Днесь – грѣшными раба Его устами:
Я недостойнымъ столь считаю принца,
Что сына короля непризнаю въ немъ.
И такъ начну: сей богохульникъ ярый
Виновенъ въ томъ, что всюду, неустанно
Дерзаетъ онъ, лукаво, словесами
Небеснаго владыку оскорблять,
Кощунствуя, въ рѣчахъ, соблазна полныхъ,
Хулы на духовенство изрыгая,
Онъ разсуждаетъ о дѣлахъ церковныхъ;
Во храмы входитъ поступью надменной,
Обычаи отцовъ онъ порицаетъ
И всѣмъ нечестьямъ новымъ рукоплещетъ!
О, если день печальный тотъ наступитъ,
Что онъ престолъ наслѣдуетъ!.. нечестье
По королевству быстро разольется;
Онъ алтарей святыню въ грязь затопчетъ;
Онъ будетъ вѣру истинную гнать…
Увидимъ мы… но что я рекъ: увидимъ?
Ужель Господь такое зло допуститъ
И грѣшника не разразитъ ударомъ?..
Но если, даже, по многотерпѣнью
Отсрочитъ Богъ
Я этихъ золъ и бѣдствій не увижу —
Пусть видятъ тѣ ихъ – кто съ печали прежде
И съ горя, не съумѣетъ умереть!
Я исполненья клятвъ безумныхъ принца,
Конечно, не увижу: онъ клянется
Вліянье духовенства ограничить,
Умѣрить строгость нашего суда
(Небесной правды въ немъ непризнавая),
И ада власть усилить на землѣ…
Но, адъ вотще ликуетъ раньше срока —
Се часъ пришелъ!.. Филиппъ, къ Царю Царей
Свой грѣшный взоръ ты обрати покорно,
Пойми, чего онъ отъ тебя желаетъ;
Онъ далъ тебѣ и жизнь, и власть, и право,
Какъ можетъ также въ гнѣвѣ все отнять,
И что жъ? оскорблено Его величье
Безумнымъ принцемъ… Голосу небесъ
Внемли Филиппъ: отмсти Творца обиду,
Возстанови поруганную правду!
Отсрочка казни принца – преступленье,
Да совершится божій, судъ надъ нимъ!
Перезъ
Въ средѣ рабовъ – свободный голосъ встрѣтить
Не легкая задача, государь!
Не всякая свободна рѣчь… хотя бы
Она въ словахъ свободныхъ выражалась…
Порой, подъ маской смѣлыхъ выраженій,
Скрываются презрительныя мысли.
Воспользоваться вашимъ разрѣшеньемъ
Я также, какъ и всѣ, себя позволю…
Свободнаго желаете вы мнѣнья —
Вотъ что вамъ скажетъ человтжъ свободный:
Филиппъ! письмо донъ-Карлоса подложно,
Разнорѣчивы, шатки обвиненья,
Изъ нихъ одни другимъ противорѣчатъ.
Положимъ, принцъ хотѣлъ отцеубійства
Безчеловѣчный замыселъ исполнить;
Зачѣмъ бы сталъ тогда съ бунтовщиками;
Батавцами, онъ заводить сношенья?
Зачѣмъ бы сталъ – враждебнымъ Франкамъ помощь
Онъ обѣщать и, для чего бы съ ними
Дѣлить онъ вздумалъ самъ свое наслѣдье,
И самъ же разчленять свои владенья?
Но если бъ онъ, подобными путями
Свою желалъ бы участь обезпечить,
Къ чему тогда онъ сталъ бы покушаться,
Къ чему бы онъ хотѣлъ отцеубійства?..
Допустимъ даже… онъ его задумалъ.
Кѣмъ въ исполненьи былъ онъ остановленъ?
Какъ могъ бы онъ въ такомъ ужасномъ дѣлѣ
На полпути остановиться, чтобы
Идти за то на вѣрную погибель?..
Когда бъ повѣрилъ я, что онъ задумалъ
Такое дѣло, я почелъ бы принца —
Не только что преступными, но безумнымъ.