Формула отбора
Шрифт:
Завершила прыжок и… неожиданно заметила сидевшего в первом ряду мужчину в чёрном плаще, чьё лицо скрывалось в тени низко надвинутого капюшона. Меня охватило непонятное волнение, ноги задрожали. Как же не вовремя!
Сбившись и потеряв концентрацию, я подвернула лодыжку и упала. Но даже не пoчувствовала удара… лишь с ужасом смотрела, как испаряется лёд. Вместо коньков на ногах снова появились туфли. Волшебство закончилось… А я продолжала сидеть на полу, внутренне сжавшись в комок.
– Кайя Линара, - раздался в мёртвой тишине голос распорядителя, – ваше выcтупление можно считать законченным?
Я сидела, будто в беспамятстве,и не могла вымолвить ни слова. А с трибун на меня с недоумением смотрели сотни глаз.
Лишь когда с первого ряда поднялась фигура в чёрном плаще с капюшоном, ко мне вернулись чувства. Медленно поднялась, готовясь услышать «приговор» судей. Будь я на их месте,точно бы засчитала провал. Сюрприз не получился… Выход в финал, скорее всего, тоже…
Мужчина отбросил капюшон, передо мной предстал Вернон. Сердце ушло в пятки.
– Прежде чем Линара покинет этот зал, я хочу сделать заявление, – взлетел под своды его глубокий голос.
– И призываю Витора в свидетели!
ГЛВА 38
лядя, как сиятельный поднимается на сцену, я прижала руки к груди. Кайр смотрел на меня требовательо и тревожнo, пронизывая насквозь глубиной синих глаз. Сердце билось как сумасшедшее, отчеканивая каждый удар в унисон пульсирующей в висках крови.
Господи! Он так бледен! Не иначе как должен сказать мне что-то очень неприятное… Что с отбором всё кончено…
Неуверенно я сделала шаг вперёд навстречу и, когда Вернон повернулся лицoм к трибунам, вся съёжилась, готовясь услышать приговор.
– Мой выбор сделан, отец. Он пал на Линару Мервилльскую.
Ещё вчера я бы всё на свете отдала, чтобы услышать эти слова, а сейчас замерла, как заледеневшая. Разум отказывался верить в происходящее.
Голос поднявшегося императора прозвучал в мёртвой тишине отчётливо и раскатисто:
– Ты не можешь нарушить закон природы, выбрав одноликую!
– Могу , если это любовь!
Сердце подпрыгнуло, я не верила своим ушам! Опомнившись, бросилась к кайру, но не дошла, отпрянула, когда тишина взорвалась возбуждёнными голосами и криками, сливавшимися в одно громогласное: «О-о-о!» Мысли закружились в беспорядочном вихре. Боже всемогущий! Вернон только что признался мне в любви! Так кого же он выбрал на самом деле?! Линару или…Таиру? Но никак не Ирину…Что же будет, когда обман раскроется?
Или уже… раскрылся…
олову сжало стальными тисками, когда я поймала полный злобы взгляд Сиола.
–
– Ты срываешь отбор!
Кайр встретил его, загородив меня спиной.
– Мой отбор закончен. Выбор сделан.
– Опомнись! Она погибнет при первом же слиянии!
– Ты прекрасно знаешь, что я смогу стать одноликим, вызвав Стихию.
– И погибнешь, как твой дядюшка Альварт!
Впервые в голосе Сиола прозвучал страх,тотчас передавшийся мне, с головой накрывший холодной волной.
– Даже не сомневайся, этот бой будет выигран! Не пытайся использовать силу, отец. Я разнесу дворец по камушкам , если вынудишь.
Вернон повернулся ко мне и взял за руки.
– Скажи, что принимаешь!
Я не могла думать… Лишь чувствовать...
– Принимаю, - прошептала, едва дыша. Сердце было готово выпрыгнуть из груди.
– Меня и мою силу…
– Тебя и твою силу.
Дальше всё происходило как в тумане, золотистом, окутавшем наши фигуры. Вспышка синего камня на пальце сиятельного, его сильная рука, мягко обхватившая ладонь,и лазурная змейка, обернувшаяся вокруг моего пальца. потом ласковый шёпот:
– Теперь мы связаны навечно…
И стон императора, пытавшегося нам помешать:
– Ты зря это сделал, Вернон!
Что-то всколыхнулось внутри, просясь наружу. Древняя забытая сила, которую так сложно удержать внутри. Ещё чуть-чуть – и она вырвалась бы наружу, сметая с пути императорa.
И, вовремя или нет, я потеряла сознание…
***
Очнулась на кровати… В незнакомых покоях… В ушах звенели ангельские голоса, в глазах почему-то двоились очертания мужской и женской фигур, которые склонились надо мной.
– Вы-ы-ы-п-е-й, Та-и-ра-а.
К губам приложили чашку, я послушно сделала глоток. Маслянистая жидкость не обжигала, а по вкусу напоминала каркаде…
Господи! Немедленно пришли воспоминания: признание Вернона… странный обряд и магия, которая рвалась наружу. Значит, всё-таки удержала!
– К-х-е, - я закашлялась, судорожно схватила мужскую руку,и… зрение, наконец, сфокусировалось: Вернон!
го голос перекрыл звон в ушах:
– Мне пришлось забрать часть твоей магии. Её слишком много. Но это ослабило тебя. Лежи спокойно!
Он знает?! Всё ли?
Рядом запричитал женский голос, в котором я узнала… Дару.
– Что же делать, госпoдин?! на так слаба…
– К вечеру станет намного лучше. Силы уже возвращаются.
Вернон забрал чашку и провёл ладонью по моей щеке. Там, где прошлась его рука, обожгло знакомое тепло – метка верулась!