Форпост
Шрифт:
— Эта зима настоящая, к такой я готовлю род Большезуба. Иначе бы слабые люди не дошли… В этом году можно!
Если у джентльмена не получается играть по правилам, джентльмен меняет правила. Похоже, эта поговорка о высоких моральных принципах англосаксов из будущего отлично работает и в каменном веке.
— Варг, повторяю, мне нужны живые и целые люди. Напомни это своим воинам.
— Они знают… Я убил уже двоих, которые слишком увлеклись. И посмели возражать мне!
— Хорошо. Ты великий вождь, я приготовил для тебя дар. Его тоже привезут мои люди.
— Дар… Да, великие вожди обмениваются дарами, я помню. Твои слабые люди должны
Энной растаял, и я, не удержавшись во сне, проснулся. И ещё долго лежал в темноте, пытаясь найти ответ на вопрос — что мне теперь делать с такой толпой измученных и озлобленных на весь свет пленников?..
С утра люди начали расчищать снег за стеной, нужно было установить два десятка уже не раз выручавших нас юрт, и по возможности утеплить их стены. Небольшая группа охотников повезла в лес сани, доверху загруженные сеном. Мужчины собирались в дорогу, тщательно проверяя одежду и оружие. Собирался и я, на этот раз решив пойти на встречу с работорговцами лично. Северное наречие понимали сейчас немногие, сам вождь племени Солнца, Утар с женой, и немножко — Эрика. Брать в отряд женщин никто не стал, а Утар, внешне неотличимый от людей Варга, мог помешать наладить хоть какой-то контакт с пленниками. Да и понять их, кроме меня, мог только другой энной, я в этом убедился, когда общался с предыдущей партией "товара". Они и через год все ещё плохо разговаривали на русском.
Это ведь не добровольные переселенцы, как в прошлом году, хотя и тех отдали больше из-за страха перед людьми с севера. Сейчас эти люди ощущают себя рабами, в один миг потеряв свободу, привычный уклад и смысл жизни. Я получу бунт на переходе, бессмысленный, кровавый, обречённый на поражение. И тогда вся эта затея, и так уже дурно пахнущая, превратится в несмываемое пятно на моей совести…
Пройти сотню километров по снегу, в двадцатиградусный мороз — удовольствие так себе. Мы вновь совершили набег на закрома Лессы, и разрезали несколько тканых полотен на портянки, утепляя ноги. Опасаясь подставы или ловушки, — россыпь приближающихся костров могла обозначать как пленников, так и их конвоиров, — я увеличил отряд до пятидесяти человек. Пришлось брать с собой шесты и шкуры для временных укрытий, солидный запас продуктов — и для нас, и для новых людей. Подумав, все-таки оставил луки и арбалеты в Лантирске — на морозе от них будет мало толку, скорее всего они просто сломаются, да и демонстрировать людям Варга новое оружие не стоило. А вот все комплекты доспехов везли с собой, от броска копья они защитят и меня, и тех, кто будет передавать товар.
В первую же ночёвку, когда уставшие после дневного перехода люди сидели у огня, мое решение оправдалось. Я оценивал пройденное от города расстояние, желая скорректировать направление на завтра, и не заметить яркую точку Говорящего с огнем просто не мог. Варг, оставив основную часть рода севернее, тоже шел навстречу… "Акелла" был стар, но ещё крепок, и вовсе не хотел допустить промах. Скорее всего, энной не доверял полностью своим людям, справедливо опасаясь, что они не устоят от соблазна обернуть полученную гору оружия против своего вождя.
— Ты решил сам передать мне дар?
Варг совсем не удивился присутствию Дима в отряде торговцев, и бесцеремонно ввалился в мой сон.
— И это тоже. Заодно посмотрю на пленников, которых ты привел.
— Не веришь моим словам?
— То, что для сильных воинов Большезуба кажется пустяковой царапиной, может убить слабых людей,
— Они идут сами. Женщины моего рода помогали им нести детей. Даже кого-то из родичей среди них узнали… Можешь быть спокоен, слово Варга крепче железа!
Работорговец хрипло засмеялся, и следующей фразой подтвердил мои догадки:
— Следи за своими воинами, как бы они не решили забрать все железное оружие себе. Это меня сильно расстроит, вождь слабых людей. Настолько, что род Большезуба сам придет в твой "город"!
— Ты, я вижу, тоже не слишком доверяешь своим?
— Плох тот воин, что не хочет стать вождём… Я сам их так воспитал, но добровольно отправляться в Первую Пещеру не собираюсь!
— Варг, а ты не думал, где будешь брать женщин для своих мужчин? Все стоянки на севере теперь пусты.
— Ты ошибаешься! Людей на закате ещё много, далеко не у всех родов были эннои. Я найду их, где бы они не прятались!
Вот как… Я часто видел отдельные искры костров, несколько раз даже ловил образы каких-то скал и холмов среди промерзшей равнины, но считал этих людей частью более крупных сообществ. В общем-то логично — сейчас на всю территорию Европы, вместе с нами, было шестнадцать Говорящих с огнем. При этом только в Лантирске численность населения вплотную подошла к семи сотням. Около двухсот пятидесяти у рода Большезуба, в остальных вряд ли больше тридцати человек. Если неандертальцев осталось хотя бы десять тысяч, то родов в Европе действительно должно быть ещё очень много.
— Вот и славно. Тогда до встречи! И не спеши сильно, дай "слабым людям" дойти живыми. Они понадобятся тебе все, я везу хороший товар для обмена.
— Без них род Большезуба от восхода и до заката проходил втрое больше! Но ты прав, я могу подождать лишний день.
Мы встретились через три дня у небольшой реки, подойдя к ней почти одновременно. Не успели мы разбить лагерь, как на другом берегу показались здоровенные амбалы с копьями и дубинами, идущие налегке — пять, десять… двадцать! За ними собиралась плотная толпа, нагруженная вещами похлеще иных лошадей…
— Тур, Рауг, Дар, Тинг — одевайте броню. Дар, отдай свою Тингу, наденешь доспех Анта, он поменьше. Рауг, тебе подойдёт броня Утара. И мне помогите затянуть ремни!
Пока другие мужчины расставляли юрты, мы облачились и стали похожи на диковинных животных — костяная чешуя смотрелась очень необычно. Жаль, что голову защищала только меховая шапка и такой же капюшон, сейчас отброшенный за спину.
— Тинг, ваша группа берет сани с предметами для торга. Остальные — оружие из рук не выпускать, идите за нами. Остановитесь на берегу. Никаких разговоров, стоять тихо и следить за воинами Варга. Если на нас нападут — сразу метайте дротики, и только потом беритесь за копья. Все ясно?
— Аарх!
— Все, выполняйте!
Мы стоим на толстом льду, внимательно рассматривая друг друга. Варг почти такой же, каким я его видел во сне — разве что одет потеплее. Качество одежды — полный мрак… Даже у него, главы сильного рода, вместо привычных жителям Лантирска штанов и куртки, был скорее набор шкур, кое-как сшитых сухожилиями. А у стоявших за ним гигантов и вовсе какие-то лохмотья, сквозь которые проглядывала намазанная жиром кожа.
Энной перевел взгляд за мою спину и, сосчитав стоящих там людей, недовольно нахмурился. То, что я привел столько крупных мужчин, вооруженных железным оружием, ему явно не понравилось. А может, и кое-какие планы нарушило…