Фрунзе
Шрифт:
Фрунзе не мог сдержаться:
— Солянка против Немана!.. — почти до слез смеялся он.
И, сразу перейдя на деловой тон, сказал:
— Ничего, Василий Иванович… Назначим мы вас сейчас командиром Александров-Гайской бригады, с тем чтобы эту бригаду вы развернули в дивизию. Кроме прежних полков, в эту новую дивизию войдет, вероятно, также Иваново-Вознесенский полк, земляки мои, ткачи, пролетарская гвардия. Бойцы надежные.
Новый командарм Михаил Фрунзе быстро стал предметом удивления для военспецов штаба фронта, Им было известно, что он не имел военного образования, но все его
Под руководством нового командарма 4-я армия в короткий срок буквально переродилась. Она стала крепко спаянным, дисциплинированным, боевым организмом.
Шаг за шагом Фрунзе отвоевывал у белоказаков широкую степь между Волгой и Уралом, оттесняя белых все дальше и дальше к югу.
Эти успехи позволяли рассчитывать на то, что после освобождения Уральской области можно двинуть красные войска на помощь Туркестану. Для этой цели по идее Фрунзе и была сформирована Южная группа войск, состоявшая из 4-й армии, восьмиполковой Оренбургской стрелковой дивизии (впоследствии 31-й) и кавбригады.
Оренбургская дивизия и кавбригада положили основание новой, Туркестанской армии.
7 марта Фрунзе радировал в Туркестанский Центральный исполнительный комитет (Туркцик):
«Волею Рабоче-Крестьянского правительства Российской Республики я назначен командующим армиями Южной группы Восточного фронта, включающими и Туркестанские войска. В ближайшем будущем… войска прибудут на помощь героям-бойцам Туркестана, доселе не опустившим красного флага и отбившим все яростные нападки врагов. Я приветствую в вашем лице трудящиеся массы всех народностей Туркестана. Прошу передать мой особый привет трудовому населению моей родины — Семиречья и моего родного города Пишпека. Как уроженец Туркестана, приложу все усилия к тому, чтобы желанная помощь пришла к вам как можно скорее. С социалистическим приветом…»
Войска Южной группы наступали. Они заняли форпосты Чижинские, 10 марта освободили станицу Сломихинскую, 19 марта — важный пункт Лбищенск. На этом направлении успешно наступала бригада Василия Ивановича Чапаева.
5. КОНТРНАСТУПЛЕНИЕ
Весной 1919 года кольцо вражеских сил, окружавших Советскую республику, снова пришло в движение. Начался так называемый первый комбинированный поход Антанты. С северо-запада готовил удар старый царский генерал Юденич, на юге поднимал голову генерал Деникин, а с востока продолжал действовать Колчак.
В марте 1919 года Колчак, подтянув из-за Уральского хребта резервы, перешел в наступление по всему фронту. Сибирская армия Колчака захватила Ижевск и ряд городов вдоль правого берега Камы — Воткинск, Сарапул и другие. Одновременно так называемая Западная армия колчаковцев заняла Уфу и двинулась параллельно левому берегу Камы на Самару. Теперь именно здесь Колчак наносил главный удар, стремясь во что бы то ни стало выйти к Волге. Белоказачьи войска Дутова, Савельева и Толстова получили задание содействовать Западной армии наступлением на Оренбург, и Уральск. Для Советской республики вновь создавалось опасное положение. На Восточном фронте решалась судьба революции. Надо было во что бы то ни стало остановить и разгромить Колчака.
Ленин
На призыв Ленина отозвалась вся страна. Она дала фронту большие людские пополнения, предоставила, ценой огромного напряжения, необходимые боевые ресурсы. На Восточный фронт пошли свыше десяти тысяч коммунистов и до трех тысяч комсомольцев. Пятьдесят тысяч рабочих ушли на фронт по профсоюзной мобилизации. Политические работники, партийные организации укрепляли моральный дух и дисциплину в войсках.
Однако дивизию за дивизией, корпус за корпусом обрушивал Колчак на войска Восточного фронта с высот Урала. «Черный адмирал» был настолько уверен в успехе, что уже назначил время свидания командующему силами южной контрреволюции Деникину.
Как раз в это время на Каспии попало в руки С. М. Кирова, члена РВС 11-й армии, оборонявшей Астрахань, письмо Деникина Колчаку. Из этого письма было видно, что встреча Деникина с «верховным правителем» намечалась в городе Саратове.
Задачу выхода к Самаре и Саратову Колчак поручил Западной армии. Этой армией командовал довольно энергичный генерал Ханжин. Три армейских корпуса общей численностью в пятьдесят тысяч человек составляли основную силу армии Ханжина, действовавшую на направлении Уфа — Самара.
Это направление, с двумя железными дорогами от Уфы (одна через Бугульму, другая через Бугуруслан), обороняла 5-я красная армия, насчитывавшая в тот момент всего лишь 11 тысяч штыков и сабель. Соотношение сил было в пользу колчаковцев.
Под натиском превосходящих сил противника 5-я армия отступала по обеим железнодорожным линиям— и на Самару и на Симбирск, с трудом задерживаясь на крупных станциях.
Станция за станцией переходили в руки колчаковцев. Железнодорожные составы, обозы, артиллерийские склады доставались наступающему врагу.
Вдоль насыпи валялись зарядные ящики, опрокинутые повозки. Местность по сторонам от железной дороги была холмистая, со множеством оврагов, лощинок, речек. Ручьи и речки вздулись. Снег не держал ни полозьев, ни колес.
Когда Фрунзе получил известие о том, что белые взяли Уфу, он решил поехать из Самары в Беле- бей, в штаб 5-й армии. Ему хотелось лично ознакомиться с положением дел у командарма 5-й и по возможности выяснить причины его неудач.
В Белебее творилась полная неразбериха. В кривых грязных улочках станционного поселка скопилось множество фур, повозок. Не без труда нашел Фрунзе командарма 5-й. Положение армии было тяжелым.
18 марта Фрунзе послал письмо в Реввоенсовет республики, а копию направил В. И. Ленину. Фрунзе писал:
«В сознании всей серьезности военного и политического положения, создавшегося в. средней и южной части Восточного фронта, я решаюсь привлечь к нему сугубое Ваше внимание. Я не стану касаться положения дел самого фронта, в уверенности, что оно вам известно хорошо. Скажу лишь, что… 5-я армия почти утратила боеспособность. Полки ее откатываются назад при первом натиске противника и сразу очищают большие пространства. В штабе армии (5-й) высказывались опасения за возможность отхода к Самаре и Симбирску. Этим все сказано…