Фиолетовый
Шрифт:
— И я…
Николай Иванович задумчиво рассматривал лежавшие перед ним на столе танцевальные туфли со вскрытыми каблуками. Он смотрел на них так долго и пристально, что у него в глазах стало двоиться. Внезапно он расхохотался.
— Это же надо… — вытирая заслезившиеся от смеха глаза, пробормотал он. — Как все просто оказалось… Пацан не дурак, ох не дурак… Обвел всех вокруг пальца. Даже жалко, что он погиб, — закурив трубку, Николай Иванович потянулся к телефону. — Алло, Дантист? Ну привезут тебе сейчас
Кира и Вадим успешно выступили в конкурсе по бальным танцам для инвалидов-колясочников, заняв третье место. Их румба имела оглушительный успех у зрителей. Кира исполнила ту самую «дорожку», которая оборвала жизнь Стаса — это было ее прощание с партнером.
Через два месяца они с Вадимом поженились. А через год Николай Иванович был арестован по обвинению в организации преступной группы и торговле наркотиками. Своего внука он увидит не скоро.
Анна и Сергей Литвиновы
Русалка по вызову
«Я заработал свой первый миллион в начале девяностых годов. Быстро и как-то буднично. Просто не мог не заработать его в стране, где даже не слышали о специальных кормах для животных, а обувь „Цебо“ почитали за высший шик…»
Лиза хмыкнула. Щелкнула по иконке «читать дальше». Она давно работала с миллионерами, но до сих пор не перестала им удивляться. Наверное, потому, что сама была отнюдь не богачкой — проводила выходные на скромной дачке с удобствами на улице. Вот как и сейчас.
Но только до чего же здесь хорошо!
Окно распахнуто, комары обиженно бьются в москитную сетку, медовый запах клевера, бешено чирикают воробьи… Деревня, лето, ленивый вечер. О миллионах у местных жителей самое смутное представление. Тут и компьютер-то у нее одной. Старье, конечно, давно на ладан дышит — но соседи все равно смотрят, будто на диво дивное.
«Миллион представляется какой-то нереальной, фантастической суммой на первый взгляд. Лишь до того момента, как возьмешь деньги в руки. И убедишься: на самом деле они — это всего лишь ворох бумажек…»
Ну да, разумно. Деньги — ничто. По сравнению с высоким летним небом, и перешепотом сосен, и плеском речушки. Но тех, у кого денег нет, все равно в этом не убедишь.
Лиза вздохнула. На Святослава Клюева она охотилась два месяца. То был действительно большой босс, настоящий магнат. Причем интеллигентный — помимо прочего, одним из телеканалов владел. Друг и Пугачевой, и президента. Интервью Святослав Юрьевич давал крайне редко — просто не нуждался в пиаре. Но ей повезло. Позади бесконечная переписка, телефонные звонки, дежурство в приемной… И, наконец, Святослав Юрьевич согласился выделить ей малую толику своего времени. И теперь бы надо в
Но только — не в воскресенье вечером. Побоку работу!
Выключить компьютер, да и махнуть с Темкой искупаться. Или на поле, собирать цветы — сын, правда, сие девчачье занятие не жалует, но подарить букет маме, наверное, не откажется. Или просто чаю выпить — с выращенной на собственном участке мятой, на теплом после жаркого дня крыльце…
И Темка очень кстати ворвался в комнату, улыбается, глаза — словно свежие васильки:
— Мам! Да глуши ты свою железку! Я тебе такую новость рассказать хочу! У нас в Черном озере русалка живет!
— Кто-кто? — Лиза без сожаления отвернулась от монитора.
— Говорю тебе: русалка! Настоящая! Очень красивая. А вместо ножек — хвост.
— И что же она умеет делать, эта русалка? — Лиза поневоле заулыбалась. — Исполняет желания? Или просто прыгает над водой?
— Ну вот, ты тоже смеешься… — надул губы сын.
— Нет, я совсем не смеюсь. Просто всегда думала, что русалки только в сказках бывают.
— Да она, мам, какая-то не совсем сказочная русалка, — серьезно ответил сын. — В книжках ведь русалки всегда как бы игрушечные. А эта — настоящая тетя, только с хвостом…
Вот фантазер!
— Подожди-подожди… — строго произнесла Лиза. — А кто тебе разрешал ходить на Черное озеро?
— Ну, мам!
— И что, ты был там один?
— А с кем? Ты ведь все время на работе, а бабушка старенькая…
Лиза вздохнула. Здесь, в деревне, детей полно. Вон, у соседки, Марии Ильиничны, — трое, все мальчишки. Но у сына с деревенскими отношения не сложились. Общаются, конечно, но особо не дружат. У Темки — постоянные фантазии, волшебные истории… У Ильиничны же дети частенько голодные сидят, а на пустой желудок не до русалок.
И Лиза весело произнесла:
— Ты сказал, твоя кудесница на Черном озере живет? А пойдем-ка ее навестим? — Она вскочила.
— Пошли! — просиял сын.
— Только идти будем быстро, иначе до темноты не успеем.
Черное озеро далеко, до него три километра через лес. Быстрей и легче не тащиться на озеро, а искупаться в ближайшей речушке. Зато по пути на Черное можно будет поболтать, Темка-то, наконец, вошел в тот возраст, когда с ним уже не сюсюкать нужно, а нормально, как с равным, беседовать.
— На Черное озеро? Не пущу! — всполошилась бабуля. — Вы с ума сошли? Скоро стемнеет, сырость, комары…
Тема испуганно взглянул на мать. Но Лиза чувствовала себя сейчас так, словно ей не тридцать пять, а пятнадцать и она сбегает, невзирая на запрет строгой мамы, на дискотеку. Ей было весело и легко.
Действительно — какая может быть работа, какой компьютер, когда просто вечер, и просто лето, и сладко пахнет только что скошенной травой, а сын смотрит на тебя влюбленными и слегка взволнованными глазами… Ведь он ведет знакомить маму с русалкой!