Фотограф
Шрифт:
– Короче.
– Захочется любви.
– А она что, приходит по сезону? – Дмитрий подошел и сел напротив.
– Приходит она в любое время года, но если уходит, то возвращается весной.
– Ко мне не вернется, она не только не уходила, но и не приходила.
– Пусть так, а вот почему ты не видишься с Аней?
– Это еще зачем? – удивился Дмитрий.
– Дим, не лукавь.
– Что ты хочешь сказать этим?
– Ладно, не обманывай себя. Я ее видела, и она передает тебе привет.
– Хорошо.
Дмитрий не видел Аню с того
Осень и зима пролетели у него в текущих делах. Он, сначала, не признаваясь себе, ждал, что она позвонит, но потом это ожидание затихло и затухло совсем, как амплитуда маятника, колебания которого становятся короче, а потом он и вовсе останавливается. Так и его ожидания: в одну сторону – он ждет звонка, в другую – надо позвонить самому, или ну, и ладно. Его память потихоньку закрывала ее лицо дымкой времени. Фотографии он ее не смотрел, не хотел ворошить образ, да и боялся, что снова увидит «кино» про нее.
– Она замуж не вышла? – спросил он, стараясь придать голосу безразличность, как простой интерес.
– Пока нет, а уж собирается или нет, не знаю. Мы не настолько с ней близки, чтобы она со мной делилась.
– Ладно, все это суета душевная, – перевел разговор Дмитрий на другую тему, хотя ему было приятно услышать сказанное Леной. – Что ты хотела, оторвав меня от созерцания прекрасного?
– Мне пора ехать, давай обсудим вопросы.
Лена собиралась ехать к заказчику. Они обсудили возможные вопросы, он помог собрать ей необходимую аппаратуру для съемок, и она ушла.
Оставшись один, Дмитрий взглянул на компьютер, который покрылся легким слоем пыли. Лена иногда его протирала, но всегда молча. Она не спрашивала, почему он за ним не работает, видимо догадывалась о причинах.
А причины были. Дмитрий не хотел просматривать отснятый материал. Лишь однажды осенью, он просмотрел фотографии сестры и остался доволен, там было все в порядке. В тот день он в последний раз общался с ТОЯ. В памяти всплыла переписка.
Они обменялись приветствиями.
– Я решил временно приостановить заглядывать в чужие жизни, – сообщил Дмитрий.
– Почему?
– Я не чувствую себя готовым к этому, быть пророком чужих жизней.
– Не много на себя берешь, назвавшись пророком?
– Да назови, как хочешь, суть не меняется. Не так легко видеть чужие жизни, а кино, я итак могу посмотреть.
– А ты не подумал, сколько людей сможешь уберечь от возможных ошибок?
– Не думал и не хочу думать. Что от этого измениться. Да и тяжело это.
– Для некоторых твои слова могут много значить.
– Сам же говорил, что на судьбу нельзя изменить.
– Нельзя, но поправить чуть можно.
– Зачем? Где гарантия, что уступив однажды, она потом не возьмет реванш.
– Какой? Ты помнишь
– Здесь ты прав, – согласился Дмитрий.
– Если тебе позволено провести корректировку, то проверяется все просто. Если человек примет твой совет, значит, судьба приняла, и его жизнь пойдет по иному сценарию, а если нет, то значит, нет. Так у всех. Человеку дается выбор, а решает он сам, а уж подсказывает ему выбор судьба или кто иной не знаю.
– Так всегда?
– Нет. Есть исключения, когда человек и не знает, что его направление изменили.
– Но это возможно?
– Да, а в остальном, как у вас говориться «от судьбы не уйдешь». Так что?
– Возьму время на раздумье.
– Это твой выбор, я не могу заставлять и убеждать не буду. Тебе же дана книга, там может быть много интересного, что тебе может пригодиться. Ты ее читаешь? Разобрался?
– Нет, – слукавил Дмитрий. Это была частичная правда. Он действительно пока не разбирался в написанном, но и говорить о том, что сможет ее прочитать, а уж тем более упоминать об Уле, не хотел.
– Я тебе предлагал, могу помочь.
– Пока не надо.
– А посмотреть ее?
– Я тебе показывал уже.
– Еще раз сложно?
– Нет, – Дмитрий достал из сумки книгу, но открывать ее не стал, а положил перед собой. Включил скайп, экран, как и прошлый раз, был темным.
– Видишь?
– Да.
– А я тебя нет, как всегда.
– Я тебя тоже не вижу, к нам провода не провели.
– Но ты же видишь книгу?
– Есть иные средства связи, но мое предложение остается в силе, будут вопросы, пиши. Мне не хочется думать, что мы сделали неверный выбор, остановив его на тебе.
– Выберите другого.
– Они есть, но на этом канале связи ты, а его не просто наладить, да и род твой уже знает многое.
– А вы вообще где?
– С Земли не видно.
– Значит с другой планеты, – сделал вывод Дмитрий.
– Думай, как хочешь, но если не видно с Земли, это не значит, что кто-то может быть далеко, может быть параллельный мир. Вариантов много.
– А почему ты так хочешь прочитать книгу?
– Мне тоже интересно.
– Ладно, напишу, но не обещаю что скоро.
– Только не опоздай.
С тех пор Дмитрий больше не подходил к этому компьютеру. Пролетели осень и зима, а он к нему не прикоснулся, не хотел заглядывать в чужие жизни. Он не определился, что это такое? Подсматривание за чужими людьми через щелку или действительно оказание помощи. Моральная сторона не давила на него.
После Нового Года, он полностью прочитал зеленую книгу, удивляясь себе, что прочитанное легко запоминается. Информация словно раскладывалась по полочкам в мозге, с которых он мог достать нужные ему записи. Он иногда проверял себя, вспоминая о той или иной записи. Улу он тоже не вызывал. Она была ему симпатична, было в ней что-то умиротворяющее, но тревожить ее не хотел, да и повода не было.