Форпост - 3

Валерьев Андрей Валерьевич

Ваня хмыкнул.

«А ведь этот уродец сейчас первоиерарх православный. На всей, блин, планете!»

Пришлось тоже поклониться.

Мало ли.

Как это всё за один час они организовали, Ваня так и не понял. Часовые на стенах все были из Кольцовских, а лишнего народу по территории не шаталось. Никакого ночного побега, который вертелся в голове у Вани, не было. Весь «побег» прошёл прямо среди бела дня, за двадцать минут до начала обеденного перерыва. Десять ребят Кольцова в полном боевом облачении просто ВЫНЕСЛИ

из Резиденции Настю и её малыша в большом закрытом ящике. Ваня внаглую ушёл сам, а на Мишу и ещё одну женщину в плаще с капюшоном, которую он почтительно вёл под руку, никто внимания не обращал и так.

Впервые, после своего пленения, Иван вышел за крепостную стену, защищавшую пещерный город.

— Ох, ни хрена ж себе!

Вид был просто потрясающим! Прямо перед ним лежало поле. Огромное. Это поле было всё расчерчено на квадратики, на которых работали сотни человек. Рабы носили на больших коромыслах воду из ручья, протекавшего прямо под стеной. И поливали, поливали, поливали. Через, примерно, километр поле резко обрывалось, а за ним…

Море. От края до края горизонта. Иван оглянулся. Позади были невысокие горы, сплошь заросшие соснами.

«Райское место»

— Куды прёшь?!

Мимо пролетел всадник и огрел кнутом водоноса, свернувшего не туда.

«Или нет. Не рай. Это что? Это была ЛОШАДЬ?!»

У этих парней были лошади!

Ваня поднажал и догнал Кольцова.

— Тебе ещё и лошадей? Облезешь! И нафига тебе паруса с моей ласточки? Не доверяешь?

— Нет. Просто нужны. А лошадей продай, а?

Борзоты этому Ване было не занимать, но Костя держал себя в руках. Он прекрасно понимал, что такой человек ЕМУ, новому ХОЗЯИНУ, пригодится. Этот тощий хмырь позволял ему убивать разом сто зайцев. Будет на кого направить гнев людей. Илья убедит всех, что это тот самый… блин… Разрушитель…

Костя хохотнул. Ну что за дебилизм! Объяснить, почему большинство людей здесь, приняли бред этой девчонки за откровение, могло, пожалуй, лишь отчаянное положение в котором они оказались и её открытие этого города.

… Разрушитель их не оставит в покое. А там… там видно будет. В конце концов, два автомата, которые ему пообещал привезти Иван — это два автомата. Торговля опять-таки… а лодки… лодки ещё построим. Не беда. Деньги и власть лучше, чем просто власть.

— Егор.

— Да, дядь Кость.

Первый помощник живенько прискакал на костылях.

— Самогон готов?

— Триста литров. Завтра будет триста пятьдесят.

— И распорядись насчёт кабанчиков. Надо будет, как следует… убиенных помянуть.

Два десятка бойцов из Семьи, во главе с самим отцом, стояли и смотрели, как от причала отчаливает новенькая лодочка. Двигатель ещё не успел как следует раскрутиться и скорость была невелика. Позади осталась ругань экипажа «Ласточки», с которой по приказу Бати в темпе ободрали паруса и весь такелаж, суета с погрузкой вещей и продовольствия на борт моторки и переправка туда

же замотанной тушки полковника.

Чужих здесь не было. Были только свои.

— Дядь Кость, поехали, а? А то сейчас там хватятся…

— Погоди, Егорша. — Кольцов спешился и быстрым шагом вернулся на пирс.

— Иван!

Кричать приходилось, сложив ладони рупором — кораблик отошёл от берега метров на тридцать и шум прибоя здорово мешал.

— Ивааан!

На корме показались две фигуры. Иван и Настя.

— Ивааан! А ты, на самом-то деле, КТО?

В ответ громко и зло расхохоталась Настя.

— Ты не понял? Он РАЗРУШИТЕЛЬ! И тьма идёт за ним! Прощай, Кольцов!

Костя одервенел. Потом натужно хохотнул и повернулся к своим бойцам.

— Это шутит она, пацаны. Поехали.

Кольцову очень хотелось в туалет.

Глава 9

Домой!

— Two tickets to Dublin!

— Куда, блин?

— To Dublin!

Они ушли! Они и вправду — ушли! Иван не верил своим глазам — два десятка всадников действительно повернули своих лошадей и, поднимая столб пыли, помчались вверх, по дороге ведущей к городу. Если бы Ваня не держался за штурвальчик — он бы свалился. Как подкошенный. Ноги отказывались его держать. Зато душа пела.

«Свободен! Свободен!»

Прямо перед рубкой, на палубе, сидела Настя. Плечи её подрагивали. Рядом, держа на руках ребёнка, сидел Михаил и что-то тихо шептал ей на ушко. Женщина слушала, кивала, но всё равно тихо плакала.

Миша заметил, что их пристально рассматривают.

— Это она от счастья. Мама, сядьте!

Вторая женщина в плаще немедленно села на палубу.

«Мама?!»

— Дядя Ваня, — Капюшон Насти слетел с головы, — дядя Ваня, она тихая. Она вам не доставит никаких…

«Ёшкин кот!»

— Всё будет хорошо. — Вместо ободряющей, улыбка у Вани получилась дурацко-счастливой — от уха до уха. — Обещаю. Главное, чтобы эта штука не утонула.

Лодка, скопированная с Кольцовской развалюхи, радовала глаз светлым деревом, ухо — скрипом, а нос — запахом свежеспиленной сырой древесины. Вдобавок ко всему этот аппарат тяжелее воздуха здорово вибрировал от работы двигателя. Маляренко оглянулся. Берег был уже так далеко, что горная гряда не нависала над головой, а лишь слегка возвышалась над горизонтом. Никаких признаков погони на означенном горизонте тоже не наблюдалось.

Карт у Маляренко не было. Было лишь примерное понимание того где они находятся. Лодку следовало вести вдоль отрогов Кавказского хребта. А потом, когда он закончится, постараться никуда не сворачивать — авось получится упереться в Керченский остров.

Маляренко помрачнел. «Авось» было самым слабым пунктом его плана. Ну, конечно, кроме лодки. Лодка была так ваще…

«Беду» бы сюда…»

— Настя — отведи маму в трюм. Поручи ей ребёнка. Сама принимайся за обед. Миша — тащи сюда полковника. Вдруг он знает куда нам плыть.