Флаксизо
Шрифт:
Постепенно в города стягивались воители и снаряжение. Уже появились первые ряды тяжело вооружённых воинов в доспехах и с большими пушками. Они пока ещё ни разу не участвовали в боях, но их присутствие внушало людям ещё больше уверенности в победе, ведь они выглядели словно машины войны, созданные для истребления любого врага. Что, в принципе, так и было. Сик’хайи время от времени пытались нападать, но это были обычные отряды, которые и раньше всегда нарушали спокойствие людей. Однако, если прежде каждое сражение с таким отрядом грозило смертью нескольким людям от колото-режущих ран и отравы, то теперь с наличием огнестрела они не представляли никакой опасности. Видимо, то неисчислимое войско, которое недавно обрушилось на границу – было неожиданной попыткой подавления числом. Но потратив такое количество живой силы, сик’хайи ещё долго не смогут его восполнить, поэтому вторжение нужно было начать настолько быстро, насколько это возможно. Тут-то Кселай и решил рассказать Оивии и остальным о тех закладках взрывчатки, что он устроил в сик’хайских городах. Так что, когда войска пойдут в бой, пусть ищут эти самые свёртки и целятся в них в первую очередь. Все всё поняли и
Когда наступило время вторжения, со всех пограничных городов ринулись войска стройными рядами. Впереди, разумеется, шли разведчики, чтобы внимательно оглядывать округу и подмечать всех до последней особи. Следом за ними шли тяжело вооружённые воины в доспехах, чтобы образовывать стену. Прямо после них шагали стрелки и в самом конце – воины с мечами и пистолетами. Они будут выступать вперёд, когда сик’хайи подберутся слишком близко к стрелкам или когда тем понадобится время для перезарядки. В гуще леса встречались иногда то одинокие рептилии, то небольшие отряды, которые, скорее всего, собрались для своих ритуалов или оргий. На них старались даже не тратить патроны – уничтожали в ближнем бою. В целом поход был спокойным и никаких проблем не вызывал. На третий день начали попадаться первые селения. И вот тут уже начиналась настоящая война: стрелки с винтовками первым делом разили те самые пороховые закладки, уничтожая разом десятки особей и наводя смуту. И вот эту неорганизованную толпу уже не составляло труда расстрелять. Пока они поймут, что происходит, и соберутся в бой, половина из них уже мертвы. За неделю все пограничные города сик’хайев уже были под управлением далькибовцев. Оккупировав их и создав там временные точки отдыха, воители собирались силами, дожидались поставок припасов и продолжали идти в бой. С одним таким караваном к Оивии и Кселаю присоединилась Савира. Он сказала, что привыкла к боевому посоху, нашла свой стиль сражения, и Ямерит принял решение, что ей самое место на передовой. Сариномы были откровенно рады такому подкреплению.
Следующий этап будет уже посложнее, ведь там Кселай уже не смог заложить взрывчатку, так что нельзя будет начать бой с такой большой неожиданности. К тому же, чем глубже внутрь страны, тем больше чупирогов и жрецов будет встречаться на пути и, возможно, не всегда будет удаваться истреблять их всех до начала боя и придётся испытывать на себе последствия их колдовства. Но люди не боялись этого. Они были настроены решительно, а ещё их вели лерида и предназначенный, так что сомнений в победе в их сердцах не оставалось. Джунгли всё больше густели, деревья становились выше, и воздух всё больше наполняли странные запахи, свидетельствующие, что тут обитают рептилии. Тут уже свободно разгуливающие группы сик’хайев встречались намного чаще, а по одиночке они почти не ходили. И вот с какого-то момента Кселай заметил, что его эмбронитовый излучатель перестал функционировать, следовательно, они попали в область, где господствует власть Зазума. Теперь ему придётся полагаться только на пули. И когда спустя 4 дня они всё же добрались до первых городов, нападение действительно было затруднено. Коочуков тут было гораздо больше, так что на них уходило много пуль, к тому же и здания были уже возведены не из дерева, а из камня, так что за ними рептилии могли прятаться и перегруппировываться. Но всё же благодаря пулемётчикам и дальним стрелкам, ни один враг так и не подошёл на расстояние удара мечом. За 9 дней все ближайшие селения были захвачены. Воинство сильно устало, и боеприпасы были значительно истрачены, так что пришлось устраивать отдых чуть дольше, чем при первой волне, ведь нужно было восполнить больше сил и подождать двойную партию снаряжения. Но этот привал уже не был так прост: сик’хайи старались нападать в попытке отбить свою территорию, так что и так растраченные пули приходилось тратить ещё. Но в данном случае воинство больше старалось полагаться на силу ближнего боя, чтобы сберечь снаряжение на случай непредвиденных поворотов. Однако произошло ещё кое-что интересное.
В один момент в лагере начали находить трупы людей, зарезанных и заколотых, хотя ни одной рептилии вокруг не наблюдалось. Часовые стояли и днём, и ночью, постоянно осматривая территорию со всех сторон. Долго не могли выявить в чём дело, пока однажды огорчённый потерей родного брата один из стрелков не решил выпустить несколько пуль в заросли для того, чтобы выплеснуть гнев. Тогда он услышал громкое шипение и увидел зелёную кровь. Подозвав всех, он попросил Оивию и Кселая взглянуть на это. Как оказалось, среди сик’хайев появились особи, умеющие менять свой окрас, чтобы сливаться с окружающей средой. Это новость слегка огорчила людей, и они обратились к Кселаю, чтобы он придумал выход, как им справляться с этой бедой. Ведь, не ровен час, если таких тварей станет больше, они по-тихому перережут всех, и война закончится таким нелепым образом. Кселай хотел было предложить использовать тепловизор, но он, как и большинство его устройств, отказывались работать в таких условиях. Тогда они с Оивией придумали окружать лагеря растяжками с громкими оповещателями. Когда хотя бы один такой невидимка коснётся растяжки, оповещалки зашумят и выдадут его место положение. Одна пулемётная очередь в ту область должна будет уничтожить нежданного противника. Пришлось людям вокруг каждого своего лагеря устанавливать такие растяжки. И они действительно помогали: как только от одной из них слышался шум – выстрелы в ту сторону приводили к смерти незваного гостя. И так продолжалось какое-то время.
Когда войска двинулись дальше, все старались быть максимально на стороже, обращая внимание на любое подозрительное шуршание в кустах и на деревьях. Через 3 дня добравшись до новых городов, люди стали замечать, что некоторое оружие время от времени то начинало заклинивать, то оно не выстреливало, а одно и вовсе взорвалось у стрелка в руках. К счастью, он получи только царапины от осколков и ничего смертельного. И поначалу все подумали, что всё это из-за влажного климата джунглей и какой-нибудь ядовитой ауры сик’хайев,
Внезапно из другого захваченного города пришёл вестник и просил Оивию и Кселая срочно прийти к ним, потому что они нашли странного сик’хайя. Конечно же, сариномы помчались туда. Придя место, они обнаружили следующую картину: в деревянной клетке сидит человеко-ящер, а его окружают несколько стрелков и целятся своими ружьями. Когда они подошли поближе, то спросили, что это за сик’хай и что он тут делает. Но отвечать стали не люди, а сам пленник. Своим тихим шипящим голосом он произнёс:
– Меня зовут Си’им. А вы, я так понял, те самые воительница и чужак. Я очень рад, что вы согласились поговорить со мной.
Тогда Оивия поинтересовалась у него:
– Что ты делаешь в клетке и зачем хотел нас видеть?
– В клетку меня посадили мои же сородичи. Потому что они отвергли поклонение нашим богам и стали служить Зазуму, а я отказался и пытался отговорить их. Но они не слушали меня. Они продолжали приносить жертвы ему и воспевать свои хвалебные песни. Когда же вы вторглись на нашу землю, они посчитали, что я предатель и помогаю вам, поэтому они посадили меня сюда. Поверьте, я не хочу никому зла – ни вам, ни моим братьям и сёстрам. Они просто запутались. И это грозит большой бедой всем. Если они не отрекутся от Зазума, пострадают и они.
После этого Кселай и Оивия ещё много о чём поспрашивали этого самого Си’има. Как они выяснили, поклоняться Зазуму они стали тогда, когда чупироги своей магией ощутили, что в этих камнях таится какая-то сила. Проведя несколько ритуалов, они узнали, что эти самые камни принадлежат Зазуму, и они собирались возродить его, чтобы он помог им одолеть людей. Конечно же, далькибовцы не особо верили словам того, кто является представителем их врага, но дар Кселая помогал определить, что он не врёт, поэтому у них были причины хотя бы для частичного доверия. Пока что из клетки выпускать они его не стали, но старались кормить. Он всё понимал, и обещал, что не будет делать ничего такого, что может вызвать подозрения. Когда же время отдыха прошло, и всем пора было двигаться дальше, Си’има всё-таки освободили, но пристально наблюдали за ним, чтобы в случае любого подозрительного действия тут же убить его.
Из-за того, что войска продвигались всё дальше и дальше от родных земель, привалы приходилось делать всё дольше, ведь нужно было больше дней для доставки припасов. Из-за этого приходилось сражаться со всё большим числом врагов, ведь они успевали собираться с различных окружающих городов. А из-за постоянно не работающего огнестрела враги всё чаще подступали на расстояние ближнего боя, поэтому люди чаще получали травмы, из-за чего меньше людей могли принимать участие в бою. Положение было сложным. Воины начинали терять свой боевой пыл, который они имели в самом начале. Оивия как могла вдохновляла и подбадривала их, чтобы они могли продержаться какое-то время, но вскоре стало видно, что даже она начинает сомневаться в успешности этого похода. Поскольку быстро устранять колдунов уже не получалось, на войска начала иногда обрушиваться сик’хайская магия, что усложняло положение ещё больше. И как будто мало всего этого, хамелеоны ещё и начали исхитряться бесшумно обезвреживать оповещалки, так что часовым ещё и приходилось приглядываться ко всем растяжкам, чтобы посмотреть, с какой стороны стоит ждать врага. И вот когда больше половины оружия перестало приносить пользу, Оивия и Кселай решили, что стоит вернутся на свои земли и продумать новый план действий, ведь если так пойдёт и дальше, все люди, отправившиеся в бой, так и полягут на чужой территории. Воины с одной стороны с огорчением приняли такое решение, с другой стороны они испытали облегчение, что этот поход закончен. Разрушая с помощью взрывчатки все возможные постройки сик’хайев, люди отступали обратно в родные края. Это должно было сильно занять рептилий: пока они вернутся в свои города, пока начнут заново строить, пока будут восполнять численность и собирать воинство, люди смогут придумать более успешный план и восполнить силы. Оставив на границе множество закладок с порохом, чтобы дальние стрелки могли одним выстрелом поразить много приближающихся войск или целого коочука, люди наконец-то оказались в пограничных городах и приступили к долгожданному отдыху. Оивия же с Кселаем направились прямиком в столицу, чтобы доложить о своих успехах и приступить к составлению нового плана. Си’има они оставили на граничных землях, ведь если он окажется на территории людей, не известно, что он может натворить.
В столице, разумеется, были не довольны таким исходом. Военачальники обвиняли ремесленников в том, что те сделали плохое оружие, ремесленники обвиняли воинов в том, что те не умеют пользоваться оружием, торговцы жаловались, что они вложили много средств во всё это, а их вложения оказались безуспешными. Но самое главное, все они упускали из виду две важные вещи: 1) поход, хоть и не достиг тех результатов, что все ожидали, всё же истребил намного больше врагов, чем обычные методы за долгие годы войны; 2) все они старались не замечать слона в комнате – наличие сверхъестественной силы, мешающей продвижению людей. Когда Оивия поняла, что эти споры ни к чему не приведут, она громким кличем заставила всех замолчать. Но вместо того, чтобы успокоиться и выслушать её, они начали возмущаться тому, что «какая-то молодая девочка поднимает голос на членов совета». Кселай не стал терпеть это и выстрелом из револьвера вновь заставил всех замолчать. Из-за того, что помещение было закрытое, звуку некуда было деваться и вся его мощь заставила людей закрыть уши. Зомартянин тихим спокойным голосом произнёс: