Флора-травница
Шрифт:
Подул пронизывающий холодный ветер, девушка поёжилась.
– Надо добраться до станции, гроза собирается. Видно придётся обращаться к отцу за помощью. Вот уже с полчаса иду, а местность по-прежнему незнакомая, – с отчаянием прошептала Флора; ей очень хотелось услышать родной голос.
После нескольких безуспешных попыток дозвониться родителям и звонков всем, кто был в памяти её Nokia, расстроенная девушка с раздражением затолкала мобильник в карман штормовки.
– Раз помощи из зала ждать не приходиться, буду выкручиваться самостоятельно.
Она подняла голову, выбирая перспективное для подъема дерево, но отказалась от этой идеи: ближайшие ветви начинались метрах в двух, чтобы добраться до них, нужна лестница.
– Придётся идти наугад. Буду искать речку. У воды всегда живут люди, – с волнением говорила она себе.
Флора прислушалась, но ветер сильно раскачивал верхушки деревьев. Услышать плеск воды никакой возможности. Решив держаться прежнего направления, девушка вздохнула и пошла дальше.
Лес стал дремучим, ёлки и сосны сменились могучими деревьями с толстыми стволами, таких она прежде не видела.
– Надо же, сошла с электрички, побродила с часок по полянкам и заблудилась в трёх соснах. Может, меня леший крутит? Или я сошла с ума? Мне всегда казалось, что с ума сходят постепенно, а я вот так сразу. Да, быстро у меня крыша поехала. И без всякого предупреждения. Обидно.
Грустно-ироничный монолог был прерван, когда деревья расступились, и она вышла на крошечную лесную полянку, в центре которой стояла маленькая бревенчатая избушка. Крыша сооружения не из привычных материалов, а из сухой травы и веток. Девушка глазам своим не поверила.
– Хорошо хоть не на курьих ножках. Хотя в моём положении выбирать не приходится. Вот-вот начнется гроза, – с тревогой посмотрев на небо, вздохнула она.
Подойдя к избушке, постучала в дверь.
– Скорее всего, здесь никто не живёт. Избушка заброшена, – вслух сказала она и толкнула толстенную дверь, которая со скрипом отворилась.
Флора попыталась войти внутрь, но дверной проём загородил высокий – на целую голову выше – худощавый парень, одетый в длинную рубаху до колен, овчинную безрукавку и какие-то странные мешковатые штаны. Хозяин дома босой ногой придерживал дверь.
Насторожённо, не мигая, он смотрел медового цвета глазами, хмуря густые сросшиеся на переносице тёмные брови, которые необычно выглядели в сочетании с совершенно седой шевелюрой. Длинные густые волосы парня достигали плеч и перехвачены кожаным ремешком, образуя некое подобие конского хвоста.
«Теперь я понимаю, что означает косая сажень в плечах. Это когда плечи человека полностью совпадают с дверным проёмом», – удивилась Флора странному в этих обстоятельствах приступу остроумия.
Парень в свою очередь внимательно разглядывал её, загораживая вход. Он ни о чём не спрашивал, не предлагал ей ни пройти в дом, ни проваливать подобру-поздорову.
Мысленно окрестив незнакомца Седым, девушка подумала: «Какой странный тип!» Конечно, при других обстоятельствах она не навязывала
Блеснул ярчайший зигзаг молнии, раздался оглушительный гром. Это решило исход их молчаливого противостояния. Флора проскользнула внутрь, рассудив, что в такую погоду выталкивать одинокого путника не будет даже самый отъявленный злодей.
Она оказалась в единственной комнатке, самой большой достопримечательностью которой была огромная печь. Остальное пространство занимали грубо сколоченный деревянный стол и две лавки, расположенные напротив друг друга. Обстановку жилища девушка с трудом разглядела в тусклом свете, проникающем из крошечного окошка. Других источников освещения нет.
Флора вдохнула запах жилья. Она знала, если ей понравится запах дома, то понравятся и хозяева, потому что души людей, долго живущих вместе, проявляются запахом, который совершенно невозможно ни выветрить, ни заменить каким-либо искусственным ароматом. Отец, знакомый с её теорией, называл Флору неисправимым кинестетиком.
Отметив, что запах, присущий жилищу, ей нравится, решила выяснить, где оказалась. Не торопясь прошла в комнату, сняла оттянувший плечи рюкзак и села на ближайшую к двери лавку, с интересом поглядывая на хозяина домика.
Незнакомый человек сел напротив, глядя на неё со смесью тревоги и удивления. Несмотря на глаза странного цвета и сросшиеся на переносице брови, высокие скулы и чётко очерченный подбородок делали его привлекательным. Флору это успокоило, тем более, что понравился запах жилища.
Молчание затянулось. Девушка ожидала начала разговора, считая, что первым должен заговорить хозяин. Комнатку на миг осветила яркая вспышка молнии, сразу же раздался громкий раскат грома.
– Ты кто? – отрывисто низким хриплым голосом спросил Седой.
– Человек, – вызывающе ответила девушка.
– Кто?
– Человек!
– Обыкновенный человек? – допытывался незнакомец.
– Нет, необыкновенный. Очень голодный, усталый и заблудившийся.
Флора сняла панамку и вытащила заколку из волос, которые рассыпались по плечам густой волной.
– Девушка?! – удивлённым голосом спросил незнакомец.
– А что, разве не видно? – сухо ответила вопросом на вопрос Флора, которую раздражала игра в вопросы и ответы.
– Как ты сюда попала?
– Ногами. Как же ещё?
– Что делаешь в лесу?
– Траву ищу, – устало пояснила Флора.
– Так ты травница?
– Я пережду у тебя грозу? А завтра ты покажешь, в каком направлении электричка. И я уйду.
– Кого ты хочешь найти?
– Электричку.
– А кто это?
– Как кто? Ну, это такое средство передвижения. Ездят на ней, – удивляясь вопросу, пояснила девушка.
– Ты потеряла харлуга по имени Электричка? Могу поискать. Какой он масти?
Флора на миг потеряла дар речи, с испугом глядя на незнакомца, но тот был абсолютно серьезен.