Фиолетовый
Шрифт:
Сумма за ремонт оказалась как раз эквивалентной той, которую я отложила для себя на хозяйство. Значит, меня ждет диета, диета и еще раз диета. Ну и ладно. В районе талии наличествует маленькая складочка — вот я от нее и избавлюсь. Буду есть рис и качать пресс — через пару недель девчонки моей фигуре обзавидуются!
Я осторожно ехала по городу и пыталась придумать, как лучше организовать слежку за наглой стервой.
В книгах все просто: героиня сидит возле дома объекта наблюдения и караулит. А если вдруг сегодня гнусная стервь не думает встречаться со своим сообщником?
Впрочем, все оказалось намного проще, чем я думала. Даже не понадобилось доезжать до гнездышка моего благоневерного. Сначала я заметила припаркованную на обочине эффектную алую «Мазду». А потом, через окошко кафе — знакомые длинные черные волосы и огромную грудь, обтянутую вызывающе плотной фиолетовой кофточкой.
В глазах потемнело. Бывший муж, красивая легкая небритость, крупные вишневые губы. По какому праву наглая мерзавка все это украла, а теперь еще и целует?! А я тупо смотрю на эту ужасную картину, и сзади мне уже сигналят машины, а я умираю и вместе с тем не могу тронуться с места…
Когда они закончили целоваться, мне стало еще хуже. За столиком с тупой сучкой был не мой бывший муж! А следователь Дмитрий Александрович Смирнов собственной персоной! Просто в профиль он очень напоминает моего экс-милого, я элементарно обозналась. Да уж, следователь похож на предателя не только внешне — вкусы по отношению к девицам у него тоже аналогично примитивны! Скотина! Все мужики — сволочи! Все как один!
Отъехав, наконец, от злополучного кафе, я зарулила в какой-то двор, заглушила мотор возле песочницы, где малыши под пристальным контролем мам лепили куличи, и задумалась.
Пожалуй, мои дела обстоят еще хуже, чем я предполагала.
В сообщниках у наглой твари следователь. Не знаю, кому понадобилось вытаскивать труп из моей квартиры. Может, доброму барабашке — дом старый, вдруг там обитают невидимые человеческим глазом существа, которые решили спасти такую дуру, как я, от уголовной ответственности. Не знаю, почему переместилось тело. Но я точно знаю, что произойдет сегодня вечером. У сообщников не получилось ни устроить мне аварию, ни засадить меня в тюрьму. Мой ангел-хранитель трудится без устали. Поэтому милый симпатичный следователь с сексуальным взглядом и голливудской улыбкой меня убьет. Вот так все просто. И обращаться в милицию бессмысленно, все они друг друга покрывают. Мне не поверят. Или расскажут Смирнову о моих подозрениях, и он придумает план позаковыристее.
Что же делать? Я так часто твержу себе: безвыходных ситуаций не бывает, что я уже свято верю в это!
Надо срочно что-то придумать. Ради Кристи, ради Машки. Но где же он, свет в конце тоннеля?..
— Наташа… Ты такая красивая! Я в тебя с первого взгляда влюбился, как мальчишка. Совсем голову потерял, все никак не мог решиться подойти
Мы кружимся в танце. Отгородились плотными шторами от белой ночи. Горящие свечи отражаются в бокалах, наполненных красным вином. Дима, не умолкая, говорит мне о своей любви.
Какой прекрасный был вечер! Он начался букетом белых свежих роз. Потом — ужин в уютном ресторане, осторожно-вкрадчивое: «Пригласи меня в гости», и вот от мужских горячих объятий у меня кружится голова.
Сто лет ни с кем не танцевала, сексуальный аромат «Фаренгейта», обещающий нежную страсть взгляд, мне нравятся горячие Димины ладони, лежащие на моей талии…
Хочется, чтобы губы начали жадно знакомиться, чтобы никакой одежды, и воздух закончился, а сердце стало биться часто-часто — и еще быстрее.
Дима действительно милый. Он позаботился о том, чтобы я умерла красивой и счастливой. В роскошном синем атласном платье, длинном, но низко открывающем спину, с изысканным макияжем и красиво уложенными локонами, полная надежд, фантазий, любви…
Но только у меня другие планы. Сегодня действительно мой и только мой вечер! Ровным счетом ничего из затеи сообщников поквитаться со мной не выйдет!
— Наташа… Ты сводишь меня с ума… У тебя такое тело красивое… Когда я представляю, что можно к нему прикоснуться…
Губы Димы нежно защекотали мою шею. Я почувствовала, как тонкие сильные пальцы ласкают затылок, и испугалась, хотя уже начинала плавиться в огне вожделения. Пальцы — затылок — шея — неужели он меня теперь задушит, сукин сын — нет, все же в порядке, я все предусмотрела…
А потом вдруг раздался оглушительный треск.
Голова взорвалась яркой вспышкой боли.
И мир выключился, и я выключилась вместе с ним.
Мутная нечеткая дымка. День, ночь? В этом петербургском лете так сразу и не разберешь.
Мой бывший — в двух экземплярах? Какой кошмар, меня и от одного тошнит.
Два следователя? Ужас! Два убийцы, зачем так много?
— Наталия, слава богу, ты пришла в себя! Я так волновался! Извини, это я во всем виноват.
— Глупенькая, ты все неправильно поняла. Я сейчас тебе все объясню. Когда оперативники проводили опрос жильцов твоего дома…
Наконец-то я начинаю приходить в себя и соображать. Со мной, похоже, и правда все в порядке. Галлюцинаций нет, просто в больничной палате их, сладких темноволосых красавцев, двое — и бывший муж, и несостоявшийся любовник.
Кому мне было звонить с учетом сложной ситуации, как не экс-супругу? Решила, что, в конце концов, я — мать его детей, и если он мне не поможет, то где вообще искать защиты? Не в милиции же! Смешно, ей-богу!
Сначала муж мне не верил. Говорил, что я придумываю всякие небылицы — лишь бы заставить его вернуться в семью. Пришлось притащить недоверчивого в то кафе, где его краля целовалась со своим сообщником. К счастью, одна из официанток запомнила эффектную пару и подтвердила, что я не вру. Лишь тогда бывший понял, насколько все серьезно…