Фронт смеется
Шрифт:
Этот «милый»
Кто же?
Значит,
«Всё равно,
Война»,
Ты решила тоже?
Всё же, полон мрачных мыслей,
Письма взял и сверил числа.
Эх, мне всё понятно!!!
Почта письма получала,
Почта письма задержала,
Почта письма присылала
В порядке обратном:
Все июльские — сначала,
А январские — потом,
Прошлогодние прислала
Лишь сегодня вечерком.
Не меня ли в ноябре
Жёнка провожала?
Что
Сына ожидала.
Сын — в июле! Я сполна
Понял, братцы, вот что:.
Виновата не жена,
Виновата почта!
Б. Котляров
Цело было в восемнадцатом году,
Побежали из России господа.
Господин один попал тогда в беду.
Удирая, говорил он всем тогда:.
— Не толкайтесь,
Дайте сесть,
Не пихайтесь,
Знайте честь!
Я ж не просто так явление,
Я не мразь,
У меня ведь есть имение,
Я ведь князь.
У меня есть имя-отчество,
Титул есть,
Но теперь ведь и высочество
Хочет есть!
Много лет прошло в парижском кабаке.
Князь тарелки мыл,
Прислуживал, варил.
Был всегда его
желудок
налегке,
Иногда князь возмущённо говорил:
— Не толкайтесь
Невзначай.
Не стесняйтесь
Дать на чай.
Я ж не просто так явление,
Я не мразь,
У меня ведь есть имение,
Я ведь князь.
У меня есть имя-отчество,
Титул есть,
Но теперь ведь и высочество
Хочет есть.
А когда война с Россией началась,
Он в Париже адвокатов осаждал:
Дескать, я теперь опять как будто князь,
Столько лет, мол, не напрасно ожидал.
Подтвердите
Сей момент,
Подпишите
Документ.
Я ж не просто так явление,
Я не мразь,
У меня ведь есть имение,
Я ведь князь.
У меня есть имя-отчество,
Титул есть,
Но теперь ведь и высочество
Хочет есть.
Он у немцев был в обозе холуем,
Был мальчишкой, был прислугой, денщиком,
Но мечтал он о величии своём,
О поместье, о деревне за леском.
Размечтавшись,
Водку пил,
А надравшись,
Говорил:
— Я ж не просто так явление,
Я не мразь,
У меня ведь есть имение,
Я ведь князь.
У меня есть имя-отчество,
Т итул есть,
Но теперь
Хочет есть.
На Смоленщину приехал бывший князь.
Скоро вот они, родимые места,
Только вдруг он сковырнулся мордой в грязь
У сухого придорожного куста.
Очень странно:
Был — и нет.
Партизаны
Шлют привет!
Оказалось, что явление —
Просто мразь.
Не видать тебе имения,
Дохлый князь!
Позабудут имя-отчество
Навсегда,
Не вернутся к нам высочества
Никогда!
М. Слободской
—Иди, иди, не упирайся! Я тебя проучу, мерзав¬
ца! — и Ганс из 1-го взвода втолкнул Ганса из 2-го
взвода в комнату.
— Наконец-то, герр обер-лейтенант, в нашей роте
вор пойман,— доложил Ганс из 1-го взвода.— Он
стащил у меня перочинный ножик.
— Дайте сюда ножик,—приказал обер-лейтенант.
Ганс из 2-го взвода повиновался.
Обер-лейтенант фон Капес взял ножик и начал
читать нравоучение:
— Нехорошо, Ганс. Очень нехорошо. У кого вы
воруете? Я понимаю, у русского спереть что-нибудь,
а то у своего. Ведь он этот ножик купил! Не так ли,
Ганс?
—.Так точно, герр обер-лейтенант.
— ...и уплатил, видимо, дорого. Сколько вы упла¬
тили, Г анс?
— Не помню, герр обер-лейтенант.
— Тогда, может быть, помнит тот, у кого вы ку¬
пили?
— О, да, он, вероятно, помнит... Я его купил у
Г анса из третьего взвода.
— Позовите Ганса из третьего взвода.
Пришёл Ганс.
— Ну, вот видите,— продолжал фон Капес,—
Г анс поступил честно. Он уплатил товарищу день¬
ги. Сколько он вам уплатил, Ганс, за этот ножик?
Ганс заморгал глазами:
— Уплатил?! Я ему сейчас дам оплеуху. Второй
день, герр обер-лейтенант, ищу свой ножик. Был в
правом кармане брюк — и вдруг нет его. Украли...
— М-да, а где вы взяли этот ножик?
— Я помогал ротному писарю Гансу нести чемо¬
дан, он мне подарил.
— Вот видите, Ганс, он помог принести чемодан.
В это время зашёл писарь.
— Писарь,— продолжал обер-лейтенант,— посту¬
пил как товарищ и дал ему ножик.
— Ножик, какой ножик? — удивился писарь.—
Ах, это же мой ножик! И монограмма с русской над¬
писью. Десять дней ищу его. Из чемодана украли.
— Писарь Ганс! Как попал к вам этот ножик?—