Форпост - 4
Шрифт:
Надежда немедленно проснулась и заспанными глазами испуганно посмотрела на своего ночевальщика. Маляренко только криво улыбался.
«И чего им не спится?»
Всю последнюю неделю, что прошла после той весьма странной встречи, Олег Шабельский был не в своей тарелке. Даже хуже. Он чувствовал себя как рыба, выброшенная на берег. Он отменил все встречи и все поездки, он просто сидел в своём кабинете и думал. Рядом с ним тем же самым занимался Димка. Но просто сидеть и думать у лепшего
— Что скажешь?
Димка сидел на столе и болтал ногами. Хозяин стола невесело усмехнулся.
«Всё такой же… пацан»
— Да бред. Какой кризис? Какой ещё ясновидец?!
Димон покладисто согласился.
— Бред.
Потом, помолчав, добавил.
— Но?
Своего друга, практически брата, он знал как облупленного.
— Но. Но. Но. Помнишь, тебе сон приснился, что нам нельзя на нашей позиции быть и мы с тобой вместо того чтобы спать, полночи окопчик в камнях себе ковыряли?
— Угу.
— А на утро духи нашу точку первой же миной накрыли?
— Угу.
— Я с тех пор, Дима, ничего с порога не отметаю. Даже полный бред. Не выглядит он психом. Не могу объяснить. Чую.
— Да, — Дима пересел, наконец, в кресло и задумался, — если то, что он тебе расписал, правда, то десять лимонов баков, которые он попросил — мелочи.
— Мелочи.
Шабельский снова почувствовал то поганое ощущение, будто самолёт проваливается в воздушную яму. Он «проваливался» так всю неделю. В пропасть.
«Это же катастрофа!»
— Ладно. Что твои нарыли?
— Отпечатков в базе нет. Имя-фамилия, понятно, левые, но мы на всякий случай «пробили» и…
— И?
— Полных совпадений много. Подходящих по возрасту — почти двадцать человек, но! Смотри.
На стол полетела фотография. Шабельский вгляделся и не поверил своим глазам.
— Младший брат?
С явно паспортной фотографии на него смотрел омоложенный вариант его посетителя. У начальника службы безопасности задёргалась щека.
— Я два дня назад это получил. На фото — Иван Андреевич Маляренко. Гражданин Республики Казахстан. В Алма-Ату сразу улетели мои лучшие люди и вот что они нарыли. Он единственный ребёнок в семье. Понимаешь?
Мозги у Шабельского вскипели в одну секунду. Решение головоломки было очевидным, но абсолютно невероятным. Он помотал головой.
— Погоди. ДРУГИЕ варианты есть?
Дмитрий Александрович только пожал плечами.
— Сам понимаешь — никто об этом не знает, так что посоветоваться мне было не с кем. Есть пара мыслишек.
— …?
— Это клон, — охранник указал на фото, — настоящий Маляренко приходил к нам, а это клон.
— Кто?
В голове олигарха крутились какие то овцы и микроскопы. Потом всплыло.
«Овечка Долли»
— Так это же… в Шотландии
— Овца эта? Нет, Олежек, я навёл справки, — Дима яростно тёр лоб, — первое клонирование в Академгородке ещё тридцать лет назад провели. Для военных, понятное дело. Так что — всё может быть…
— Ладно. А вторая мыслишка?
— Пластика. Почему скопировали, да так… криво, именно этого человека — я и понятия не имею.
Олег решился.
Хорошо. Где сейчас этот Иван?
Охранник ухмыльнулся.
— У Наденьки. Думаю — не спит.
Шабельский тоже ухмыльнулся — о репутации секретарши в городке знали все.
— Пошли за ним. Прямо сейчас.
— Доброй ночи, господа!
Ванюшин баритон бархатно и сочно разливался по кабинету.
— Вижу, что у вас ко мне есть вопросы, задавайте!
Маляренко самым наглым образом проигнорировал предложенное ему кресло и завалился на диванчик, стоявший в углу комнаты. Олег и Дмитрий переглянулись.
— Вы рассказали нам поразительные вещи, Иван Андреевич, — Шабельский кивнул другу, — я не знаю, что и думать. А что вы можете мне сказать об этом?
Дмитрий передал гостю конверт и мужчины впились взглядами в лицо посетителя — психологами они оба были очень даже неплохими.
Иван взял большой конверт из плотной белой бумаги и открыл. Из него выпало несколько отпечатанных на принтере фотографий. Маляренко сидел на диване и тупо смотрел на картинку. В пустой голове металась одна единственная мысль.
«Ох и щёки у меня были!»
Затем Иван поднёс к глазам следующий снимок и из его лёгких вдруг разом вынули весь воздух, а глаза заволокло чем-то мутным и мокрым.
«Мама!»
Ваня закрыл залитые слезами глаза, захрипел и вырубился.
Когда его гость хлопнулся в самый настоящий обморок, Олег Шабельский понял, что вся его жизнь с этого момента круто и окончательно изменилась. Навсегда. Он поверил. Такую реакцию невозможно было сыграть. Невозможно было подделать. Олег первый раз в жизни увидел, как у настоящего живого человека брызжут из глаз «клоунские» слёзы. На полметра вперёд. Волосы на голове у Шабельского встали дыбом. Рядом, с таким же потерянным видом стоял Димка.
— А. Э.
Ноги у железного начальника СБ были ватные. Руки тоже.
«Он увидел СЕБЯ!»
— Де… дежурный. Аптечку сюда. Быстро. И из медсанчасти врача вызови.
За спиной Дмитрия Александровича глухо кашлянули.
— Димон. Коньяку мне налей, а.
«Опять потолок белый…»
Сфокусировать зрение никак не получалось. Иван поднял руку и помахал ей перед своим носом. На ней смутно угадывался какой-то датчик и провод.
— Бууу-буууу-буууу.
Над ухом протяжно и гулко прогромыхало.