Флеш-драйв
Шрифт:
– И где, интересно, мы такой корабль возьмём? Закажем Идрису выращивание? Он как бы сейчас немного другим занят. Остановить рост второй "Вершины" Явик точно не согласится. Или ты предлагаешь ждать, пока он не закончит?
– Ручками соберём, Скруд. Ручками. Существовал такой способ в незапамятной древности. Когда сайлоны разнесли в клочья верфи Скорпии, там находилось множество готовых к полёту кораблей, множество неготовых, а также запчастей и деталей к ним. И если готовых не осталось, то уж наскрести деталей на один досветовой катер мы как-нибудь сможем. А всё необходимое для длительной жизни одного человека на планете - загрузим с наших кораблей.
– Да, - кивнула Кейн, - при необходимости я могла
– БПА-манёвр?
– Боевой прыжок в атмосферу. Вы же об этом спрашивали.
– А сайлоны? Они могли проводить такие же манёвры?
– Да. В Первую сайлонскую они несколько раз проделывали этот трюк.
– Почему же тогда они не могли появиться над вашими городами и разбомбить их в любой момент? Зачем понадобилось вырубать батлстары на орбите?
Кейн заставила себя улыбнуться.
– Этот вопрос задают курсанты на первом занятии в училище флота. Непременно найдётся мальчишка, реже девчонка, считающие, что они самые умные и раскрыли страшную угрозу для Колоний.
– Ну, в прыжковой навигации я и есть мальчишка, по большому счёту, так что мне простительно.
– Ладно, поработаю немного учителем, хотя вы бы могли поговорить об этом с навигаторами, а не тратить моё время. Атмосфера отличается от дальнего космоса тем, что в ней постоянно меняются различные физические поля. Освещённость, влажность, давление, запылённость, статическое электричество, и ещё добрый десяток параметров. И каждый из них влияет на квантовую пену, то есть на вероятность рождения червоточин. Поэтому существуют два типа БПА-манёвров - и горе тому, кто их перепутает. Дальний БПА-манёвр - это когда вы прыгаете с расстояния в пару световых месяцев, но по принципу "на кого бог пошлёт", потому что точка выхода у вас определяется с точностью до планеты. Высота ещё задаётся более-менее надёжно, если характеристики планеты известны - и то есть риск вписаться во что-нибудь, что торчит над поверхностью, например в гору. Но положение по горизонтали полностью случайно. Вы можете вынырнуть над океаном, над северным полюсом, над пустыней... или прямо над зенитками противника. Ближний БПА-манёвр позволяет попасть в интересующую вас точку планеты - но для этого нужно сначала тщательно замерить все характеристики пространства в этой точке. Обычно это делается сканированием с орбиты. В принципе, можно послать в атмосферу "Раптор", который замерит интересующие вас параметры, а потом прыгнет и скинет их на ваш сервер. Но вам придётся молиться, чтобы за время подлёта и измерения его не сбили, а также чтобы за время, пока он возвращается и вы считаете прыжок, погода не изменилась - не набежала туча и не пошёл дождь, например.
– Понятно, - после паузы сказал Явик.
– Но сбросить кобальтовые бомбы можно и в дальнем манёвре, разве нет? Нет разницы, где именно они взорвутся, всё равно окажется загажена вся планета... как, собственно, и случилось на Леонисе.
– Верно, - хмуро кивнула женщина.
– Но наши политиканы так до конца и не поверили толком, что сайлоны захотят уничтожить вообще всё живое на планете. У нас, конечно, были нейтронные выжигатели, но это всё так... паллиатив, аварийный набор. Их никогда не проверяли в деле.
– Что это за устройства? Может быть и нам они пригодятся?
– Вряд ли... но сейчас это уже не стратегический секрет, так что могу рассказать. Нейтронный выжигатель - мощная нейтронная бомба, которую предполагалось взорвать в скоплении кобальтовой пыли. Поглотив нейтрон, Кобальт-60 превращается в Кобальт-61, а у того период полураспада всего два часа. Он в основном превратится в безвредный Никель-61 раньше, чем достигнет поверхности.
– Да, для Леониса сейчас уже поздновато. Но на будущее... нечто подобное может пригодиться. Меня тревожит, что сайлоны совсем молчат. Если они сбежали далеко и надолго, мы их вряд ли найдём. Если же они готовят ответный удар... нужно иметь представление,
– У вас же есть несколько пленных сайлонов. Допросите их пожёстче и выбейте, что они сейчас задумали...
– Я бы с радостью... Но все сайлоны в руках Серан, а она таких методов не любит.
– Значит, у вас тоже есть проблемы с дисциплиной...
– Хотел бы я знать, у какой цивилизации их нет, когда приходится работать с гражданскими...
– Но как вам это удалось, Мордин?!
– Ярсен ошеломлённо смотрел на гору слабо дёргающихся центурионов.
– Элементарно. Навыки хирурга плюс скоробиотика. Не сильно отличаются от навыков механика. Подошёл со спины. Просканировал конструкцию. Вскрыл корпус. Извлёк самоликвидатор. Разрушил суставы конечностей. Перешёл к следующему. Следующего сканировать не нужно - конструкция одинаковая. Просто вскрыл и извлёк. Сотни хватит или ещё добыть?
– Думаю, остальных мы добудем сами. Только скиньте мне на терминал данные по результатам сканирования. Зная, где у них взрывчатка, какая и чем запускается, мы уже сами придумаем способ её отключать. Кстати, у Серан тоже есть успехи. Ловите данные.
Серан действительно не любила пыток. Но не только как аватара Милосердия, но и как Главный Коллекционер. Извлечение информации с помощью боли и страха было для неё такой же примитивщиной, как каменный топор. Медленно, грязно, неэффективно. В её распоряжении было целых два гораздо более продвинутых способа. Наномашины протеанского интерфейса в сочетаниии с наномашинами индоктринации Жнецов позволяли за пару минут буквально выпотрошить любой мозг, полностью перенеся его содержимое в бортовой компьютер.
Правда, индоктринация перестала быть для них доступной после мятежа. Наномашины без соответствующего управляющего сигнала отказывались размножаться в организме "пациента". А сигнал этот они сами очень старательно обрезали. По той же причине стало недоступным и изготовление первичных хасков.
Извлечь знания с помощью одного только протеанского компьютера было несколько сложнее. Он мог считывать лишь те воспоминания, которые пользователь отдавал добровольно. В случае с сайлонами о добровольности и речи быть не могло.
Но когда в вашем распоряжении самая обширная в Галактике база данных по работе нервных систем разных видов разумных и лучший в Галактике нейрофизиолог со сверхскоростным мышлением и опытом работы в спецслужбах - это, право же, решаемая проблема. Мозги гуманоидных сайлонов мало чем отличались от мозгов людей - а опыт работы с людьми у Мордина уже был. Импланты? Ха, можно подумать в той же Шепард было меньше железа.
Чтобы создать букет препаратов, полностью подавляющих волю, фантазию и отправляющих сайлона в неконтролируемое путешествие по волнам воспоминаний, Мордину понадобилось ровно десять минут. А испытания уже взяли на себя Коллекционеры.
И вот теперь поступил отчёт, что шестой вариант коктейля сработал, как надо. Вернее, все предыдущие пять действовали неплохо - ни один не нанёс пациентам непоправимого вреда, и все в той или иной степени развязывали сайлонам языки. Но только шестой позволил чётко отделить реальные воспоминания от галлюцинаций. Ориентировочно, полная выкачка "архива" памяти должна была занять около трёх дней.
– Почему именно ко мне? Почему не к Серан?
– Потому что только ты можешь помочь мне, не испортив отношения с Явиком. Серан всё-таки официально у него в подчинении. Ну да, она часто ведёт себя по-своему, но всё-таки Явик - лидер всех протеан, как изменённых, так и неизменных. Если я уговорю её помочь мне, это может вызвать гражданскую войну - Явик и так уже на грани, а ему подчиняется "Вершина Полутени". Ты же творишь что хочешь, и он уже с этим отчасти свыкся. К тому же у тебя все коды управления "Мэлоном", так что ему ссориться с тобой невыгодно - он не получит копию "Вершины". Ну и наконец, ты - единственное эффективное оружие против Жнецов, что тоже важно.