Фонд
Шрифт:
– Думаешь, Броновича убили люди из «форда»?
– Не знаю. Возможно, нет.
– Почему нет? Стреляли же они в меня.
– Раньше вполне возможно. Но не после того, как мы с тобой расстались. Почему такая перемена?
– Может, патроны кончились.
– Очень смешно. Думаю, теперь они получили другой приказ. Только не могу сообразить почему. Если это те же ребята и снова оказались у тебя на хвосте, думаю, они давно уложили бы тебя… если бы им не было приказано только следить за тобой.
– Возможно, они видели, как ты взял коробку.
– Не исключено. А может, и нет. В любом случае мне кажется, тревожить Мелиссу они не станут. Всего лишь следят за ней в надежде снова взять тебя под наблюдение. Но мне все равно хотелось бы привезти ее сюда только для того, чтобы быть уверенным, что она в безопасности.
Джеймисон провел рукой по волосам.
– Ладно. Позвони, узнай, что она хочет. Она сама принимает решения. Уверен, тебе это известно.
– Кто ж не знает?
– Послушай, нам с тобой нужно встретиться. Как насчет завтра, Смитониан, Музей естественной истории, отдел динозавров. Десять часов? Будь осторожен, поскольку они, возможно, сейчас подслушивают.
– Разумеется.
– И последнее. Начальник отдела внешней контрразведки не отказался от своего намерения, несмотря на то, что я обещал доставить тебя. Он хочет, чтобы его парни тебя арестовали, так что нам придется разработать план «Б».
– Поговорим об этом завтра. Звони Мелиссе.
Блевинс повесил трубку и нажал кнопку ускоренного набора номера кабинета агентов. Он хотел направить агента к Мелиссе до того, как позвонить ей.
– О'кей, отделение агентов-новобранцев, – бормотал он, пока звучали вызовы. – Вам хотелось получить шанс сделать что-нибудь самим. Прошел целый месяц после окончания училища, а вы все еще не выезжали на дело на автомобиле. Эта ночь – твой счастливый случай, приятель. Звоню тебе, потому что ты новый, потому что ты еще зеленый и посему находишься на месте. Подобно тому, как это случается со всеми новыми агентами, которые боятся, что пропустят Настоящее дело. Тебе никогда не хочется ни уйти со службы, ни поспать. Никак не можешь удовлетворить свой эгоизм.
Отделение специальных агентов ответило так, словно им звонили по поводу преступления века.
– Седьмое отделение агентов ФБР, специальный агент Роберт Дэвидсон.
– Ну что, Дэвидсон, обеспечиваешь безопасность всего мира, пока я расслабляюсь?
– Так точно, сэр, мистер Блевинс. Я все держу под контролем, и мир послушно пребывает в покое.
– Прекрасно, ковбой. Ты и представить себе не можешь, как чудесно я чувствую себя, зная это. Послушай, у меня для тебя есть небольшое задание. Боюсь, не очень сложное. Слегка скучноватое для такого седого ветерана, но, черт побери, это шанс сжечь немного бензина. Хочешь заняться?
– Безусловно. Что нужно сделать?
– Некая Мелисса Корли сейчас находится в своем офисе в нескольких минутах езды от тебя. Это «Гражданская коалиция против государственного расточительства».
– Должен ли я взять подкрепление?
– Это твое задание, салага, и ты сам должен решить, нужно ли тебе подкрепление и в каком количестве. Там, в Квонтико, вас больше не учат, что ли?
– Парень в «форде» уже чем-нибудь навредил ей?
– Нет. Возможно, стрелял в кого-то недавно, но ей пока ничего не сделал. Имей в виду, однако, эта женщина может иметь какое-то отношение, возможно косвенное, к убитому человеку, которого мы идентифицировали сегодня. Не уверен, но возможно.
Дэвидсон открыл рот от удивления, вспомнив кошмарную картину, которую являло собой тело Броновича и которая будет его преследовать еще долгое время. Блевинс дал ему время помолчать, чтобы как можно справедливее оценить храбрость и способности.
– Если она нуждается в простой поездке, как на такси, то думаю, мои шестнадцать головотяпов и я в придачу поможем ей.
Блевинс засмеялся. Дэвидсон нравился ему больше, чем кто-либо другой из агентов, которых он курировал. Парень понял, что его работа пустяковина, изобилует хвастовством и напускной храбростью. Именно за это им платили жалованье, за это и в крайне редких случаях за смертельно опасные операции.
– Тебе надо было стать ковбоем, ковбой. И если это твое призвание, займись немедленно. За домом женщины есть узкий проход. Я позвоню ей и попрошу встретиться там с тобой. Отправляйся немедленно, Дэвидсон, чтобы она не ждала более секунды после того, как выйдет на улицу.
– Слушаюсь, сэр.
– Вперед.
Блевинс повесил трубку и начал рыться в поисках номера личного телефона Мелиссы на ее службе. С тех пор как они с Джеймисоном порвали отношения, звонить ей причин не было, так что времени прошло достаточно много.
– Мелисса, это Рич Блевинс. Как там у тебя, все в порядке?
– Рич, как приятно слышать твой голос. Да, конечно, все в порядке.
– И мне очень приятно снова слышать тебя. У меня сердце забилось от радости, когда Питер недавно назвал твое имя. Надеюсь, у вас все наладится. Не то чтобы это в какой-то мере касалось меня, но… черт побери, Мелисса, ты же понимаешь, что я хочу сказать.
– Я понимаю, что ты хочешь сказать.
– Послушай, мы с Питером хотим, чтобы ты перебралась в мой кабинет и находилась там, пока мы не выясним, что происходит с этим «фордом».
– Странная идея. Они ничего не делают, только наблюдают за моим домом.
Блевинс вспомнил лицо Броновича, толстый раздувшийся язык и широко раскрытые глаза. Его начинало беспокоить то, что он недооценил опасность, которая ей угрожает.
– Мы оба знаем это, но я приду на работу завтра рано утром, и надеюсь, мы с тобой позавтракаем вместе. В кабинете моего босса стоит большой диван, на котором ты могла бы поспать. Что скажешь?