Флирт
Шрифт:
— Ты меня убьешь за нее?
Никки молча кивнул. Джейкоб посмотрел на меня:
— Жаль, что я не отказался от этой работы.
— И мне жаль.
Он посмотрел на Никки, потом на меня.
— Они пытали наших львов, чтобы на нас выйти.
Непонятно было, кому он это говорит.
— Мы бы сделали то же самое, — ответил Никки.
— Ты развалила мой прайд, — сказал он.
— Нет, Джейкоб, — возразила я. — Ты сам его развалил, открыв военные действия против меня и тех, кто со мной.
Он посмотрел на меня. Глаза раскрылись так широко,
— Это да, — ответил он. — Я чувствую, как они сюда мчатся, все ближе и ближе, спасать тебя — будто тебя надо спасать.
Он рассмеялся, но невесело.
— Иди, Джейкоб, — сказал Никки.
Джейкоб обернулся ко мне.
— Если в какой-нибудь еще работе всплывет твое имя, я от нее откажусь.
— Сколько бы денег ни предлагали? — спросила я.
Он кивнул:
— Нет такой цены, ради которой я бы снова к тебе подошел близко. — Он посмотрел на пистолет в руке под телом Эллен. Я видела, как он думает. — Я тебе предлагаю договор, Анита Блейк. Ты не ищешь меня, а я оставляю тебя в покое.
— Договорились.
Никки обнял меня:
— Джейкоб, я, похоже, остаюсь.
— Я знаю. — Он снова на меня посмотрел — сверкая белками слишком широко раскрытых глаз. — Я и сам не был уверен, что смогу уйти. Анита, я соберу всех своих, и мы тебя и твоих оставим в покое. Будь моя воля, я бы на Сент-Луис повесил предупреждающий знак для наемных громил.
— И что там было бы написано? — спросила я.
— «В этом городе живет зараза покруче тебя».
Джейкоб вернул мне мое оружие, веря, что я не выстрелю ему в спину, и пошел к границе кладбища, держа на руках Эллен, и лишь дойдя до деревьев обернулся и посмотрел на меня. Может, надо было его застрелить, но моя львица сочла, что вполне достаточно надрать ему задницу и отпустить. В мире львов ему не было дороги назад.
Оставалось только надеяться, что она знает, что делает.
Над деревьями затлел первый намек на рассвет, отчего они даже чернее стали на фоне пробуждающейся зари. Я чувствовала, как злится Жан-Клод, что не может прибыть ко мне, но были другие, которые могли, для которых дневной свет не помеха. Тут же, будто вызванные мыслью, из леса выбежали с пистолетами Мика и Натэниел, за ними еще какие-то темные фигуры. Прибыла кавалерия.
Они бросились меня обнимать, пока охранники проверяли, что противника здесь больше нет. Никки заставили встать на колени под дулами пистолетов и положить руки на голову. Он выглядел так, будто эта поза ему знакома. Я их обнимала и плакала, чего никогда не было раньше.
— Я думала, вас убили.
— Когда ты не вернулась с ленча, Берт нам позвонил узнать, не дома ли ты.
Натэниел прислонился ко мне лбом:
— Потом мы не могли тебя найти, и ты пропустила звонок от другого маршала насчет казни вампира. Мы пошли тогда в ресторан, где тогда с тобой обедали, и тот симпатяга-официант, Ахсан, рассказал, что тебя увезли два мужика в джипе. — Он целовал мое лицо, сверху вниз, дорожкой. — И ты пропала, и все связи оборвались. Я думал, ты погибла.
Он
— Жан-Клод поддерживал Натэниела и Дамиана энергией, но он знал, что ты ранена — это мы почувствовали до полного затемнения.
Он подошел к нам, Натэниел развел руки, и мы обнялись втроем.
— Я чуть не сдох ради тебя, и меня даже не обнимут? — раздался голос Джейсона.
Я отодвинулась, чтобы увидеть его, и он обнялся с нами.
— Извини, что пропустил самое интересное, но мне поручили найти защищенный от солнца дом для вампиров.
— Я ощутила его досаду, что он не может сюда попасть до рассвета.
— Досада — неплохое слово. И бешеный гнев — тоже хорошее, — сказал Джейсон и стер у меня с лица слезы.
— С этим что делать? — спросил один из телохранителей.
Я обернулась к Никки, все еще стоящему на коленях под дулами пистолетов.
— Он со мной. — Все обернулись ко мне. — Мне нужна была помощь, чтобы залечить раны, и силы достаточно, чтобы поднять мертвых и чтобы они вас не убили. Пришлось его подчинить. Покойный Рекс говорил, что видал вампиров, умевших так поступать с женщинами. Невестами Дракулы.
— Невесты Аниты? — спросил Джейсон. Я пожала плечами.
— Ты уверена, что ему можно доверять? — спросил Мика, глядя на Никки не слишком дружелюбными глазами.
— Не знаю. Но он меня защитил от своего прайда и чуть не словил направленную в меня пулю.
— Ты бы без него выжила? — спросил Мика.
Я подумала и ответила:
— Нет.
Мика подошел к Никки и протянул ему руку. Охранникам это не понравилось, но они знали, что с нами спорить не надо. Мика смотрел на высокого льва, изучая его лицо.
— Спасибо тебе от нас всех, что ее спас.
— Я же ее и похитить помогал.
— Я знаю, — кивнул Мика.
— Он едет с нами домой? — спросил Натэниел.
— Я так далеко пока еще не загадывала.
Тут Никки глянул на меня тревожными глазами:
— Анита, не бросай меня. Пожалуйста, прошу тебя, не бросай. — На его лице боролись друг с другом какие-то эмоции, но потом он свалился на землю и пополз ко мне, протягивая руку. — Анита, прошу тебя, умоляю, я ничего не могу понять, но мысль, что ты меня оставишь — она как смерть.
Я посмотрела на своих — Мика кивнул. Натэниел обнял меня, а Джейсон сказал:
— Я с вами не живу, ребята, так что права голоса у меня нет.
Я обняла его той рукой, которой не обнимала Натэниела.
— Они грозились тебя убить. Есть у тебя право голоса.
Он подошел к нам, посмотрел на льва, протягивающего к нам руку.
— Дотронься до него, дай нам ощутить силу.
Вот это Джейсон. Куда сообразительнее, чем прикидывается.
Я взяла протянутую руку Никки. Как только мы соприкоснулись, между нами искрой проскочила сила, побежала по коже теплой колючей волной, погладила Натэниела, ушла к Джейсону. Натэниел тихо застонал, Джейсон сказал: