Финал
Шрифт:
«Я оставил тебе сообщение на сотовом», – продолжал он.
«Эх, я, должно быть, его пропустила…» – А точнее, удалила.
«Нам нужно поговорить».
«Но я типа занята».
В подтверждение своих слов я покрутила бедрами и покачала руками из стороны в сторону, стараясь как можно сильнее подражать Ви, у которой любимым телевизионным каналом был «БЕТ» [1] , а хип-хоп был у нее просто в
1
Black Entertainment Television (BET) – американский кабельный телеканал, ориентирован на афроамериканских зрителей.
Губы Данте скривились в подобии улыбки.
«На твоем месте я бы предоставил это твоей подруге. У нее получается гораздо лучше. Жду тебя внизу. Одну».
Я взглянула на него.
«Я же занята, забыл?»
«Это срочно».
И многозначительно сдвинув брови, он растворился в толпе.
– Что ж, сам виноват, – резюмировала Ви. – Он просто не может выдержать настоящий огонь, вот и все.
– Так что насчет попить? – спросила я. – Принести тебе кока-колу?
Ви, судя по всему, не собиралась в ближайшее время прекращать танцевать. И если я хотела отделаться от Данте, лучшим способом было сейчас выслушать его. В противном случае он бы преследовал меня всю ночь.
– Давай колу с лаймом, – ответила Ви.
Я пошла в сторону бара, а убедившись, что Ви не наблюдает за мной, юркнула, пригнувшись, в коридор, а оттуда через черный ход вышла наружу. Улица была залита голубоватым лунным светом. Впереди был припаркован красный «Порше Панамера», Данте стоял, прислонившись к нему и скрестив свободно руки на груди.
В Данте было больше чем метр восемьдесят росту, а фигура – как у солдата спецназа. Кажется, на его шее было больше мускулов, чем во всем моем теле. Одет он был в свободные штаны и белую льняную рубашку, расстегнутую на груди почти до середины и открывающую в V-образном вырезе гладкую, безволосую кожу.
– Неплохая машина, – сказала я.
– Она хорошо знает свое дело.
– Как и мой «Фольксваген», только он не в пример дешевле.
– Чтобы быть машиной, нужно чуть больше, чем просто четыре колеса.
Тьфу ты.
– Ладно, – я выставила ногу вперед. – Так что за срочность?
– Ты по-прежнему встречаешься с этим падшим ангелом?
Он задавал мне этот вопрос уже третий раз за сегодня – дважды в сообщениях, а теперь вот лицом к лицу. Мои отношения с Патчем всегда были сложными и знали много взлетов и падений, но сейчас как раз тенденция была обнадеживающая. Хотя, конечно, проблемы у нас были: в мире, где нефилимы и падшие ангелы скорее умрут, чем улыбнутся друг другу, встречаться с падшим ангелом означало абсолютное «ни-ни».
Я слегка выпрямилась.
– Ты знаешь ответ.
– Но ты будешь соблюдать осторожность?
– Осторожность прежде всего.
Нам с Патчем вовсе не нужен был Данте, чтобы понимать: от публичного проявления чувств лучше воздерживаться. Нефилимы и падшие ангелы никогда не упускают возможности проучить друг друга, а отношения между ними накалялись все сильнее с каждым днем. Сейчас ведь осень, а если точнее –
Каждый год во время Хешвана падшие ангелы завладевают телами нефилимов и вольны делать с ними что угодно. А поскольку это единственная возможность для ангелов испытать чувственные, физические ощущения, их фантазия не знает предела. Они используют тела нефилимов, словно паразиты, не чураясь любых доступных удовольствий и даже боли. Поэтому для нефилимов Хешван – это чудовищное испытание.
Если нас с Патчем застанут держащимися за руки те, кто не должен этого видеть, мы дорого за это заплатим.
– Давай поговорим о твоем имидже, – сказал Данте. – Нам надо создать вокруг твоего имени положительный ореол. Чтобы заставить нефилимов поверить в тебя.
Я театрально щелкнула пальцами.
– А может, все дело в том, что твои собственные рейтинги слишком малы?
Данте нахмурился.
– Это не шутки, Нора. Хешван начинается через семьдесят два часа, а это означает начало войны. Падшие ангелы с одной стороны, мы с другой. И все ляжет на твои плечи, ведь ты новый лидер армии нефилимов. Кровная клятва, которую ты дала Хэнку, уже работает. И не думаю, что нужно напоминать тебе, что, если ты нарушишь ее, последствия будут весьма реальными.
У меня в животе все сжалось. Я вовсе не напрашивалась на эту работу! Благодаря моему биологическому отцу, по-настоящему ужасному человеку по имени Хэнк Миллар, теперь я оказалась в этом жутком положении. Он путем прямого переливания крови превратил меня из обычного человека в нефилима, существо высшего порядка, чтобы я могла возглавить его армию. Я дала клятву это сделать в случае его смерти, и, если я нарушу ее, я умру. И моя мама умрет. Таковы правила. Ничего не поделаешь.
– Несмотря на все меры предосторожности, которые я принял, мы не можем полностью стереть твое прошлое. Нефилимы все равно все разнюхают. Ходят слухи, что ты встречалась с падшим ангелом, а это ставит под сомнение твою лояльность.
– Я встречаюсь с падшим ангелом.
Данте закатил глаза.
– А еще громче можешь это сказать?
Я пожала плечами. «Ну, если ты действительно этого хочешь…»
Не успела я набрать воздуха в легкие, как Данте подскочил и зажал мне рот рукой.
– Я понимаю, что все это достает, но не могла бы ты хоть чуть-чуть облегчить мне работу? – прошипел он мне в ухо, оглядываясь по сторонам с очевидной тревогой, хотя я была уверена, что мы здесь совершенно одни. Я была нефилимом всего двадцать четыре часа, но полностью доверяла своему новому, обострившемуся шестому чувству. Если бы нас кто-то подслушивал, я бы обязательно это почувствовала.
– Слушай, я знаю: когда мы сегодня утром познакомились, я легкомысленно заявила, что нефилимам придется смириться с тем фактом, что я встречаюсь с падшим ангелом, – сказала я, когда он убрал руку. – Но я тогда не подумала. Была слишком сердита. Сегодня целый день об этом думала. И я поговорила с Патчем. Мы будем очень осторожны, Данте. По-настоящему осторожны.
– Рад слышать это. Но мне от тебя нужно еще кое-что.
– Это что же?
– Тебе нужно встречаться с нефилимом. Со Скоттом Парнеллом.