Фурия
Шрифт:
— Конечно попробуем, но для этого нужно хорошенько выспаться, — предупредил Никита.
— Спасибо! Это лучший новый год в моей жизни, — мальчик крепко обнял Алину и Никиту одновременно.
Сквозь зубы девушка сдерживала слезы. Никита конечно был не настолько эмоционален как Алина, но тоже растрогался. Ребёнок был благодарен просто обычной игрушке и вечеру в кругу близких людей. Ему не нужны были дорогие телефоны и планшеты. Только любовь и ласка. Это настолько поражало Громова, что он просто не находил слов.
— Пойдем я уложу тебя, —
Там было очень уютно. Сама по себе комната была маленькой, но очень тёплой. Да и девушка постаралась сделать максимально комфортные условия. Шумоизоляция тоже прекрасная, никакие посторонние звуки просто не могли помешать Диме хорошенько выспаться и отдохнуть.
— Ты засыпай, если что мы с Никитой будем в зале. Не стесняйся приходить, — укладывая Диму в кровать, тихо говорила Алина.
— Хорошо. Можно я кое-что скажу тебе на ушко? — укрываясь одеялом, спросил мальчик.
— Можно, — Алина склонилась чуть ниже.
— Я вас с Никитой очень сильно люблю. Вы хорошие, — Дима погладил Алину по волосам и чмокнул ее в щеку.
— Мы тебя тоже очень сильно. Завтра кое о чем поговорим. Договорились?
— Договорились.
Девушка поцеловала Диму в макушку.
— Светильник оставить включенным?
— Да, пожалуйста, я немного боюсь темноты.
— Хорошо. Сладких снов.
— Сладких снов.
Дима сладко засопел. Алина на носочках покинула спальню и прикрыла дверь.
— Уснул? — поинтересовался Никита.
— Да, — присаживаясь на диван, ответила девушка.
Громов ещё в начале вечера заметил, что Алину что-то гложет. Будто у нее на душе тяжёлый камень, который никак не упадёт и не освободит её от оков.
— У тебя все хорошо?
Алина улыбнулась, но больше не могла сказать "да", произвольно по щекам брюнетки покатились солёные слезы. Это был первый раз, когда Никита видел её слезы. До этого даже в самой сильной истерике, как тогда в ванной, девушка ни разу не плакала, стойко держалась до конца.
— Алина, скажи мне что произошло? — касаясь большими пальцами мокрых щек, взволнованно, спросил парень.
— Я не могу так больше, — избегая взгляда Громова, прошептала девушка.
— Бесценная моя, я знаю, что тебе тяжело открыть мне свою душу. Ты все ещё считаешь меня чужим, но поверь мне, мы куда ближе чем тебе кажется. Последние дни сделали меня очень счастливым, твоя забота обо мне, очень дорога для меня. Хватит быть сильной и тянуть все на себе одной, теперь у тебя есть я и так будет всегда. Я обещаю. Я готов ещё сотню раз измениться ради тебя, — Никита очень боялся спугнуть Алину, его прикосновения были очень осторожными и обдуманными.
— Я не достойна этого. Я столько раз разбивала тебе сердце. Я столько раз делала тебе больно. Рано или поздно ты осознаешь это и тебе станет противно от меня.
Ненароком их взгляды встретились.
— После всего того, что с тобой было, ты достойна ещё большего. Я был готов к тому, что ты не сразу достанешься
Алина резко поддалась вперёд и крепко обняла Никиту.
— Я долго настраивала себя. А вчерашняя ночь была настоящим адом. Я взвешивала все за и против, мне казалось, что только за вчерашний вечер я сошла с ума, — девушка говорила тихо, но в этой тишине и легком потрескивании камина, ее голос был слышен достаточно громко.
Никита не перебивал.
— Я очень сильно боюсь предательства, измены, недоверия, манипуляций, это мой страх номер один. Снова попасть в ловушку и не выбраться самой, но за это время, ты мне много раз доказал, что у тебя только благие намерения. И как бы мне тяжело не было, и как бы я не старалась дать отпор твоим чувствам и быть сильной, я так больше не могу. Мне кажется я живу на бомбе замедленного действия. Я не буду долго томить. Все время нашего знакомства я чувствую себя девушкой, самой обыкновенной, той которая нужна и той ради которой готовы на многое. И если это лишь хороший сон, я готова не просыпаться, чтобы меня не коснулась жестокая реалия.
Эти слова вызвали мурашки по коже Никиты. Все что он делал все это время было не зря. Наоборот, его поступки открыли многое не только в Алине, но и в самом Громове.
— Реалия не будет хуже сна. Я уже сотню раз говорил тебе, что со мной ты будешь как за каменной стеной, я не позволю тебе плакать, разве что только если от счастья, — руки Никиты проходились вдоль спины девушки, ладонями парень нежно успокаивал Алину и буквально заставлял её верить ему.
— Обещаешь мне, что я не сделаю ошибку? — отстранившись, Алина утерла слезы и взглянула в голубые, словно бездна, глаза.
— Клянусь, — крепко сжимая хрупкие пальцы девушки, сказал Громов.
Алина выдохнула и также продолжая смотреть в глаза парня, легко и непринуждённо сказала следующие слова.
— Никита, я люблю тебя и доверяю тебе полностью. Я уверена, что ты не сделаешь мне больно, — ладони девушки вспотели, взгляд подобрел и стал куда ласковее чем раньше. Ледяная оболочка сошла на нет. Перед Никитой открылась самая настоящая Алина со своими эмоциями и чувствами. Та Алина, которую он так долго хотел видеть. С этими словами ушла ее прежняя холодность и резкость, вмиг человек изменился до неузнаваемости.
Грудь Громова распирало от нехватки кислорода. Слова о которых он мечтал так долго только что прозвучали наяву. Хотелось закричать всему миру об этой новости.
Никита коснулся губами тыльной части ладони девушки, затем поцеловал её в макушку, лоб, висок, щеку и прислонился лбом к ее лбу.
— Я так долго ждал этих слов. Я никогда в жизни не отпущу тебя и ты права я постараюсь не делать больно. Я не обещаю, что буду идеальным, мне ещё есть чему учиться в отношениях, но я знаю только одно, что я буду делать все, чтобы мы были счастливы.