Фотограф

Горюнов Юрий

– Что вы хотите от меня?

– Мне подсказывает моя интуиция, а она меня никогда не обманывала, что ей будет лучше, если она увидит вас проснувшись.

– Но я не могу все время быть здесь.

– Не можете, – согласился Олег Николаевич, – но также надеюсь, что ваше присутствие ускорит процесс ее пробуждения.

– Мне ее надо поцеловать, – не сдержался на этот раз Дмитрий.

– Может быть и так, – услышал он в ответ спокойный и уверенный голос.

– Почему вы так думаете?

– Начну издалека, у меня было время попробовать выстроить цепочку событий, касающихся Ани. Когда вы с ней расстались, – не перебивайте, попросил

он, увидев попытку Дмитрия возразить, – не важно, что вас не сильно связывали отношения. После вашей поездки за город, она изменилась, не сразу, но я увидел, что она стала более замкнутой и более раздражительной. Знаете, так бывает от отвергнутых чувств. Павел продолжал ухаживать за ней. Она не отказывалась, и порой казалось, что он положительно влияет на нее, круг ее знакомых сузился. Нам с Натальей казалось, что их общение ее отвлечет, но мы ошибались. Вы ей понравились, а взаимопонимания не нашли. Я хотел, как-то раз позвонить вам, но понял, что могу только все испортить. Итак, их встречи продолжались, а в апреле он сделал ей предложение выйти за него замуж, она отказала, причем бесповоротно. Он предпринимал новые попытки, но это только раздражало ее. Что произошло, я точно не знаю, но они поссорились, и Павел, видимо, в порыве обиды сказал ей, что у нее не родная мать, а про отца не знает.

– Откуда он это может знать?

– Здесь все просто. Он врач и Аня, и Наталья, когда заболевали, лечились в их клинике. Так обычные человеческие болезни, но анализы крови надо сдавать. Не знаю, что его побудило, но он провел анализ на ДНК и все, стало ясно. Аня, конечно, была ошарашена. Дома состоялся серьезный разговор. Она права в том, что надо было как-то сообщить ей, но мы боялись. И я рассказал ей все. После, она съездила в тот город, откуда мы приехали, была на могиле матери. Могила ухоженная я оплатил, чтобы за ней присматривали. Вернувшись, она продолжила разговор. Она не обвиняла Наталью, та отдавала ей всю себя, она обвиняла нас за то, что мы скрывали, что мы бездушны и так далее. Скорее всего, это был выброс накопленного состояния. Если бы у нее все было в порядке в личной жизни, то такого накала страстей не произошло бы. Потом она выбежала из дома и сев в машину уехала. Я не успел ей помешать, мне за ней не угнаться. На одном из загородных шоссе она не справилась с управлением и врезалась в дерево. Проезжающие водители успели ее вытащить из машины, а потом она взорвалась.

– Почти как в прошлый раз.

– Хорошо, что почти. Я прошу вас о помощи. Побудьте с ней.

Дмитрий уже понял, что ему надо делать. Теперь он понял, что способности помогать с использованием только ему предоставленных возможностей, полученных из книги, надо реализовывать. Надо реально применить, данное другими. Время пришло. Ничего нового Олег Николаевич ему не сказала, но выслушать было надо.

– Хорошо, пойдемте.

Они поднялись на второй этаж, Аня лежала в кровати под одеялом. В кресле сидела женщина и читала книгу, но увидев вошедших, отложила ее и встала. Комната была погружена в полумрак: плотные шторы закрывали окна. Дмитрий осмотрел комнату Ани. Мебель была светлая и очень красивая. Здесь было уютно, и лишь спящая красивая молодая девушка создавала атмосферу не реальности – в такой чудный вечер и спать. Это чуждо логике.

Дмитрий подошел к Ане, прислушался; она тихо дышала.

– Как она?

– Спит. Комой это не назовешь, но что-то среднее между ней и глубоким сном.

– Я побуду

с ней, останусь до утра. Вы можете идти или быть внизу, если понадобиться я вас позову. И постарайтесь уснуть тоже. К двери не подходить.

– Я не могу уйти, – возразила женщина.

Дмитрий посмотрел на Олега Николаевича.

– Пойдемте, он ей плохо не сделает, а вам выделена комната внизу. Пойдемте, – и он увел ее.

Оставшись наедине с Аней, Дмитрий придвинул стул к кровати, взял ее руку и всмотрелся в ее красивое лицо.

– Ну что же ты так? – произнес он вслух. – Я с тобой, и надо было давно уже быть рядом, но не получилось. Поверь мне, что все будет хорошо, будет утро и у тебя.

Когда стемнело он, сидя возле нее, стал вслух, чуть слышно, произносить то, что память достала из своих глубин, запомнив тексты из книги, что подходило для данного случая, подпитывая ее своей энергией. Он приоткрыл шторы, давая лунному свету проникнуть в комнату, отодвигая в углы темноту. Полумрак создавал атмосферу покоя. Атрибуты прошлого ему были не нужны, публики не было, а если ему суждено помочь, то все произойдет и так.

Прошло несколько часов, в течение которых он периодически читал текст, сидя рядом с Аней и держа ее руку. Он сам находился в некотором трансе, мысленно прогоняя через ее тело жизненную энергию.

Когда первые лучи солнца стали освещать комнату, он закончил и подумал, что ему осталось лишь ее поцеловать, как было описано в сказке. Делать этого он не стал, здесь была грустная, но реальность. Он очень устал, и хотел простого человеческого отдыха. Здесь он больше был не нужен. Он сделал все, что мог и был уверен в успехе. Дмитрий вышел из комнаты, тихо закрыв дверь, спустился вниз, и увидел, что Олег Николаевич спит в кресле холла, но услышав шаги, тот проснулся и вопросительно посмотрел на Дмитрия.

– Я здесь больше не нужен. Пусть сиделка поднимется к ней. Аня проснется, а я бы выпил кофе.

– Я не буду спрашивать, что вы делали, понимая, что ответа не получу, но если все будет так, как вы сказали, я ваш должник.

– Я вам прощаю ваш долг, но кофе хочу.

Олег Николаевич поднялся, прошел в соседнюю комнату и разбудил сиделку. Сверху спустилась Наталья.

– Я почти не спала. – обратилась она к Дмитрию. – Олег просил не встречать вас вчера. Как она?

– Все хорошо.

Вернулся Олег Николаевич, за ним вышла сиделка и направилась в комнату Ани.

– Наташа, приготовь кофе. Всем. Вам принесут, – обратился он в спину сиделке.

Они прошли на кухню, где Наталья приготовила им кофе, а одну чашку отнесла наверх.

Дмитрий сидел за столом кухни и с наслаждением вдыхал аромат свежезаваренного кофе.

– Дайте мне бумагу и ручку, – попросил он.

Допив кофе, он написал на листке, что дал Олег Николаевич «все будет хорошо. Дмитрий», после чего протянул листок обратно.

– Я сейчас уеду. Положите ей на кровать, пусть прочитает, когда проснется. Можете сами прочитать. Не говорите ей только, что я был у вас всю ночь и предупредите об этом Наталью и сиделку.

– Хорошо.

– Тогда я поехал.

Войдя в квартиру, первое, что он увидел встречающую его мать.

– Ну что ты мама. Все хорошо, я вернулся, но сильно устал.

– Работал как скорая помощь? – догадалась она.

– Ну, не совсем скорая, но что-то сродни. Я пойду спать. Возьми, чтобы не отвлекал, – и он протянул ей свой телефон, – если будут звонить, отвечай, что я сплю.