Фиолетовый меч
Шрифт:
– Тебе не нужно туда идти! – категорично сказала Лика, со всей страстностью юности и детской непосредственностью уверенного в себе ребенка. – Я провожу тебя до Змеиного материка. Ловушки святошей – младенческие игры по сравнению с загадками бездны. Все, что тебе нужно – незаметно прокрасться к Дракону, соединиться с ним, а потом уже разбираться с проблемами, по мере их возникновения. Идти сейчас во впадину – чистой воды самоубийство!
Элан вздохнул. Убеждать в чем-либо влюбленную девушку – труд неимоверный. Особенно, если в ее словах есть немалая доля истины. Той самой истины сегодняшнего дня, которая помогает
– Понимаешь, возможно, твой план действительно более безопасен. И наверняка разумен. Вот только если я сбегу от испытания целого народа, тайком, как вор, проберусь к плененному Дракону – я перестану быть самим собой. Наверняка и единение пройдет не так, как нужно, и, уничтожая врагов, я буду не беспристрастным судьей, а яростным подлецом, мстящим ни в чем не повинным людям за собственную слабость, за перенесенные унижения. И наверняка я переступлю меру дозволенного, превратившись в еще большее зло. В нашем мире так год за годом происходит в армии – между призывами.
– Но иначе ты умрешь! Ты и здесь-то не в состоянии нормально двигаться, а на глубине десятков километров, против монстра, способного своим дыханием уничтожить все живое, даже тебя…
– Возможно, физически я буду не в лучшей форме. Однако магия останется при мне – а значит, шансы есть!
– Тогда – я иду с тобой!
– Прекрати. Возвращайся домой и жди вестей. У тебя, не имеющей нормальной магической силы, там действительно нет шансов. Спасая тебя, я и сам могу погибнуть.
Лика опустила голову. Сказалось воспитание воина – на земле ни одна влюбленная женщина не сдалась бы так быстро. Эта же подняла плечи – и, повернувшись, поплыла в сторону города стархов. Будь она земной девчонкой, Элан бы сказал, что она плачет. А может ли плакать русалка? Хранитель покачал головой. Все его человеческое нутро требовало, чтобы он догнал и успокоил расстроенную девушку, но появившийся опыт предыдущих Хранителей говорил, что это приведет лишь к новому витку уговоров и новым слезам. Элан повернулся и направился к впадине.
С каждым метром тьма сгущалась, все сильнее стискивая Хранителя в своих объятьях. Уже после первых пяти минут спуска Кристальный Пепел, до того молчавший, буркнул:
– Дай-ка я! А то тебя выкинет наверх, как пробку из бутылки.
Он принялся перестраивать тело Хранителя, на ходу что-то меняя, удваивая и утраивая прочность защитных полей, а Элану оставалось лишь в восхищении наблюдать за работой мастера и ужасаться разворачивающейся у него под ногами бездне.
Свет словно выдавливало наверх – он плавно исчезал над головой, становясь все более разряженным и тусклым. Элан для пробы посмотрел вверх – и увидел яркий овал лучей солнца, освещающий края расщелины.
– Не дури, я повышаю тебе светочувствительность – ослепнешь. Сейчас будет попроще, – проворчал Кристальный Пепел голосом донельзя занятого человека, отрываемого озорными мальчишками по пустякам от сверхважных дел.
Хранитель покорно кивнул и принялся рассматривать проплывающие мимо стены. Покрытые слоем сажи, со странным кристаллическим налетом, они словно были обсыпаны застывшей черной изморозью.
– Когда-то здесь были растения, – заметил он.
– Похоже, по этой трубе периодически проходит довольной мощный сгусток энергии. Вряд ли это целенаправленное действие – скорее, побочный эффект. Но кто может баловаться подобными силами?
– Ты встречался с такими? – Элан впервые видел своего вечного наставника растерявшимся.
– Нет. Скорее всего, этот сгусток энергий – не магического свойства. Вернее, не только магического. Нужно было дождаться очередного выдоха глубин и попробовать хотя бы на глазок проанализировать состав, прежде чем соваться в это бесконечную трубу без дна, но время дорого, и не стоит его тратить на малоинформативное ожидание.
– Я думал, что все энергии заключены в Пределе.
– И это говорит дитя технического мира! Десятки видов различных сил изливаются на все миры, циркулируют в них, поправляют или наоборот, мешают. Они необходимы для развития вселенной, и Творец не мог уничтожить свое детище, полностью убрав их. А может, просто – не мог. Он локализовал лишь магические энергии, входящие в резонанс с энергетическими импульсами человеческого мозга и поэтому управляемые силой мысли. И то не полностью – кое-что осталось. В одних мирах – побольше, в других – совсем крохи. Но даже в вашем, совсем уж лишенным магии мире, находятся умельцы, ловко использующие оставшиеся крохи. Представляешь, как они развернутся, дай им магию?
– Не заговаривай мне зубы… – Элан напряженно смотрел в провал, чернеющий под ногами. – Долго будет идти этот бесконечный спуск?
Меч скользнул вдоль позвоночника, словно плечами пожал.
– Понятия не имею. Мы спустились уже на глубину около пяти километров. Если верить стархам, то это в лучшем случае треть пути. Хотя я в этом сомневаюсь – на такой глубине вода будет просто вытеснена землей и мягкими породами… Разве что там голое скальное образование. Вначале я пытался ускорить наш спуск за счет увеличения веса, но потом понял, что к концу пути тебе придется весить несколько тонн – и сейчас мы движемся вдоль идущего здесь энергетического потока, кстати, довольно мощного, черпая силы на движение за счет самой энергии земли, и повышая плотность твоего тела за счет уменьшения объема.
– Ничего себе! И какой у меня сейчас рост?
– Теоретически – тот же самый. Длина есть производная функция от времени и массы. Читал Энштейна? Изменяя одно состояние, можно добиться изменения другого. А фактически – уже меньше метра. Тебя это пугает?
– Да уж, не радует.
– Ты и не собирался полагаться на физические силы. Магические же твои способности не уменьшились – ты по-прежнему способен призвать Предел, вот только афишировать свои умения раньше времени не стоит, хорошо?
Час шел за часом. Несмотря на повышенную чувствительность, Элан уже почти ничего не видел – лишь темные громады стен скользили вверх, отмечая процесс спуска. Разговоры Кристального Пепла становились суше и короче – поддерживать хрупкую жизнь человека на такой глубине становилось все сложнее и отнимало все больше сил. Наконец он замолчал, ограничиваясь односложными репликами – и Хранитель оказался предоставлен самому себе. Мрак вокруг окутывал пространство плотным саваном, заставляя Элана чувствовать себя добровольно погребенным.