Фрейд

Сартр Жан-Поль Шарль Эмар

Фрейд. Не знаю. Мне это поможет. Я на пороге какого-то от­крытия. Ведь она хочет вас убить уже не в первый раз. (Госпожа Кёртнер смотрит на него с удивлением: ему известно даже это.) Когда она была ребенком, вы какое-то время находились в санатории. Ей каждую ночь снился сон, что вы умрете. Сны рас­крывают нам наши желания.

Госпожа Кёртнер. Она говорила отцу об этих кошмарах. Но я этому не верила.

Фрейд. Это были кошмары. Во сне у нее возникало смутное чувство, что она хочет вашей смерти, и на это проклятое

желание она реагировала страхом. Мне тоже сотни раз снилось, будто я убиваю своего отца.

Госпожа Кёртнер (еще враждебно, хотя с интересом). Но почему же?

Фрейд. Я пока не знаю. Но узнаю. (Пауза.) Почему Сесили…

Госпожа Кёртнер. Из ревности… Она хотела стать хозяйкой дома.

Фрейд. Все всегда упирается в ее странного отца… вашего мужа.

Госпожа Кёртнер. Он не был странным человеком. О нет! Он даже не был дурным.Он был трусом. Как и все.

В этот момент кадр меняется. Мы переносимся на двадцать пять лет назад.

В маленьком, убогом кафешантане Граца очень красивая, полуобнажен­ная молодая женщина исполняет весьма смелый танец «Леда и Лебедь», как это подтверждает поставленная на вертикальный пюпитр, обращен­ная к публике дощечка с надписью, которая меняется с каждым новым номером.

(Жалкий оркестрик – скрипка, виолончель, пианино – играет фальши­во.)

На женщине лифчик и трусики с оборочками, телесного цвета чулки. Правая рука полностью скрыта лебедиными перьями, видна лишь ла­донь – большой палец торчит, – изображающая птичий клюв. Эта рука, «играющая» Лебедя-Юпитера, дерзко шарит по плечам и груди танцовщицы. Она, танцуя, изображает любовное томление. Рука-клюв подбирается к губам танцовщицы и имитирует поцелуй Лебедя в пре­красные уста госпожи Кёртнер.

Та, в любовной истоме, под продолжающимися пылкими поцелуями Ле­бедя, откидывается назад.

Коснувшись головой пола и стоя на прямых ногах (классическая в гимна­стике фигура «мост»), она потом осторожно вытягивает ноги и ложится на спину, тогда как Лебедь набрасывается на нее, покрывая поцелуями все тело.

Маленький занавес, закрывающий полсцены (он на высоте человеческо­го роста, подвешен на кольцах к веревке, протянутой через всю сцену) задвигается двумя рабочими (из-под бахромы видны их башмаки) в тот момент, когда клюв Лебедя медленно приближается к животу разомлев­шей танцовщицы.

Во время танца несколько раз показывают лица зрителей. Среди них – несколько «крепких» парней той эпохи в котелках, жестких воротничках, с усиками. Но в основном солдаты (новобранцы и сверхсрочники). Один мужчина (изысканно одетый, в цилиндре, с тщательно ухоженной бородкой) аплодирует громче других и выделяется в этой исключительно мужской и весьма пестрой публике: это господин Кёртнер.

Голос за кадром госпожи Кёртнер. У него была одна особенность: ему нравились только проститутки.

Жалкая

уборная, где госпожа Кёртнер снимает грим. Она сидит перед треснувшим зеркалом и смотрит на себя с глубокой печалью.

В дверь стучат.

Танцовщица (отвернувшись от зеркала). Войдите!

Официант кафешантана, помятый и плохо одетый, проскальзывает в комнату: в руках у него огромный, роскошный букет.

Она с изумлением принимает букет. К нему прикреплен маленький кон­вертик с визитной карточкой. Раскрыв конвертик, она бросает взгляд на карточку.

Танцовщица (опытным и наглым тоном). Цветы, ладно. А сам тип где?

Официант. Идет следом. (На стекле через оставшуюся от­крытой дверь мы. видим фигуру приближающегося госпо­дина Кёртнера.) Вы примете его?

Танцовщица. Да.

Он входит и целует ей руку.

Голос священника за кадром. А вы, Ида Бранд, соглас­ны ли взять в мужья Йозефа Кёртнера?

Церковь. Новобрачные в момент произнесения ритуального «да». Ида Бранд – в белом подвенечном платье, с флердоранжем.

Ида Бранд (твердым голосом). Да.

Позади них сидят три-четыре человека. Все остальные скамьи в церкви пусты.

Голос за кадром госпожи Кёртнер. Он женился на мне потому, что я была девкой. Это был его порок. В первое время нашей связи я его обманывала. Он это обожал. (Кадр исчезает; Фрейд и госпожа Кёртнер сидят рядом. Она говорит, опу­стив глаза. Фрейд слушает, глядя на нее.) Когда он сказал. что женится на мне, я полюбила его, я дала себе клятву быть ему верной. Мне опротивела моя жизнь: я хотела стать его истинной женой. Честной. Чистой. Я нуждалась в уважении людей.

В салоне, который мы уже видели, господин Кёртнер читает газету.

Появляется госпожа Кёртнер: нельзя узнать бывшую проститутку в этой жеманной и суровой женщине с гладко причесанными волосами, без следа пудры на лице, строго одетой (темное платье, кружевные жабо и манжеты).

(Звук шагов госпожи Кёртнер.)

Он слышит шаги, поднимает голову и откладывает газету. На его лице написано разочарование.

Господин Кёртнер. Ида! (Он встает и окидывает ее взглядом с головы до ног.) Что все это значит?

Ида. Как что? Это мой наряд. Уж не хочешь ли ты случайно, чтобы госпожа Кёртнер расхаживала в костюме Леды? Твои дру­зья не приняли бы меня.

Господин Кёртнер (смотрит на нее с глубокой неловкостью). Во всяком случае…

Ида Кертнер (вздрагивает черты ее лица цепенеют). Что?