Г 2
Шрифт:
Те накатывали волнами, один в один как в хрониках, записанных со стен Пеленора нашими магами эфира. В этот раз в первых рядах двигалось множество некроголемов, словно вытащенных из давно забытых складов: обтянутые сухой кожей лица, даже не прикрытые забралами, оскаленные в вечном крике провалы ртов, древние доспехи, покрытые ржавчиной. Но, несмотря на потёртый вид, строй они держали ровный. Кое-где над ним возвышались современные химеры: помесь огромных насекомых и животных, с покрытыми костяными наростами щитками и когтями на лапах.
В магическом зрении равномерно зияли проплешины в потоках – эти новые химеры явно были аналогами элизов или Тёмных Рыцарей и оказались способны гасить магию. Я ещё раз обвёл их взглядом, ища признаки
Это работа была не для меня. Столько магов эфира, войдя под купол, даже заставили его колебаться. Заклинания будут слабо действовать на правильный строй, прикрытый их аурами, да и то только потому, что твари явно созданы всего лишь из адептов – таких как старик, управитель города. Нет. Это работа для болтов.
– Залп!
Первые два ряда зелонцев словно скосило. Каждый солдат принёс с собой на эти земли второй мешок, полный артефактные болтов. Пришло время их использовать.
Я сосредоточился на сплошном жёлтом пятне в паутине нитей сторожевого заклинания. От него отделялись точки, вливающиеся в стремящиеся к нам ручьи, но само главное пятно так и не думало распадаться на отдельных врагов. Что я там предполагал? Старик обманет в пять раз? Похоже, я его сильно недооценил.
Сморгнул, обрывая видение Сети и оглядывая бойню перед собой. Вовремя: в шлем ударила вражеская стрела, не пробив защиты амулета, но заставив шевелиться. Даже залповая стрельба в четыре метателя не могла сдержать напор зелонцев. На площади лежало уже не меньше двух сотен тварей, но нас было слишком мало. Более слабые луки зелонских некроголемов уже уверенно осыпали нас снарядами. Я вывесил перед нами наклонную Стену, прикрывая солдат от врага, а огневик ударил своей по некроголемам. Вот только его заклинание было огненным, и языки пламени взметнулись на пять метров в высоту.
Отлично сработано. Перекрыл три из четырёх улиц, вот только в сумерках огонь уже слепил и нас самих. Впрочем, у нас оставались ещё мои глаза. Я рявкнул:
– За огнём откатываются!
Самор среагировал тут же:
– Залп в правый проход!
Я внимательно наблюдал за мельтешением огней в улочках, они снова потянулись к нам, на этот раз накрывая всё пространство впереди.
– Перегруппировались, атакуют, идут по крышам!
Вал тварей оказался в несколько раз больше, чем минуты назад, так что в дело вступил я. Да, эфирники, да, превращены в химер, что только и умеют противостоять чужой магии, разрушая сами основы плетений. И что? Они не всегда справлялись даже с артефактными наконечниками. Пришла пора им узнать, что я маг Земли, а не только Воздуха. Мне нужно было пятнадцать секунд на наполнение заклинания. За это время схватка, происходящая перед нашим укреплением, превратилась в какую-то бойню. Некроголемов оказалось столько, что они почти не замечали наших залпов, равнодушно затягивая прорехи в накатывающей на нас волне. Десять секунд, и они уже ломились через стену щитов первого ряда, садили в нас из своих коротких луков почти в упор. Опять какая-то шустрая тварь сбила с ног солдата, перемахнула защитный вал и тут же прыгнула на меня, верно определив жирную цель. Солдат, что должен прикрывать меня, внезапно проиграл в обмене ударами и некроголем дотянулся до моего плеча тяжёлым мечом.
Неважно. Меня перекосило от удара, но я закончил заклинание и половину площади накрыл Град клинков. Тысячи каменных лезвий обрушились на набившихся на площадь зелонцев, пробивая их насквозь. Рядом заорали:
– Раиду Опилу!
Некроголем вывернул меч, стягивая клинок с моего защитного слоя камня и переводя удар в обратный. Неудивительно, что солдат проиграл стычку: в движениях твари мне был хорошо заметен опыт умелого мечника. Вот его рука уже в позиции для укола в горжет, туда, где заканчивается кольчуга на
Я пополнил Стену, что замедляла, а то и вовсе отклоняла часть стрел и принял в себя из Орба треть своего резерва. Стоим, стоим… Бойцы задних рядов лихорадочно взводили разряженные метатели, Лариг шагнул в первый ряд на место погибшего. Стоим… вот в щиты ударили первые твари, сейчас! И с неба снова обрушилась свистящая смерть, пусть и слабее первой, но столь же неотвратима.
На площадь потоком выливались все новые и новые огоньки врагов. Здесь меня слепили разгорающиеся на краю площади дома, в магическом мире – сотни огней зелонцев, накатывающих на нас. Пополнить треть резерва из Орба. Сплести заклинание. Град!
Пополнить резерв. Заклинание… Твари словно прибавили прыти, ударив в щиты раньше, чем я наполнил маной плетение, успев пересечь площадь быстрее, чем за пятнадцать секунд. Град!
И хотя каменные клинки ударили вплотную к нашему укреплению, десятки тварей остались целыми. В щиты ударили мечи и когтистые лапы. Несколько химер перемахнули в прыжке через строй. Их приняли в клинки офицеры и наши с магом щитоносцы.
Пополнить резерв. Скопировать в ауру с Орба заготовленное плетение, растянуть его над площадью, накрывая рвущиеся к нам огни врагов. Наполнить маной… Не успел! Набегающие твари ударили в щиты, прорывая строй в двух местах. Парня, прикрывавшего меня, снёс одним ударом шипастой булавы некроголем за два метра роста. Снёс и шагнул ко мне. Град!
Я сорвал с пояса метатель, с усилием поднимая руку в тягучем замедлении Саха. Раз, два – враг получил в глазницы вспыхнувшие огнём болты и свалился, словно подрубленное дерево.
Пополнить резерв, принять заклинание в ауру, растянуть область действия…
Мне в грудь влетело копьё, брошенное с такой скоростью, что я даже в Сах не успел уклониться, и с такой силой, что пробило Доспех и снесло меня с ног, отбросив к ступням Гвардейца.
Но я был жив, транс позволял не чувствовать боли, а главное, моя рука по-прежнему лежала на Средоточии стихии, что я в начале боя повесил на пояс.
Наполнить заклинание… Град!
Укрепление снова захлестнули уцелевшие враги, и чтобы выжить, мне пришлось опять схватиться за оружие.
Очередную прыгучую тварь я встретил заклинанием ещё в полете. И на брусчатку она приземлилась пронизанная насквозь Хлыстом, но живая и злая. Эспадон подрубил ей суставчатые ноги, а в уродливую глазницу вонзился болт. Но даже это её не остановило. Она заверещала, тряся тлеющей башкой и попыталась вскочить на свои обрубки, однако я уже рванул её на себя Хлыстом и подставил эспадон, ещё раз пробивая её насквозь. За укреплением полыхнуло огнём и последние, одинокие жёлтые огни на площади погасли.
Седьмой волны не было.
Обессиленный этой короткой стычкой я даже не стал подниматься с земли. В пылу схватки меня отбросило под ноги Гвардейца и, подумав, я опустил руку, коснулся его ноги и опустошил уже его накопитель, забрав всю ману, что была моей или накоплена Родником. Голему хватит времени пополнить свой запас из работающего Истока, а вот мне такое не провернуть, зато сейчас и мой резерв…
Рядом тяжело опустился огневик:
– Сколько у тебя осталось маны, Аор?
Короткая проверка Орба, висящего на поясе рядом со Средоточием. Там изначально находилось три моих запаса, я вернул своё из Гвардейца, и какая-то кроха осталась в посохе на совсем крайний случай. Её я считать не стал: