Фуллер
Шрифт:
– Спасибо! Спасибо! – повторяла я тихим шепотом.
Но Гоша лишь хмыкнул.
– Это все Мэт, – зевнул парень. – Навел шороху с утра. Главврача сняли. Теперь клиникой руководит профессор, а не депутатский сынок с кашей вместо мозга. Вот увидишь, Феликс парень крепкий, скоро бегать будет.
Гоша еще что-то говорил, но я сквозь слезы плохо разбирала его слова. Главную информацию я услышала: «Это все Мэт».
Господи, как мне теперь расплатиться с этим страшным человеком?
Совсем скоро Феликс пришел в себя. Он отказался
Я не могла оставить брата одного. Пришлось дожидаться, когда вернется Гоша.
– Мне нужно отлучиться, – решительно заявила я, когда дверь в палату распахнулась, впуская парня с пакетами в руках.
– Ты бы лучше отдохнула, – предложил Гоша, занимая теперь уже удобное кресло, расположенное в углу комнаты.
Размеры палаты превышали квадратуру нашей с братом квартиры. Услужливые медсестры исправно появлялись, ставили капельницы, делали уколы. Я понимала, что весь это уход и обращение – не просто так, а в обмен на деньги. Даже боялась предположить, сколько может стоить такой сервис. Знала одно: такой суммы у меня нет. И пока не предполагала, как же мне расплатиться с клиникой.
– Вы нам ничего не должны, Дарина, – вкрадчиво сообщил профессор, когда я, отыскав его кабинет, тихо вошла внутрь.
Светлов сидел на диване, пил кофе из стакана с логотипом кофейни и хитро щурился, глядя на меня.
– Но лечение ведь платное! – возразила я.
– Все верно, и ваш счет уже оплачен, юная леди! – улыбался доктор, вызывая позитивный отклик в моей душе. Этот старичок располагал к себе, заставлял доверять ему, но в глубине глаз профессора прятался стальной и несгибаемый стержень.
– Кем? – допытывалась я.
– Матвей Фуллер оплатил все расходы по лечению вашего брата, – не моргнув, ответил профессор.
– Спасибо, Матвей Вадимович! – искренне поблагодарила я.
Покинув кабинет врача, вздохнула, сжимая руками виски. Пульс глухо стучал в ушах, а я абсолютно не знала, где найти сил, чтобы появиться перед владельцем «Фуллерита».
Не знаю, что именно двигало мною, когда я попросила таксиста остановить машину за территорией, принадлежавшей автосервису. Сумерки сгущались, редкие лучи света фонарей вырывали из темноты неясные силуэты. Где-то слышались взрывы хохота и музыки. Но я уже знала, как попасть в здание, где обитал Фуллер. И была полна решимости поговорить с мужчиной. Да, разговор будет трудным. По крайней мере, для меня. Но я привыкла отдавать свои долги.
Неважно, какая по счету сигарета исчезала в моей руке. Горький дым заполнял легкие, вытесняя тревожные мысли. Я сидел на крыше, упираясь спиной в бетонную стену и пялился на горизонт.
Шея затекла. Прав Светлов, тянуть и откладывать больше нельзя. Но, черт подери, добровольно под скальпель я лягу только полутрупом.
Очередная затяжка. Недокуренная сигарета исчезла в мусорном ведре. А рука сжалась на горлышке бутылки.
Отголоски боли настойчиво тормошили мозг. Понимал, совсем скоро меня накроет.
– Чертова
Тело постепенно расслаблялось, но мысли не отпускали.
Нужно решить вопрос с Исаевым и Дубом. Хорошо, что пацан выкарабкается. Это радовало.
Взгляд скользнул по воротам сервиса. Нахмурился. И чего девчонка забыла здесь?
К чертям! Спать! Не хотелось сталкиваться с трясущейся от страха бабой, у которой, очевидно, поставлена цель доконать меня раньше, чем это сделает болезнь.
Мой дом – моя крепость. И мне не нравились незваные гости. Вот и сейчас, оказавшись в квартире, поставил бутылку в шкаф, а сам поплелся в спальню.
– Здравствуйте! – тихий голос прошиб слух, я поморщился, желая, чтобы девчонка свалила за порог и не возвращалась ближайшие миллион лет.
– Проваливай! – выдохнул я, стягивая футболку через голову.
– Я хотела поговорить насчет лечения брата! – не унималась сестра Феликса. – Вы заплатили огромные деньги. Я вам очень благодарна, но, понимаете, я не смогу быстро вернуть их.
– Ты глухая?! – рявкнул я, чувствуя приближение головной боли. – Исчезни!
Глава 11
Мужчина смотрел на меня так, словно я была самым омерзительным существом на всей планете. Даже не существом, а предметом. Пылью или куском грязи, прилипшей к подошве его дорогого ботинка.
Мне хотелось швырнуть в него что-то неимоверно тяжелое. Я даже не вспомнила о причине, которая привела меня в этот дом. Мне захотелось одного – сбить спесь с этого высокомерного кретина. И рука уже непроизвольно дернулась в сторону кухонного стола, на котором стояла тяжелая на вид, металлическая пепельница.
«Господи, что ты творишь, Дарина?!» – кричала моя совесть. И рука дрогнула, превращаясь в кулак. А взгляд задержался на темных кругах под глазами Мэта, на сжатом в одну линию рте, на глубоких морщинах, рассекающих лоб.
Пришло осознание, что этот человек страдает от боли. И словно подтверждая мою догадку, мужчина пошатнулся, хватаясь рукой за стену.
Но крепкая ладонь нашарила только пустоту. И Фуллер с тихим то ли рычанием, то ли стоном, свалился на пол.
Я всего секунду мешкала. Не знала, убежать или проверить пульс на шее Мэта.
А потом стремительно рванула вперед.
При падении Фуллер ударился затылком о дверной проем. И мое сердце заледенело, когда я увидела красный развод на светлом дереве двери.
Руки тряслись, когда я лихорадочно пыталась нащупать пульс.
Ведь не поверит никто, случись что с Мэтом. Все подозрения падут на меня. Как доказать, что не я стала причиной его падения и обморока. Или и того хуже: его смерти?
Но мне повезло. Фуллер, пусть рвано, но дышал.
Шумно и с облегчением выдохнула. Как бы сильно ни пугал меня этот мужчина, я должна была что-то предпринять. Судя по дыханию, которое постепенно приходило в норму, он просто уснул. Решила, что появление «скорой» на пороге собственного логова, Фуллер не оценит. А значит, никуда не стоит звонить.