Финикс
Шрифт:
— И что он тебе говорил?
— Он прочел мне длинную лекцию о превращении Финикса в рекреационный центр будущего.
— Да, он частенько возвращается к этой теме. У него целый цикл таких лекций: «Финикс — финансовый центр двадцать первого века», «Финикс — парк отдыха», а его самая любимая тема — «Финикс — Солнечный город будущего». И к чему он это все говорил?
— Он вроде как разложил передо мной кучу разных лакомств и сказал: выбирай, что тебе больше нравится. Я выбрал американскую команду «Формулы-1». Может быть, это странно, но я уверен в успехе дела. Именно для того, чтобы рассказать тебе об этом, я и пришел сюда.
Салли обняла меня за шею, привлекла к себе,
Я попытался привлечь ее к себе, но Салли оттолкнула меня.
— Будь с ним поосторожнее, Форрест, — сказала она. — Он умелый игрок в покер и может показать тебе одну карту, а сыграть другой.
— Откуда у него столько денег?
— Ну, знаешь, это нескромный вопрос. Немудрено, что в тебя бросают камнями. Откуда вообще приходят деньги? Деньги порождают деньги. Сколько я себя помню, отец всегда ворочал миллионами. А зачем тебе это знать?
— Он отстегнул мне пять миллионов долларов наличными, чтобы я взялся за создание команды «Формулы-1».
— Ну и ну! А ты не хотел бы разнообразия ради заняться полезным делом — вместо того чтобы шляться ночью по больнице со стоячим членом и голыми яйцами?
— Что-то здесь не так. Конечно, я доволен, что получил их и что могу попробовать свои силы. Но мне кажется, люди, имеющие большие деньги, обычно постоянно держат их в обороте. Они не носят с собой в кармане пять миллионов.
— У папы всегда есть при себе деньги.
— Да, наверное, это так. Но в тот день, когда я ездил на «рэнджровере» с Бобби, а возвращался обратно из Кэйв-Крик на такси, я спросил шофера, кто строил здесь высотные здания, в то время как многие уже построенные все еще пустуют. Он ответил мне, что, должно быть, те люди, у которых денег больше, чем мозгов. Я не знаю, сколько денег у твоего папочки, но готов поспорить, что у него больше мозгов, чем денег.
— Ну что ж, Форрест, если тебе понадобится финансовая консультация по поводу будущего Финикса, ты, конечно, теперь не станешь долго раздумывать, обратишься прямо к первоисточнику — паршивому таксисту. — Она произнесла это как «тээксисту». Ее сонные глаза закрывались.
— Чего это Бобби ездит постоянно в Сан-Диего? — спросил я.
Теперь глаза у нее совсем закрылись, голос как будто звучал издалека.
— А ну тебя, дубовая голова. В Финиксе все летом ездят в Сан-Диего — там прохладнее. Жители Финикса даже придумали специальное название для Сан-Диего — Зона. Папа всегда брал меня туда.
— Летом?
— Не только летом.
Она стала реже и глубже дышать и вскоре тихонько засопела.
Я обнимал ее одной рукой, пока она спала, прижимаясь ко мне. И мне вспомнилось то, что она сказала днем раньше, когда мы с ней купались в озере посреди пустыни, — что у нас с ней есть что-то родственное, и теперь я со смутным чувством ощутил, что она права.
Когда свет стал просачиваться через жалюзи на окнах, я тихонько встал, оделся и вышел из палаты. Закрывая за собой дверь, я оглянулся на нее. Она не проснулась и казалась маленькой невинной девочкой, спящей дома в своей детской, ожидая, пока не придет мама, чтобы разбудить ее и собрать в школу.
На выходе меня остановил санитар, и я выписал ему чек на пятьсот долларов.
— Приходите в любое время, доктор Эверс, — сказал он.
Когда я вернулся в свой номер в отеле, напротив моей двери стоял маленький жилистый человек в желтой майке, синих шортах и сандалиях «Найк» на босу ногу. Ему было лет пятьдесят пять — шестьдесят, и выглядел он так, будто давно обходится без воды.
— Мистер Эверс? — спросил он.
Я кивнул.
Он вручил мне конверт и сказал:
— Извещение доставлено вам, мистер Эверс.
Потом повернулся и поспешно удалился. Его сандалии поскрипывали, пока он шагал по оранжевому ковру.
В конверте было извещение о судебном иске от Бобби Робертса на сумму в пятнадцать миллионов шестьсот семьдесят пять тысяч долларов за нанесенный ущерб — раненую шею и другие тяжкие телесные повреждения, клеветнические публичные оскорбления, порочащие личность, профессиональную и служебную репутацию, дерзкое нападение с преступными целями. Перечень причиненного мистеру Робертсу ущерба излагался на двух страницах, а затем следовали еще шесть страниц юридических обоснований.
Среди бесконечного списка обвинений было одно, которое привлекло мое внимание: Бобби утверждал, что из-за поломки машины он пропустил важную встречу и был вынужден арендовать другой автомобиль — «Мерседес 500 SL». Он оценивал нанесенный в этой части ущерб в триста семьдесят пять долларов в день плюс шестьдесят пять процентов за профессиональные услуги, оказанные ему при найме той машины. Был в этом документе и еще один перл — он предъявлял мне иск за неоплаченный чек в четыре тысячи пятьсот долларов. Эта сумма должна быть истребована за юридическую консультацию, полученную мною в тот день, который мы провели вместе. Даже если присовокупить сюда время, которое Бобби потратил на возвращение домой, все равно это не могло составить более полутора часов. Ну ладно, пусть будет два часа — и за два часа Бобби требует четыре тысячи пятьсот долларов. Это значит, что больной, израненный Бобби Робертс оценивает стоимость своих юридических консультаций по две тысячи двести пятьдесят долларов за час, почти столько же, сколько получает гонщик «Формулы-1». Ну что ж, подумал я, пожалуй, пора принести соболезнования и извинения пострадавшей стороне. Я почувствовал прилив бодрости. Настало время разобраться, что же из себя представляет Бобби Робертс.
Глава 22
Эй, с дороги, мы едем к Дилеру.
Мы направляемся к тем самым Автомобильным Дилерам, как принято называть их в бизнесе. Они приходятся прямыми наследниками тем самым Верблюжьим Дилерам Иерусалима, Вифлеема и Халдеи, которые уже были во времена, когда еще не родился Иисус Христос. Чем можем вам служить, мистер Вайсман? Вам одногорбого или двугорбого?
«Аркрайт, Лоусон и Хонейпеппер», как было указано в газетной рекламе, специализировались на поставках и обслуживании высококачественных импортных автомобилей. Они представляли фирмы «Роллс-ройс», «Ягуар» и «Рэнджровер». Адрес — 21003, Восточный Кэймлбэк.
Ноги мои утопали в верблюжьей шерсти бежевого ковра, устилавшего пол демонстрационного зала. Над головой сияла люстра, горевшая в 9.30 утра, — все это говорило о высоком классе заведения. Мощный кондиционер поддерживал в помещении легкую прохладу и создавал ветерок с ароматом лаванды. Это, без сомнения, служило оправданием высоких цен.
Разумеется, современный продавец машин сделал значительный шаг вперед по сравнению со своим коллегой, торговавшим верблюдами в дебрях древнего Вавилона и Халдеи, но сам процесс продажи четырехколесных «верблюдов» нисколько не изменился. Стоит вам проявить малейший интерес к представленному товару, и тотчас же продавец, который только что со скучающим видом грыз свои ногти, внезапно возникает перед вами: высокого роста, чисто выбритый, в темно-синем костюме в полоску, с шелковым галстуком и хищным огоньком в глазах.