Флёр
Шрифт:
— Дорогая моя Фло, обязанность офицера — заставить своих людей занять верное место в бою. Он должен их там удерживать, демонстрируя собственное безразличие к смерти. Нужно постараться, чтоб английский солдат лицом к лицу оказался со своим противником. Все остальное он сделает сам. Мне об этом рассказывал герцог.
— Герцог? — удивилась Флер. — А что он знает о войне?
— Не принижай его, Фло, тебе хорошо известно, что герцог в военном деле равен лорду Веллингтону, а в ботанике не уступит лорду Девонширскому.
— В любом случае, вряд ли скоро разразится
— Только не Ричард. Если его полк направят за границу, то он сделает все, чтобы достойно вернуться на родину.
Ее воспоминания прервал знакомый голос.
— Привет, Флер. Это — я.
Натянув поводья, она остановила Оберона и оглянулась. Неподалеку под цветущим каштаном Флер увидела Ричарда со своим приятелем-кавалеристом. Одиннадцатый гусарский полк ни с кем не спутаешь! Плотно облегающие малинового цвета панталоны с двойным золотым кантом, отороченный мехом гусарский ментик с золотыми застежками, наброшенный на одно плечо, широкий красно-золотой пояс с кобурой, меховая шапка с бело-красным оперением…
Гусары всегда выглядели великолепно, но никто не мог сравниться со «Сборщиками вишен»! Они были просто поразительны!
— Привет, Ричард! Я только что подумала о тебе.
— Какое совпадение, — отозвался он, — а я говорил о тебе. — Ричард по-гусарски растягивал слова, демонстрируя свой новый акцент и свои совсем новые кавалерийские усики. Пока еще они никого не сразили, но его адъютант-солдат по ночам смазывал их каким-то зельем, от которого они должны были приобрести более лихой вид.
— Я думала, ты в Хаунслоу. Что ты здесь делаешь? — поинтересовалась Флер.
— Ничего особенного. Мой лучший друг, мистер Брук.
— Спасибо, хорошо, — пробормотал Брук с модным томлением, поднимая кончики пальцев к шапке. Он, конечно, был завидным красавчиком. Усы у него были куда длиннее и больше лоснились, а его корсет на осиной талии был самым тугим во всем полку.
— Вы приехали полюбоваться Хрустальным дворцом? — спросила Флер.
— Боже, что вы, мадемуазель. Мы находимся на службе. Везем важное сообщение в конную гвардию, — ответил Брук, поднимая недоуменно на нее брови: разве может их заинтересовать какая-то историческая достопримечательность? — Я просто размышлял над тем, что, слава Богу, все кончилось. Публика просто с ума посходила, слишком много здесь собралось бездельников, белоручек и слишком много шума, мисс Гамильтон, если вы хотите знать мое мнение.
— Совершенно справедливо, — отозвался Ричард. — Нельзя ездить одной, Флер. Не понимаю, почему тетушка тебе это позволяет, сейчас такие прогулки небезопасны.
Флер прекрасно понимала, что брата на самом деле беспокоит ее безразличие к новому приятелю. Новый корнет в полку требовал к своей особе повышенного внимания, а неподобающее поведение иного из родственников умаляло его достоинство.
— Какая ерунда! — небрежно бросила Флер. — Я езжу одна вот уже шесть лет, и ты это прекрасно знаешь.
— Дома — другое дело. Но в данный момент ты находишься в общественном месте.
— У него и без меня полно хлопот. Кроме того, что же может со мной произойти в общественном месте, а?
Ричард стоял на своем.
— Просто тебе так не подобает себя вести. Повсюду полно мошенников. В парке кого только не встретишь… Сама знаешь…
— То же происходит и в клубах, — согласился с ним Брук. — Полно сельских жителей, которых я прежде там не видел, могу поклясться! — Он чуть расширил глаза. — А на днях наш привратник Джонсон был вынужден прогнать взашей какого-то субъекта с парадного крыльца. Он уплетал бутерброд с говядиной, густо намазанный с одной стороны горчицей! Брук содрогнулся от омерзения.
— Какой ужас! — сказала Флер, разделяя его чувства.
В разговор торопливо вмешался Ричард.
— Как тебе показалась Жемчужина? Что скажешь?
— Великолепна. Напрасно ты волновался по поводу ярко-красного чепрака. Он ей очень идет!
Ричард, конечно, ожидал от нее комплимента и был страшно доволен.
— На прошлой неделе майор Фостер сказал, что хочет купить ее у меня. Она такая аккуратная и легка на ногу.
— Теперь она не кажется слишком легковатой для тебя? Если начнется сражение и дела обернутся худо, — торжественным тоном начала было Флер.
Ричард густо покраснел и скорчил гримасу.
— Жемчужина вполне подходит одиннадцатому гусарскому полку, а он-то самый лучший полк в кавалерии. Когда же доведется вступить в бой, то могу заверить тебя, что мы устремимся прямо на неприятеля и не будем ловить ворон!
Флер, дерзко улыбнувшись, указала кнутом на Хрустальный дворец.
— Вот, поглядите на величайший памятник всеобщему миру. Такого еще никогда не было! Больше не будет никаких сражений. Нам не нужна война. Все, даже мелкие разногласия нужно разрешать спокойно, путем переговоров. С помощью дипломатии.
— Какой вздор ты несешь! — горячо возразил Ричард. — Ты посмотри, повсюду назревают новые конфликты. Австрия разделалась с Венгрией, поляки в ссылке, Наполеон III во Франции обуреваем невероятным тщеславием, русские намерены захватить Турцию! Когда всех нас призовут, чтобы навести порядок, — это только вопрос времени.
— Такая перспектива вряд ли кому понравится. Но мне кажется, что вами движут ваши амбиции.
— Все это факт, мадам, — вежливо ответил Брук, всячески подчеркивая ее неосведомленность, — народ не может долго прозябать в состоянии мира. Война… война за доброе дело… вот что нам необходимо. Что-то вроде…
— Катарсиса? — Перебила его Флер.
— Да, очищения. Что-то вроде крестовых походов. Нужно почувствовать, как живет весь мир.
— Благодарю вас, мистер Брук, за объяснение. Я понятия не имела, что война хороша для поддержания здоровья.
Молодому человеку явно было не по себе, — он никак не мог понять, смеется ли она над ним или говорит серьезно. Ричард знал, что сестра слегка над ним подтрунивает, и поэтому решил снова вмешаться.
— Не обращай внимания, Фло. Ну, какие новости дома? Как отец?