Фрейд

Сартр Жан-Поль Шарль Эмар

Флисс. Но не забывайте, мадам, что я его ученик.

Фрейд искренне смеется, его очень забавляет, что этот незаурядный человек приехал из Берлина, чтобы слушать его лекции.

Флисс (серьезным тоном). Я запрещу ему табак, когда буду уверен, что он меня послушается. (Ставит на столик пустую рюмку. Марта встает, чтобы налить ему конья­ка.) Одну капельку. Благодарю, дорогая мадам. (Берет

рюм­ку. На камине бьют часы. Он оборачивается: они пока­зывают одиннадцать часов.) Уже поздно. Вы знаете, я всегда работаю по ночам.

Фрейд. Я тоже.

Пауза. Марта снова садится. Флисс, прищурив глаза, пьет маленьки­ми глотками коньяк. Наконец Фрейд осмеливается задать вопрос, который, как мы чувствуем, терзает его с самого начала вечера.

Фрейд. Видели ли вы Сесили?

Флисс. Сегодня утром я смотрел ее горло.

Фрейд. В присутствии Брейера?

Флисс. Разумеется.

Фрейд. Я считал, что он перестал ее навещать.

Флисс. Он приходит к ней каждый день. Он утверждает, будто она совершенно здорова, но я в этом не уверен. (Пьет коньяк.) Совсем не уверен. (Пьет коньяк.) Горло, конечно, раздражено. Но раздражение вызывается кашлем. Я бы сильно удивился, если бы этот кашель был неистерического происхождения.

Марта молчит, но настроена недружелюбно: ей не нравится, когда плохо говорят о Брейере. Она тревожно взглядывает то на Флисса, то на Фрейда.

Фрейд. Он говорил вам о моей… гипотезе.

Флисс. Ни слова… Можно подумать, что он о ней забыл. Даже сегодня утром он говорил мне о снеге, горностаях и еще о чем-то, столь же чистом.

Флисс иронизирует. В его голосе появляется неприятная жесткость.

Фрейд. Имея в виду Сесили?

Флисс. Да, Фрейд, вам следовало бы поговорить с ним начи­стоту.

Фрейд мрачнеет. Он смущен враждебным отношением Флисса к Брейеру. Пытается защитить Брейера.

Фрейд. Это очень сложно. Я всегда считал его своим учите­лем. Вы же знаете, что он – исключительно благородный человек.

Флисс. Разумеется! Разумеется! (Флисс даже не пытается скрыть, что он одобряет его слова из чистой вежливо­сти.) Я боюсь, что он допустил серьезную ошибку в диагнозе. (Очень легкомысленным и невольно комичным тоном за­говорщика.) Случай абсолютно ясен, мы с вами знаем, о чем идет речь. Но у Брейера столь самоуверенный вид… он абсо­лютно убежден, что все знает про свою больную. (С плохо скрываемой властностью.) Потребуйте

у него снова наве­стить Сесили.

Фрейд. О нет, нет. Мы с ним не в столь… близких отноше­ниях. Он воспримет это весьма болезненно.

Флисс сразу же теряет интерес к разговору.

Флисс (равнодушно). Жаль!

Он резко встает, очень по-прусски, очень чопорно.

Флисс (обращаясь к Марте). Мне пора. Прошу извинить меня, дорогая мадам.

Щелкает каблуками, целует ей руку.

Прощается с Фрейдом дружески, почти нежно.

Фрейд. До завтра, Флисс.

(18)

Тот же салон, спустя несколько минут.

Горничная убирает напитки, уносит рюмки. Над ней плавает облачко дыма.

Голос Марты за кадром. Не нравится он мне, этот твой Флисс.

Голос Фрейда за кадром. Вот оно что!

Фрейд сидит в кресле; в первый и последний раз с начала фильма он выглядит непринужденным и даже веселым; откинувшись на спинку кресла, он вытянул ноги, снял галстук и расстегнул стоячий воротни­чок. Блаженно затягиваясь, курит сигару.

Фрейд (примирительным голосом, без малейшего наме­рения обидеть Марту). Ты говоришь так потому, что он видел тебя плачущей.

Марта. Ты знаешь, он не любит Брейера. Это сразу видно.

Фрейд. Кто?

Марта. Твой Флисс. Я боюсь его. Ты перед ним словно маль­чишка.

Она пытается обидеть Фрейда, надеясь ранить его гордость.

Фрейд (ласково улыбаясь). Правильно, Марта, я как мальчишка.

Марта (нервничая, расхаживает взад-вперед по ком­нате). Не понимаю, что ты в нем нашел.

Фрейд. Может, ты присядешь? Иди ко мне.

Она улыбается ему и садится на ручку кресла.

Марта (повторяя свой вопрос). Так что же?

Фрейд. Что? Ничего не нахожу. Ты же знаешь его. Это настоящий мужчина.

Марта. А Брейер, значит, нет?

Фрейд. Брейер – венец. Он умен, тонок, но скептичен. (С каким-то уважением.) А Флисс – пруссак.

Марта. У него и вид такой. Прямой, словно палку проглотил…