Флаксизо
Шрифт:
Восемь дней Фаррий рассказывал и демонстрировал Кселаю всё то, чему научил их Зеур, и пересказывать всё это тут смысла нет. Главное, что теперь Кселай был готов выковать то оружие, которое станет частью его, и будет рядом в любой ситуации. Фаррий обладал обоюдоострым прямым полуторным мечом, потому что в своё время определил, что именно с ним у него выходит обращаться лучше всего. Кселай же решил выбрать иную форму: его клинок будет немного изогнут – это позволит вынимать оружие из ножен быстрее и при этом одновременно атаковать. Материал должен быть слоистым с определённым узором. Заточен он будет только с одной стороны. Гарда должна быть круглая. Когда Кселай объяснил размеры оружия, его отец и кузнецы попытались уговорить его сделать чуть меньше, ведь подобные клинки никогда не делались такими длинными, но Кселай заметил, что не делались они для людей, а он же – Сарином. Его физическое развитие позволит ему беспрепятственно владеть таким клинком. Всем пришлось с этим согласиться.
Вначале был подготовлен пакет из разных сплавов и перекован в заготовку с определённым узором. Далее из этой заготовки была выкована основная форма клинка вместе со спусками и долом. Следующим шагом было сотворить гарду. Она должна была быть простой, без особых изысков, но при этом красивой. Был выбран сплав квазариума – он придаёт яркий синий блеск, но при этом обладает большой прочностью. Для рукоятки был взят брусок морённого железного дерева, которое Зеур заготовил ещё тогда, когда только организовывал компанию,
В конце концов, когда все работы по созданию оружия Кселая были завершены, остался последний шаг – провести настройку синестетической аберрации. Кселай при этом уже не участвовал, ведь это всё проделывают специалисты на особых компьютерах, и занимает эта процедура несколько недель, ведь машинам нужно облучить каждый атом. Кселай не тратил это время зря, а продолжал ознакамливаться с материалами и патентами, которые сейчас находятся в разработке, чтобы определиться, чем он будет заниматься. У него не было особой тяги к чему-то конкретному, но разработки в области межпространственных технологий ему казались очень перспективными, ведь они могли позволить создать бесконечный источник энергии.
Среди чародеев было много различных сфера магии, и любой мог спокойно заняться изучением каждой. Но были и те области, которые принадлежали определённому классу или даже народу. Так, например, в легендах упоминается, что эсры – тёмные эльфы, обладали лурдаэ – способностью управлять тенями. Они могли нагнетать тени, передвигать их и даже рассеивать. Трудно себе такое представить: как светило может светить спереди, а сзади не окажется тени. Однако, как-то подтвердить это или опровергнуть никто не был способен, ведь когда-то давно эсры покинули свой родной мир, оставив другую часть своего народа – далров, светлых эльфов, одних. Далры в свою очередь тоже обладают уникальным талантом – эсталиалом, или как они его называют – Даром богини-матери. Он заключается в том, что они могут выращивать растения и даже менять их. Да, среди чародеев существует магия природы, но это немного разные вещи: волшебники используют сочетания магии земли и воды, чтобы искусственно направлять потоки жизни внутри растений, и они не могут вырастить цветок из ничего – обязательно нужно хотя бы семечко или стебелёк, и для этого требуются огромные усилия и концентрация, ведь потоки эфира нужно смешать, но не соединить, а потом эту смесь разделить на тысячи крохотных ручейков и направлять в различные части растения. Далры же делают это без особых усилий, лишь направлением своей воли, и даже начинающие чародеи способны создавать жизнь буквально из земли, воды и воздуха.
Помимо этого, есть печально известные маги из Анклава – могущественной организации, которая в различных мирах основывает свои колонии, со временем разрастающиеся так, что под их властью оказывается весь мир. Они приходили и сюда – в Зомарту, но к счастью, валирдалы успели предупредить Первейших об этих негодяях, поэтому никто не позволил им основать тут свою колонию. Однако, отличает этих магов не только их стремление к экспансии, но и сферы магии, которые они изучают. Они придумываю свои, совершенно непонятные и необъяснимые виды чародейства, которые не доступны большинству. Несколько раз валирдалы пытались изучить это, но у них ничего не получалось. На вопрос «а как это получается у вас?» ответ всегда был один: «Вам необходимо пройти процедуры для того, чтобы ваш разум был готов воспринимать такие знания». Под этими самыми «процедурами» подразумевалось полное сканирование тела и разума чародея различными приборами, а также взятие проб ДНК для последующего клонирования. Анклав часто делал это с теми, кто им приглянулся, кто обладал большим магическим потенциалом или опытом. Как они утверждали, клонирование предусмотрено для того, чтобы в случае гибели чародея, мир не лишился такого великого ума. На самом же деле они создают клонов для того, чтобы, если кто-то покинул их организацию, они могли восстановить его и оставить у себя с изменёнными воспоминаниями, поскольку больше прочих обитателей миров стремятся стать новыми богами в эпоху безбожия.
Но особенно отличаются среди чародеев сеоргары. Они даже не совсем маги, ведь у них закрыт доступ к манипуляциям над эфиром. Это плата за один единственный дар – возможность предсказывать будущее. Этот дар они получают от своей госпожи – Дионы, саткарки. Во времена Войн Великих эти самые сеоргары помогали всему саткарскому воинству предвидеть тактики и манёвры противника, чтобы вовремя предпринимать контрмеры. После того, как большинство саткаров ушло в неизвестность, а некоторых пленили чародеи, о сеоргарах почти ничего не слышно. Скорее всего, они либо скрываются среди людей, заранее предсказывая, что может произойти, и избегают любого неприятного контакта, либо служат придворными каких-нибудь правителей, чтобы помогать им удерживать господство в своих мирах. Но попадаются и некоторые представители, что готовы использовать свой дар в обмен на определённые услуги. Поскольку они, являясь прислужниками саткаров, обладают вечной жизнью, то ни денег, ни пищи им не нужно – они подпитывают своё существование из самого Хора. Но сила сеоргаров тоже не безгранична, ведь они предсказывают не точные события, а лишь наиболее вероятные исходы. Только их владычица могла точно знать всё наперёд. Днём сеоргары способны заглядывать лишь на примерно на 5-8 минут в будущее, однако ночью, когда их взору открываются звёзды, их дар простирается на недели и даже месяцы. Однако, чем дальше они пытаются заглядывать, тем сложнее это делать и предсказания оказываются всё более размытыми. В ходе исследований явления предсказания будущего чародеи Зомарту смогли понять примерный способ, которым пользуются сеоргары: задействуя сопна – особую силу саткаров, они хватаются за излучение, что источают светила, переносят част своего духа к источнику, образуя связь между двух точек, и создают парадокс. Он заключается в том, что свету требуется время, чтобы добраться до источника, но дух существа, преобразованный с помощью сопна, как бы присутствует там вдалеке и может уже осознавать, что происходит сейчас тут. Используя этот парадокс, они создают обратную связь и образуют некую дыру во времени, через которую они могут наблюдать, что будет происходить там, где они находятся сейчас, но словно тогда, когда свет доберётся до того самого
Вот именно одного из таких сеоргаров и пригласили в компанию Зеура, чтобы изучить его способности новыми методами, которые были открыты со времени последнего подобного исследования. Для этого был сооружён специальный кабинет с открытым потолком, чтобы сеоргар мог смотреть на звёзды и использовать свою силу без каких-либо препятствий. Платой за такую «услугу» пророк попросил излучатель эфирных помех, чтобы он мог как-то противостоять враждебно настроенным чародеям в случае, если ему не удастся избежать с ними сражения. Это была небольшая цена за помощь в исследовании. В качестве цели для предсказания Фаррий выбрал себя. Он просил узнать, что будет с ним в последующие несколько дней. Когда все приборы были включены, настроены и проверены, сеоргар начал своё предсказание. Он упускал незначительные детали, а сосредотачивался на более важных вещах, таких как успешная сделка или принятие на работу нескольких новых сотрудников. Но в конце он предсказал и нечто страшное: на него, после того как он с женой и сыном посетит выставку достижений Зомарту, нападёт Крозз и убьёт Жилеену, а его самого и Кселая поранит и оставит на дороге. Поскольку пророк смог предвидеть такие детали, как заключение договора, о котором было известно очень малому кругу лиц, у всех вокруг были основания доверять, что сеоргар на самом деле предсказывал будущее, а не выдумывал его. Но Фаррий не подал вида, что его это как-то беспокоит. Вместо того, чтобы паниковать, он сразу начал обдумывать план, как защитить себя и свою семью. И в первую очередь он спросил, а изменится ли будущее, если Фаррий с семьёй не пойдёт на выставку. Сеоргар предсказал, что нет, ведь Крозз найдёт их в тот день независимо о того, где они будут. Когда эксперимент подошёл к концу, самые новые приборы смогли уловить некие колебания эфира и определённые возмущения в других диапазонах, но этих данных всё равно было слишком мало, чтобы приблизиться к понимаю того, как работает дар Дионы. Отпустив сеоргара, Фаррий пообещал, что обязательно обратится к нему ещё, когда приборы станут более совершенными, на что пророк ответил ему:
– Даже я не стал бы загадывать так далеко вперёд. Поэтому, будь готов, что мы больше никогда не увидимся.
Фаррий тогда подумал, что саткар намекает на его возможную скорую кончину, но на самом деле тот подразумевал совсем другое.
Время потянулось очень размеренно. Днём Кселай изучал данные по проектам, к которым он присоединился, чтобы как можно скорее начать работать над ними, вечерами занимался тренировками и изучением рун. Когда каждое очередное предсказание исполнялось, становилось ясно, что и последний пункт тоже обязательно случится. Через пару дней Кселаю доставили его меч – процесс был завершён, и клинок предстал во всей своей красе, собранный и готовый к бою. Кселай испытал его – он воткнул его в стену заброшенного строения, да причём так легко, что клинок залез до середины – вот, что означает заточка толщиной в атом, руна урона и синестетическая обработка. Встав на торчащий меч, Кселай попрыгал на нём – тот почти не изгибался, настолько мощна была в нём связь. Разрубив несколько каменных и металлических обломков, валяющихся вокруг, Кселай понял, о каком возможном неудобстве говорили учёные, предупреждая, что лучше сделать оружие короче, но Кселай же считал это просто идеальным. В то время, как большинство врагов будут использовать удобство своего оружия, но ограничивать его функциональность, Кселай будет иметь преимущество в мощности и дальности. Полностью удовлетворённым своим новым спутником, Кселай назвал его Ксай, что на древнем языке означает «Точность».
И вот наступил день выставки. Фаррий, Жилеена и Кселай направились туда. Кселай удостоверился, действительно ли им стоит это делать? Не лучше ли обратиться за помощью к Первейшим, чтобы они предоставили защиту? На что Фаррий отвечал ему, что он уже обратился и все меры были предприняты. После выставки они направились пешком по заполненной людьми улице. Но чем больше они приближались к дому, тем меньше людей становилось вокруг. Как позже выяснилось, это Крозз используя свои способности ненавязчиво разгонял людей подальше, чтобы оказаться с Жилееной на едине. Вскоре она почувствовала, что неподалёку находится кто-то с сильной аурой. Тогда она напрягла свои магические силы и попыталась дотянуться до него, чтобы вывести его на открытую местность, но ощутила мощное сопротивление. Когда Крозз понял, что его раскрыли, он не стал пытался сохранить в тайне своё присутствие, а преисполненный самоуверенности пошёл в открытый бой: усилием воли он обездвижил всех троих и начал причинять им сильную боль. Делал он это не только из садистских наклонностей, но ещё и потому, что боль и страдания близких заставляют организм выплёскивать в кровь различные гормоны, такие как адреналин и кортизол, а это усиливало эффект от ассимиляции и он не просто подпитывал и усиливал себя, но испытывал некую эйфорию при поглощении крови. Жилеена пыталась развеять его чары, однако он удерживал её не только магией, но и силой одного из сариномов, обладавшего телекинезом. И если против определённых магических приёмов всегда можно использовать противоположные цвета эфира для их взаимного поглощения, то против силы сариномов конкретных приёмов нет, ведь они мало того, что редки, так ещё и пользуются не-эфирными способами взаимодействия.
Приближаясь медленным шагом, смакуя каждый момент и усиливая натиск своими силами, Крозз позволял Жилеене накопить как можно больше гнева и боли, чтобы при поглощении он мог ощутить всю её мощь и ненависть. Но вот только в одном он просчитался – он один, а Жилеена не одна. Когда Крозз окончательно расслабился и был готов начать поглощать кровь чародейки, его внезапно объяло сомнение. Спустя долю секунды его снёс мощный поток плазмы, выпущенный откуда-то слева от него. На помощь Фаррию и его семье пришёл отряд чародеев во главе со спецагентом-сариномом Марвином. Он-то и выпустил тот самый поток плазмы. К сожалению, Крозз был опытным убийцей и даже в моменты его максимального расслабления он не снимал с себя все щиты – какие-то оберегающие чары оставались на нём, и это спасло его от мгновенной смерти. Когда из-за потери концентрации Крозз перестал сковывать Кселая и его родителей, Жилеена тут же присоединилась к отряду магов, чтобы изловить и задержать Крозза. Но тот начал применять невообразимое количество магических сфер разом и сопротивлялся колоссальному эфирному давлению, оказываемому на него. После пары попыток отбиться он понял, что сейчас у него ничего не выйдет, поэтому он постарался телепортироваться в далёкое место. Один из чародеев приложил большие усилия, чтобы удержать его перемещение, но всё же огромное количество поглощённых способностей помогли Кроззу преодолеть эту помеху и исчезнуть. Волшебник, что пытался его удержать, сообщил, что почувствовал след Крозза и знает, куда тот переместился. Направив ментальное сообщение кому-то, возможно Первейшим, в котором указал, где искать убийцу, он вместе с остальными чародеями исчез, а Марвин остался, чтобы убедиться, что с Фаррием и его семьёй всё в порядке.