Форпост - 4

Валерьев Андрей Валерьевич

Олег, обнимая супругу одной рукой, стоял среди толпы таких же отцов и матерей, что пришли на торжественную линейку, посвящённую первому сентября, и не видел ничего. Ничего, кроме пышных белых бантов дочери. Ни лице его застыла улыбка. Радоваться не хотелось. Хотелось выть от бессилия и страха. За детей. За любимую женщину. За старика отца. За всех рабочих, стоявших вокруг него, и их семьи. За всех людей. За человечество.

Шабельский кое-как дождался окончания мероприятия и, проводив домой

супругу, поехал на завод.

— Да, Антоша, — Олег оторвался от телефона и выжидающе посмотрел на младшего брата, — слушаю тебя.

Антон уселся в кресло напротив и принялся «грузить» старшака, мол, Маляренко снова денег просит, консультанты тупые, лаборанты его вообще дебилы и вообще — с исследованиями полная…опа.

Шабельский-старший слушал нытьё брата и медленно зверел. Нервы и настроение у хозяина города были ни к чёрту. Только что он дал предварительное согласие на продажу своего детища. Своего завода. И всех прав на патент. Олег до сих пор не был уверен в том, что Иван сказал правду, но он сделал выбор, решив сделать так, как подсказал ему Маляренко.

Тогда, после того памятного разговора в домике на территории заводского санатория, его и Димку охране пришлось буквально уносить на руках. Ноги не слушались. В голове стоял туман. Как следует выпив и переночевав прямо в кабинете на работе, друзья следующим утром снова покатили в гости к Ивану. Так уж был устроен Олег — никогда не сдаваться и искать ВОЗМОЖНОСТИ. Действовать и добиваться нужного результата.

Новость о конце цивилизации Шабельского не устраивала категорически!

И Иван не подвёл. Он долго смотрел в глаза Олегу а потом кивнул.

— Есть у меня мыслишка. Запасной вариант. Но только… ОЛЕГ. ПООБЕЩАЙ МНЕ.

Что.

Ты.

Сделаешь.

Так.

Как.

Я.

Скажу.

Олег Владимирович Шабельский не раздумывал ни секунды.

— Обещаю.

— … эти спектрометры менять надо. А химиков — вообще гнать.

В уши пробился занудный голос Антошки.

И тут случилось то, чего до сих пор никогда не было.

Олег Шабельский сорвался.

— Ты! Блять! Мудак…..! Трах-тара-рах, тах — тах!

Шабельский никогда не повышал голос на свою семью. Он никогда не употреблял матерных слов в том круге, который принято называть «близким «. У Антона упала челюсть. Вытаращив глаза, он смотрел в бешеные глаза брата и не верил в то, что ЭТО происходит.

«Это мне мерещится!»

— … и меня не интересуют твои проблемы! ИДИ! И! РЕШАЙ! ИХ!

Антошка дёрнулся, подскочил и побежал решать проблемы.

Уже второго сентября исследования

неизвестного артефакта, пришпоренные старшим братом, сдвинулись с мёртвой точки. Поняв, что своими силами ему и его ребятам из заводской лаборатории, с этой задачей не справиться, Антон Шабельский предпринял единственно возможный в его положении шаг. Он позвонил Генеральному Директору музея. Тот через пять минут позвонил в МИФИ, оттуда, ещё через пять минут, позвонили в Институт Солнца, а оттуда сделали ещё несколько звонков по научным учреждениям в Москве, Новосибирске и Иркутске.

Через три с половиной часа в приёмную Антона позвонил человек и, представившись Андреем Викторовичем, робко поинтересовался — правда ли, что им требуется учёный-физик для работы по контракту. Голос у Андрея Викторовича был молодой и заикающийся от волнения.

Антон решил шило в мешке не покупать и, коротко бросив трубку «погоди «, немедленно позвонил по другой линии в Москву.

ГенДир также коротко подтвердил квалификацию неизвестного ему лично молодого человека.

— Его мне рекомендовал человек, которому я безусловно доверяю.

— Благодарю.

— Всего доброго.

— Всего доброго. Андрей, ты меня слышишь? Вылетай немедленно. По пути вчерне набросай список всего того что тебе понадобится для исследований. И по персоналу.

На том конце провода слабо вякнули.

— А какие иссле…

— Всё. Жду.

И Антон положил трубку.

Глава 16

В которой Иван пускает скупую мужскую слезу

— Надюш, как смотришь на то, чтобы на юг съездить?

Маляренко сидел перед телевизором и тупо пялился на цветные пятна, мелькающие на экране. Дел не было. Куда-то бежать и что-то делать было не нужно. План был готов. Заказы на изготовление необходимого оборудования и инструментов — размещены. От Шабельских не было ни слуху ни духу уже больше двух месяцев. Только из газет и интернета Ваня узнал о том, что «надежда и восходящая звезда отечественного бизнеса» сошёл с ума, ударился в религию, стал оппозиционером, заболел СПИДом. Нужное подчеркнуть.

Никто не понимал, зачем преуспевающему, даже несмотря на бушующий кризис, предпринимателю за бесценок, на тридцать процентов ниже текущей рыночной стоимости, срочно продавать ВСЁ.

О мотивах Шабельского рассуждали все кому не лень. И только Иван Маляренко, прочтя сногсшибательные новости с Урала, всё сразу понял. Олег ему поверил. До конца. Без оглядки.

Такое доверие стоило дорого. В случае с Шабельским — почти четыреста миллионов долларов.

«Надо с ним пообщаться»

А ещё для отправки посылки оставалось найти место и заложить тайник.