Флетч
Шрифт:
— Они знают, что мы ничего не скажем, поэтому всегда хватают этого малого и пытаются выбить из него правду. Забавно. Забавно.
— Кризи, у тебя прорезалось чувство юмора.
— Я провел изумительную ночь. Звезды спустились вниз и говорили со мной.
— И что они сказали?
— «Кризи, ты избранник божий. Ты поведешь людей в море».
— Мокрый у тебя вышел сон.
— Да. Мокрый.
— Я должен встретиться с одним человеком.
— А я должен украсть деньги.
Кризи
Флетч, скрестив ноги, сидел в лачуги Ватсаяны. Сам Ватсаяна, скрестив ноги, сидел внутри.
— Несколько красненьких, — попросил Флетч.
— Таблеток нет, — ответил Ватсаяна.
— У меня двадцать долларов.
— Жду новую партию. Поболтайся по близости.
— Мне надо сейчас.
— Я понимаю, — Флетч никогда не встречал более добрых глаз. — Ничего нет. Осталось чуть-чуть героина.
— Дерьмо.
— О вкусах не спорят. Как Бобби?
— Спит.
— Ты ей не безразличен, Флетч. Она приходила вчера вечером.
— Я знаю.
— Она ужасно выглядит.
— И что?
— Почему бы тебе не увезти ее отсюда?
— Ты думаешь, Гамми заговорит?
Глаза Ватсаяны на мгновение сверкнули.
— Думаю, что нет.
— Почему нет? Они все время бьют его.
— Пока он не заговорил.
— Почему они постоянно забирают именно его?
— Он местный. Его можно прижать. Допрашивая одного и того же подростка, они рассчитывают, что в конце концов заставят его дать показания. Я с этим уже сталкивался.
— Как ты думаешь, они сломают его?
— Сомневаюсь. Он ушел слишком далеко. Он ничего не чувствует.
— Как мы узнаем, что он заговорил?
— Люди в синей форме с большими дубинками спустятся с неба, ангелымстители Общества, и солнечные лучи будут отражаться от их сверкающих шлемов.
— Как мы узнаем, что они придут?
— Они не придут. Поверь мне, Флетч. Все будет хорошо. Тебе нечего бояться.
— Толстяк Сэм, я слышал, тебя хотят ограбить.
— Кто?
— Не могу сказать.
— Кризи? Сейчас ему трудно даже ходить.
— Не Кризи. Кто-то еще.
— Кто хочет ограбить Ватсаяну?
— Он говорит, что знает, откуда ты получаешь товар.
— Этого не знает никто.
— Он говорит, что ты получаешь товар прямо на пляже. Что кто-то приносит его тебе. Это правда?
— Сынок, правды не существует.
— Он говорит, что в следующий раз, когда ты будешь получать товар, он пидет к тебе забрать и товар, и монеты.
— Ничего у него не выйдет.
— Как ты получаешь това?
— Я молюсь, и он появляется у меня. Ты хороший парень, Флетч, только
— Да.
— Я так и думал. Никто не будет грабить Ватсаяну.
— Это возможно? Тебя могут ограбить?
— Никогда. Никак. Расслабься. Завтра к полудню у меня будут красненькие. Ты дотянешь?
— Дай мне то, что у тебя осталось.
— Дай мне двадцатку.
— Никто не захочет грабить тебя, Сэм.
— Если это случится, товара больше не будет.
— Никто не хочет, чтобы это случилось.
— Разумеется никто.
Глава 12
Флетч включил вентилятор под потолком телефонной будки, чтобы заглушить шум транспорта.
— Миссис Стэнвик, пожалуйста.
— К сожалению, миссис Стэнвик нет. Что-нибудь ей передать?
— Мы звоним из «Рэкетс-клаба». Вы не знаете, где может быть миссис Стэнвик?
— Но она должна быть там, сэр, то есть в клубе. Она играет сегодня утром и останется на ленч. Думаю, она хочет встретиться с отцом.
— Она и сейчас в клубе?
— Да, сэр. Она предполагала провести там весь день.
— Мы поищем ее. Извините за беспокойство.
Как обычно, в субботнее утро дорога вдоль побережья была забита машинами. Флетч зашел в универмаг и купил новую тенниску, пару белых носков и теннисные шорты.
— Вы — Джоан Стэнвик, не так ли?
Она сидела за столиком для двоих, глядя на теннисные корты. Перед ней стоял полупустой бокал мартини со льдом.
— Да, а что?
— Я не видел вас с самой свадьбы.
— Вы друг Алана?
— Мы вместе служили в авиации, — ответил Флетч. — В Сан-Антонио. Мы с Аланом не встречались уже много лет.
— И тем не менее вы меня узнали.
— Разве вас можно забыть? Вы не возражаете, если я сяду?
— К сожалению, у меня не такая хорошая память, как хотелось бы, — улыбнулась Джоан. — Я не могу вспомнить, как вас зовут.
— Не только вы, — ответил Флетч. — У меня самая незапоминающаяся фамилия на свете. Атреламенски. Джон Атреламенски.
— Джон мне вполне по силам.
На столе лежал фотоаппарат «Поляроид».
— Вы живете в этом округе, Джон?
— Нет. В Батте, Монтана. Я здесь по делам. Улетаю сегодня днем.
— И какие же у вас дела?
— Мебель. Мы обставляем гостиницы.
— Понятно. Жаль, что вы не застали Алана. Он на авиационном конгрессе в Айдахо.
— Алан все еще летает?
— Постоянно.
— В отличие от остальных он всегда любил летать. Я никогда не забуду, как он спикировал на жилой дом в Сан-Антонио, выполняя тренировочный полет.