Founder Effect

Ratmor Аноним

Кубинец покосился вначале на эмблему спектров на броне Вазир цвета азарийской крови, а затем на меня. И принял вполне себе логичное решение. Но подозрение всё же закралось, хотя я сумел его подавить, опять же, рациональным выводом - он ведь мог просто переволноваться. Мало ли. Может, всех остальных убили.

– Команданте, мне ответить?

– Новенький что ли?
– я приподнял брови.
– Кстати, дай отчет по остальным оперативникам на ближайших этажах, Кубинец.

– Мертвы, - последовал незамедлительный

ответ.
– Поднимается отряд с десятого этажа и ещё один с сорокового, но мы на трехсотом находимся. Лифты здесь, как и везде на Цитадели, не очень быстрые.

– Везде бы турбо.

– Да батареек нет.

Пароль сказал, прекрасно. Значит, он правда последний выживший.

– Ладно, Кубинец, уведи девочку в безопасное место, а мы тут как-нибудь сами с этими трехголовыми шавками разберемся...

Я подтолкнул в спину Лорейн, но та как-то затравлено, будто что-то почувствовав, посмотрела на нервно растянувшего губы в улыбке Кубинца и хотела было отступить обратно ко мне, но тот не дал ей, с беззубой улыбкой в нашу сторону, конечно же, сделать шаг назад.

– Пойдем, девочка, не бойся, я отведу тебя...
– они прошли вбок направо от нашей группы.

Я быстро просканировал омни-тулом уже удаляющегося бойца, желая узнать не только позывной, но и имя - всё-таки у меня был к этому доступ, хотя и только по индивидуальному запросу. Кажется, надо улучшать ебаную безопасность! Его звали Вильям Гевара. И он был рыжим веснушчатым парнем с ирландским папой и матерью с кучей кровей в венах, что было вполне нормально для двадцать второго века. Матерью, оставившей ему свою фамилию из-за отсутствия в жизни отца. И как я теперь уже совершенно ясно понял, настоящий Вильям Гевара окончил свой жизненный путь сегодня, при пока что невыясненных обстоятельствах.

– Как твоя матушка, Билли?
– тот дернулся как от пощёчины и начал медленно разворачиваться.
– Я, конечно, не знаю тебя в лицо, мы виделись, только когда ты был в шлеме, но с матушкой твоей знаком, она справлялась о твоём здоровье несколько раз, когда тебя травмировали. Мне сообщили об этом, и я решил ей позвонить, Билли. Так как твоя матушка?

Пока я держал внимание этого "бойца" на себе, и Лиара, и Вазир получили предупреждения.

Кубинец развернулся с открытой улыбкой на губах и невинно сообщил, держа руки на плечах маленькой азари, выставив её перед собой словно щит, как мне сразу подумалось.

– Матушка в порядке, благодарю за беспокойство, команданте.

– Прекрасно. Ведь я звонил ей на тот свет, куда ты вероятнее всего сегодня попадешь, - лицо кубинца начало вытягиваться, а улыбка сползать. Я рявкнул, - ДАВАЙТЕ!

Две азари и их карманные пистолетики НИЧЕГО не смогли сделать против ублюдка, который сменил улыбку на оскал в считанные секунды и поставил барьер.

Я бросился вперед, окутывая кулаки биотическим полем - слава всем богам, я был в своём костюме, а не в цивильной одежонке, и потому мог пользоваться своей недобиотикой на вполне законных основаниях. Но я не добежал.

Очки,

которые я поместил на лоб, пока читал с ручного экрана омни-тула информацию по Вильяму, взорвались осколками - это был дезинтегрирующий. Меня оглушило и опрокинуло, я судорожно сделал вдох и умудрился привстать, как вдруг понял, что на меня несется ударная волна огромной силы - всё происходило слишком быстро, чтобы я успел что-то поделать с этим.

Но через меня перепрыгнули.

Зеленый костюм, а ля тряпочка - это то, что я видел глазами.

Знакомый и яркий свет духа - это то, что чуяла моя суть.

Почему я не додумался заставить её переодеться в броню - ведь тогда бы моё сердце не прыгало как бешеное, когда я видел, что пули, которые должны попасть в неё или в меня, попадают в её барьер?

И почему я думаю об её изящности и красоте сейчас, когда всё полный звездец?

Это была ловушка. Скорее всего, спонтанная, но это значило, что они каким-то образом добрались до камер наблюдения. И что, мать его, делает Дайнмар, когда такое творится прямо у нас под носом?! Кстати... Почему бездействуют мои снайперы? Почему здесь нет никого, кто мог бы... Хотя этот парень ведь правду сказал - я слышу в наушнике переговоры на нашей частоте - но это и впрямь сотней этажей ниже. И они застревают чуть ли не на каждом. Надо отдать должное шавкам, они прекрасно подготовились.

– Отходим!
– воскликнула Лиара, когда на другой стороне этажа, там, где было окно, через которое в меня стреляли, появилась парочка заметных фигур с пусковыми установками.
– Вазир?

– Я займусь ими, - прищурилась Вазир и кивнула, затем незатейливо похвалив.
– А ты ничего, девочка.

– Лорейн, - прохрипел я оттого, что к горлу подкатил комок. Я сплюнул кровь, смотря на Телу дикими глазами.
– Сделай что-то. Сделай. Буду должен. Я виноват.

– Она дочь одной из моих сестёр, - прошипела Вазир, наклонившись к моему лицу так, что я сумел увидеть мелкие чешуйки на её коже - те самые, что делали кожу азари такой необычной на ощупь, по сравнению с человеческой.
– Я займусь. Укройтесь пока.

СпеКТР прикрыла наш отход меткими очередями из винтовки и - я услышал звук раскладывания оружия, а затем звонкий выстрел из снайперки. И крик.

Я чуял смерть. Не только всплески от действий Вазир. Повсюду. Было трудно предугадывать.

Но...

Я потянул Лиару вниз на себя, почувствовав опасность - это отличалось от предчувствия смерти совсем немного, но я уже умел не отбрасывать эти ощущения, а ведь в самом начале своего пути меня это не просто пугало - я пытался забить эту нелогичную, казалось бы, дурь успокоением самого себя. Что не раз и не два привело к летальным или фатальным исходам. Я не хотел повторений.

Она почти свалилась на меня и потеряла концентрацию, но зато в нас не ударила просвистевшая где-то в метре от пола ракета. Тяжесть была приятна - я спас, может, не жизнь, но здоровье - так точно. И меня не отпускало всё ещё это ощущение смерти. Знакомое. Болезненное.