Флибустьер
Шрифт:
– И какой вывод?
– Андреас непонимающе уставился на шефа.
Делец набрал воздуха в рот. Подставил кулак и начал медленно выпускать его сквозь сложенные пальцы. Отдёрнул руку, посмотрел на помощника. Высказал свою версию…
– Он взял его где-то поблизости. Либо намыл, либо купил. Если бы у нас продавали такое золото, я бы знал. А я не знаю. Значит, купил - отпадает. Остаётся - добыл. И добыл где-то недалеко. В месте, про которое никому не известно.
Меняла покусал губы. Принял решение.
– Быстро отправь Рамусена проследить за этим Баскервилем: Где остановился, с кем встречается,
....
Минуло два часа. Вечер ещё не наступил, а Рамусен уже стоял перед начальством.
– Что случилось?
– Ольсен испугано поднял глаза.
– Ты, что упустил англичанина?
– Да, господин. Он сущий чёрт. Заметил слежку. Застрелил лошадь соседней кареты, перегородил трупом улицу. Пока её убрали - успел скрыться. Зато я узнал другое. Этот англичанин – вовсе не англичанин. Он московит, прибыл из Петербурга. За ним следят французы и англичане, и ещё кто-то. Оказывается, он знает место, где находиться затонувшее древнее судно с сокровищами. Они пасут его днём и ночью. Надеются, что выведет к кораблю.
Финансовый воротила удивлённо сморщил лоб.
– И откуда, у тебя, дорогой Рамусен, такая подробная информация?
– Господин Ольсен, я поговорил с одним из преследователей по душам.
– А он, тебе, взял и всё рассказал?
– не поверили хитрецу.
Рамусен хмыкнул.
– Пришлось немного потыкать в него ножом.
– Ладно! – перебили слугу.
– Меня не интересует подробности. Сколько там золота на этом корабле?
– Так в том-то и дело - много. Очень много. Говорит, на несколько миллионов.
…..
Три дня спустя, когда терпение и бранные слова уже закончились, Ольсен продолжал метаться по помещению, сгрызая зубы в песок...
– Ищите, ищите, ищите... остолопы чёртовы!
– Он орал на нерадивых подчинённых и слюни летели изо рта.
– Это не иголка в сене. Баскервиль не мог раствориться в большом незнакомом городе, да ещё с полным мешком серебряных монет. Он где-то здесь, рядом, недалеко. Я чувствую его. Где-то залёг. Выжидает.
Хозяин конторы остановился возле одного из присутствующих.
– Лютос, ты разговаривал с Одноглазым Малышом? Просил у него помощи?
– Да, господин. Люди Малыша перерыли весь рынок. Проверили всё до последней черепушки. Не было его там.
Меняла очень грязно и длинно выругался.
– У этого ненормального московита - целая куча денег! Он должен был её где-то потратить? Так! В заведении "Тетушки ЛуЛу", спрашивали? В портовых борделях? Забегаловках? В кабаках? Ночлежках? В конце концов… - в церквях?
Лютос не смог сдержать взгляда хозяина, отвёл глаза. – Везде спрашивали. Нигде не появлялся.
Ольсен заломил руки.
– Ну, не может быть! По городу ходит безумец, с грудой серебра, а может и золота... И никто, ничего не знает? Бред!
– Андреас, поди сюда!
– позвали помощника.
– Ты встречался с начальником стражи? Были какие-то особые случаи за прошедшие дни?
– Нет, господин. Всё как обычно - три убийства, пара драк. Одна с поножовщиной. Украли пару лошадей у господина Свана Свенсена.
– Как не было?
– раздражённо заорали и затопали ногами в бешенстве.
– Я что? Поменял золото у бестелесного духа? Или мне приснилось? Меня, что, здесь? Держат за дурака?
– Я нашёл князя!
– внутрь помещение протиснулся Рамусен.
– Где?
– все повернулись в его сторону.
– Не знаю точно. Но, чётко видел, как преследователи садятся в шлюпки и плывут в сторону кораблей. Нужно идти за ними. Они приведут нас к нему. Или к его золоту.
Ольсен резко повернулся в сторону помощника.
– Андреас, я надеюсь корабль к плаванью подготовлен? Чем-то же ты занимался эти дни?
– Да, господин.
– Тогда чего стоим? Немедленно собираемся и в дорогу.
Глава 3
Прелюдия 3.
Ты не бойся. Мы тебя зарежем не больно: Чик, и ты уже на небесах.
(Фильм. Место встречи изменить нельзя).
Массивный корпус судна стонал и скрипел, словно живое существо. Пахло затхлостью. Где-то вдали, за перегородками подвешенный к переборке фонарь, раскачиваясь по спирали, отбрасывал пляшущие тени на обшивку, тела и лица моряков, создавая впечатление живописного полотна.
Отец Бриан Буагильбер застыл в первой попавшейся позе, как это было принято в детских играх ребят, у него на родине. Замер, опираясь на какую-то доску одною правой ногой. Левую он медленно опускал, чтобы не дай бог, не ударить каблуком о какой-нибудь неуместный выступ, ящик или тюк. Сделал шаг, подкрадываясь к говорящим. Прижался к балке. Постарался слиться с ней. Стать единым целым. Новый шаг. Ещё один, ещё. Осторожно выглянул из-за угла.
– Резать надо святош-ш, - шипел, похожий на змея, смуглый кривоногий бандит с дьявольским лицом и желтым зубом, нависавшим над нижней губой. Он ухмыльнулся и похлопал ладонью по рукоятке ножа, торчавшего у него за поясом.
– Парни, я не понимаю, чего мы ждем?
– поддержал его низенький человечек в громадных сапогах, с лицом, почти полностью закрытым пушистыми усами.
– За проезд они заплатили. В мешках есть ещё. Вон, как переживают и держаться за них. Глаз не спускают. За каким чёртом нам плыть в Сантьяго? Заберём деньги. Укокошим монахов, и спокойно рванём в Америку.
– Послушайте, джентльмены, - капитан поднял обе руки привлекая внимания. – Напомню, мы давно не пираты. А те, кто про это позабыл и решил вернуться на скользкую дорожку, я хочу напомнить, что бывает с такими... Их вешают! Как собак! Без суда и следствия. Тем более убить служителей церкви? Это уже вообще ни в какие ворота!
Змееголовый оскалился и снова зашипел. – Капитан, открой глаза, они абсолютно не походят на «святых отцов». Не молятся, не поют свои дурацкие псалмы. А ещё у них дурацкие имена. Ну, не бывает у монахов таких имен - Бриан Буагильбер, Айвенго! Крысы они, а не святые отцы. Высматривают, вынюхивают, к чему-то готовятся. Резать их надо. Кроме нас никто не знает про них. А если кто спросит. Скажем, смыло за борт. С кем не бывает…