Fred
Шрифт:
В плавании всё было по-другому. Мне нравилось ощущать проплываемый путь, обращать внимание на окружавшие берег объекты, погружаться в воду и снова выплывать. Для меня плавание представлялось борьбой с внешними обстоятельствами. Чем лучше я держался на воде, тем сильнее я становился.
Снорклинг и дайвинг – нечто притягательное. Нырнув на глубину и увидев, насколько прекрасен потаённый подводный мир, ты навсегда становился его поклонником. Казалось бы, безжизненная синяя пустыня, но одно маломальское погружение и ты готов проводить время под водой часами! В какой-то степени при очередном таком погружении из раза в раз ты чувствуешь себя обманутым: «Неужели такая красота скрыта от любопытных глаз?» – и, как обведённый вокруг пальца простак, ты
Для полноценного, правильного снорка требуются ласты. У наших подруг в отличие от меня они имелись. Потому я рассудил их незаметно позаимствовать на время, взяв одну пару с собой вместе с ранее купленными принадлежностями: трубкой и маской. Мне как никогда желалось отвлечься от нахлынувших мыслей, поэтому я вознамерился осуществить дальний заплыв. Вернувшись обратно, я взглянул на часы. Они показывали почти десять. Открыв дверь в прихожей, я увидел Рому, сидящего за компьютером в гостиной.
– Привет, Ром! Как твои дела?
– Привет, дружище! Ого! Как ты рано! А я смотрю, тебя нет. Где же ты был, Фред?
– Плавал с маской.
– Ну как? Понравилось?
– Мне кажется, для высококлассного снорка нужны скалы. Вода слишком мутная, да и кораллов не так много.
– Это да… – с грустью отозвался приятель.
– Рома, а ты уже с утра работаешь?
– Да. Вчера практически ничего не делал, а у меня горят сроки. Вот я стараюсь всё наверстать, чтобы не упустить заказ.
Мне стало жаль друга. Жить сегодняшним днём не лучшая рекомендация. Хоть он и скрывал финансовые проблемы, которые, скорее всего, были ещё хуже, чем у меня, однако догадаться об их существовании сдавалось несложным. Случайная встреча, знакомство с девушками выходили для друга непредвиденными обстоятельствами, к которым он не был готов. Правда, к чести Ромы, он не хотел показывать всем имевшееся материальное затруднение, поэтому в последнее время брал дополнительные проекты для проработки ночью. Вот почему вчера при возвращении после «раута» с раком-отшельником я застал его спящим. Недосып и перегруженность служили причиной дневной дремоты.
– Ром, может помочь?
– Пустяки, дружище! Здесь ничего сложного. Я сам уже скоро всё сделаю.
– Оk, как скажешь. Не буду мешать.
Я вынул телефон из зарядки и начал обрабатывать две фотографии: наш общий снимок за завтраком и звёздное ночное небо. Первый пост звучал так:
«Как ни крути, но один в поле не воин. Никак. Спасибо, друзья, что вы у меня есть. Навсегда!»
Второй пост смотрелся длиннее первого:
«Вчера мы покорили космос. Сегодня космос покорит нас. При желании снег можно найти даже в тропиках. Границы понимания мироустройства ограничены нашим сознанием и установленными ярлыками. Взгляните под другим углом и увидите большее. Это чудесное перевоплощение, на которое способен исключительно наш разум».
– Как вчера спалось, Федя? – прервал тишину Рома.
– Знаешь, я думал, что не усну в новой обстановке, но на удивление я спал как убитый. Без задних ног. А вы как?
(Шеннон и Роман в противовес мне и Мари разместились на втором этаже.)
– Аналогично. Вчерашнее ночное купание явилось для нас с Шеннон лучшим снотворным.
Тут мне необходимо объяснить вам, дорогие интересующиеся читатели, события вчерашнего, точнее сегодняшнего дня.
Мы вышли из океана замёрзшими и мокрыми. Нам срочно было нужно как-то согреться. Отжав насколько возможно на себе одежду, мы побежали в сторону дороги к вызванному через приложение такси. Водитель нас уже ждал. К общему изумлению, он не стал ругаться при виде необычного вида ребят. Молча шофёр подошёл к багажнику, достал широкое полотно лёгкой голубой ткани и передал материю француженкам. Полотно служило для изготовления сари – традиционной женской
– Ночью в воде плавать опасно. Не говоря уже о том, что в одежде это не очень практично, – отметил тот, добавив, – но молодость есть молодость, с ней ничего не поделаешь.
Ланкиец заботливо включил автомобиль на обогрев, хотя для него идентичная процедура ощущалась не очень комфортной. Не успели приятельницы полностью подсохнуть и согреться, как мы подъехали к их вилле. Выйдя из машины, Рома предложил мне доплатить водителю наличными за предоставленные неудобства, но Ашир категорически отказался от денег. Более того, в качестве заботы и соучастия шофёр отдал ткань для сари дамам в личное безвозмездное пользование. Мы поблагодарили нашего «спасителя». Это был подарок свыше, так мы решили впоследствии. Влияние философии буддизма и вера в искупление через положительные поступки привело его судьбой к нам. Другого объяснения совпадения случившегося у меня и ребят не было. Попрощавшись, мужчина пожелал нам запоминающегося отдыха и радостных мгновений в будущем. Таким образом, ближе к часу ночи мы вернулись домой. Друг за другом, поочерёдно, мы приняли горячий расслабляющий душ, после чего скинули всю мокрую одежду в стиральную машину и переоделись. Штаны со слонами, которые я предварительно купил и положил в рюкзак, пришлись как никогда кстати. Мари в противоположность Роме и Шеннон высоко оценила мой новый, «местный» внешний вид, сказав: «Гм… Тебе они к лицу». Потом добавила, но уже по-французски: «La beaute c'est l'eternite qui dure un moment».
После непродолжительного перекуса оставшимися фруктами и крепким чёрным чаем мы немного посидели вместе, пока усталость и приятная истома, в конце концов, не взяли над нами вверх.
– Как у вас дела с Мари?
– Не знаю. Наверное, хорошо. Честно, я не задумывался об этом. Эй, а почему ты спрашиваешь?
– Знаешь, мир полон одиночек, боящихся первого шага.
– Слушай, Ром. Это же цитата из фильма «Зелёная книга». Ты знал об этом?
– Да, но сказано, по-моему, верно.
– Дело не в первом шаге, – ответил я без колебаний, затем продолжил, – я и Мари – мы из разных миров. Этим всё сказано. Не знаю, к чему наше знакомство приведёт по итогу. Меня терзают сомнения. Мне нравится она, я давно не встречал такой обаятельной девушки с богатым, незаурядным внутренним миром. Она умная, утончённая натура. Её глаза обескураживают, а улыбка бьёт прямо в сердце. Мне нравится ход её мыслей. Она настоящая, робкая, ранимая, оттого мне становится ещё тяжелее. Мари – мой идеал, я убеждён в этом. Рома, я счастлив, что повстречал и полюбил её, благодаря тебе. Но есть одно но… Обстоятельства. Они идут вразрез всему.
– Что ты имеешь в виду?
– Она из Франции, я из России. Она из обеспеченной и благополучной семьи, я нет. Ей гарантировано безбедное будущее, мне же за него надо бороться. Сам посуди, что я буду делать, если вдруг привезу Мари в Россию на съёмную квартиру? Ну вот, знакомься, дорогая, это Москва! Здесь я живу. Извини, я побежал на работу. Вернусь поздно вечером, не скучай тут одна… Ром, что она ждёт? Неужели этого? Неужели она готова променять мягкую ласковую погоду в Ницце октябрьскому нескончаемому московскому дождю? Или, быть может, нашей весенней слякоти, или февральским трескучим морозам? Может она желает ходить по вечерам в магазин у дома за молоком и хлебом плюс смотреть без конца русские ток-шоу про жизнь глубинки? Ждать моего повышения, которое не произойдёт никогда. В Москве все сытные места уже давно заняты, и ты это прекрасно знаешь сам. Я уверен, она не заслуживает подобного. Она не заслуживает такой жизни. А мне из неё, увы, не вырваться. Дорога закрыта. Наглухо.