Финал
Шрифт:
Бетонный забор защищал границы частной собственности, и хотя я была уверена, что его назначение – закрывать от посторонних глаз личное пространство, я все же не могла отделаться от ассоциаций с лагерем для военнопленных. Ви въехала в ворота, а у меня в голове вдруг вспыхнуло воспоминание о том, как она помогала мне влезть в спальню Скотта. Тогда я считала его ублюдком, не способным ни на что хорошее. Да уж, как все изменилось.
Ви припарковалась около теннисных кортов. Сетки уже давно сняли, а покрытие кто-то разрисовал граффити.
Мы
– Что-то я побаиваюсь оставлять машину без присмотра в таком месте. Может, давай побегаем вокруг комплекса, чтобы я могла видеть свою малышку.
– Ага-ага. А еще чтобы Скотт наверняка мог случайно нас увидеть.
На Ви были надеты розовые спортивные штаны с золотой надписью «Дива» через всю попу, и розовая же флисовая куртка. Она была при полном макияже, в ушах покачивались бриллиантовые сережки, на пальце сверкало кольцо с рубином, и пахла она духами Pure Poison от Кристиана Диора. Что и говорить, самый подходящий прикид для пробежки.
Мы медленно побежали по грязной дорожке, которая вела в глубь комплекса. Солнце уже было высоко, и через три круга я сняла кофту и обвязала ее вокруг бедер. Ви подбежала к одной из скамеек и тяжело плюхнулась на нее, жадно хватая ртом воздух:
– Фух… мы, наверно, километров десять уже пробежали, – заявила она.
Я посмотрела на дорожку. Да уж… десять. Если пробежать еще девять.
– А давай заглянем к Скотту в окошко, – предложила Ви. – Сегодня же воскресенье. Вдруг он заспался и нужно, чтобы хороший друг разбудил его своим звонком.
– Скотт живет на третьем этаже. И если у тебя в багажнике твоего «Неона» не припрятана раскладная пожарная лестница, то с заглядыванием в окно вряд ли что-то выйдет.
– Ну, тогда можно поступить проще: можно просто постучать в его дверь.
В эту секунду на парковку с ревом ворвался оранжевый «Плимут Барракуда» 1970 года. Из него вышел Скотт. Как и у всех нефилимов, сложение у Скотта было вполне атлетическое. А еще он был очень высоким, почти под два метра. Волосы он подстриг совсем коротко, почти под ноль, и надо признать, что выглядел действительно очень привлекательно: такой мужественный и крепкий на вид. Одет он был сегодня в мешковатые баскетбольные шорты и футболку с оторванными рукавами.
Ви начала обмахиваться.
– Ни фига себе.
Я уже подняла руку, собираясь помахать, чтобы привлечь внимание Скотта, но тут пассажирская дверь «Барракуды» открылась и появился Данте.
– О, смотри-ка, – обрадовалась Ви. – Это же Данте. Простая математика – их двое, нас двое. Я же говорила, я люблю бегать.
– Ага, а теперь вот и я чувствую неодолимую потребность немедленно побежать, – буркнула я. Бежать и бежать, как можно быстрее и дальше отсюда, пока между мной и Данте не будет приличного расстояния. Я была совсем не настроена продолжать вчерашний наш разговор. И терпеть Ви в качестве свахи
– Поздно. Нас заметили. – Ви завертела рукой над головой, как будто это был винт вертолета.
Она была права: Скотт и Данте, стоя около машины, покачивали головами и усмехались.
– Ты преследуешь меня, Грей? – крикнул Скотт.
– Он твой, – сказала я Ви. – А я собираюсь закончить пробежку.
– А как же Данте? Он же будет чувствовать себя третьим лишним, – возразила Ви.
– Ничего, ему это только на пользу, поверь мне.
– Где пожар, Грей? – закричал мне вслед Скотт, и, к моей досаде, они с Данте двинулись к нам.
– Я тренируюсь, – ответила я. – Я подумываю о… подумываю об участии в соревнованиях по бегу.
– Но соревнования будут только весной, – вмешалась Ви.
Да чтоб тебя!
– Ух-ах, у меня давление падает! – крикнула я Скотту и поспешно рванула в противоположном направлении.
Я слышала, как Скотт бежит за мной. Через минуту он схватил меня за лямку майки и шутливо потянул к себе:
– Расскажешь мне, что происходит?
Я повернулась к нему лицом:
– А на что это похоже?
– Похоже на то, что вы с Ви приехали сюда, чтобы увидеть меня, притворяясь, что совершаете пробежку.
Я стукнула его по плечу в знак одобрения:
– Отличная работа, мастер.
– Тогда почему ты убегаешь? И почему Ви благоухает как парфюмерная фабрика?
Я стояла молча, давая ему возможность догадаться самостоятельно.
– А-а-а… – протянул он наконец.
Я развела руками:
– Что ж, я свое дело сделала.
– Не пойми меня неправильно, но… я не уверен, что готов провести наедине с Ви целый день. Она… ее очень много.
Не успела я открыть рот и дать ему мудрый совет «Расслабься и получай удовольствие», как у меня за спиной возник Данте.
– Можно тебя на пару слов? – спросил он.
– О господи, – вздохнула я.
– Я, в свою очередь, откланяюсь, – заявил Скотт и, к моему неудовольствию, потрусил прочь, оставляя меня наедине с Данте.
– Ты можешь бежать и разговаривать одновременно? – спросила я Данте, здраво рассудив, что все-таки лучше мне будет не смотреть ему в глаза, когда он будет снова излагать мне планы относительно наших с ним отношений, а то он случайно может прочитать мои мысли на этот счет.
Вместо ответа Данте побежал рядом со мной.
– Приятно видеть, что ты тренируешься, – заметил он.
– Это почему же? – выдохнула я, сдувая прилипшие пряди волос с потного лица. – Тебе доставляет удовольствие смотреть на меня, когда я отвратительно выгляжу?
– Поэтому тоже. Но в основном потому, что хорошая пробежка очень поможет в свете тех планов, что я на тебя имею.
– Ты имеешь на меня какие-то планы? Почему у меня такое чувство, что мне совсем не хочется слышать о них?