Габриэль
Шрифт:
С появлением дочери он преобразился. Казалось, он буквально засветился нежностью и теплотой.
– Доченька, познакомься, это – Габриэль, мой друг и помощник. А это моя любимая дочь Мариам.
– Очень приятно, – пролепетал Габриэль и покраснел ещё сильней.
Мариам улыбнулась ему улыбкой, за которой скрывался еле сдерживаемый смех.
– Габриэлю редко приходится бывать в женском обществе, – Мануэль по-своему понял замешательство друга, – на самом деле он очень весёлый и интересный юноша.
– Я уже знаю, –
– Вот как?
– Он, как и я, любит беседку у озера.
– Так значит, вы уже успели познакомиться?
– Не совсем.
– Я сидела в беседке, а он… Увидев, что беседка занята, поспешил удалиться.
Габриэль готов был провалиться сквозь землю.
Во время завтрака говорили о пустяках. Мариам рассказывала о своей курортной жизни, расспрашивала о делах в замке, о лесе. Габриэль молча ел, глядя в тарелку так, словно тщательно изучает её содержимое. Отцу и дочери было о чём поговорить, и молчание Габриэля было им на руку. Впервые в жизни юноша был несказанно рад, что на него не обращают внимания. Осмелев, он даже начал бросать осторожные взгляды на девушку.
– Ты не представляешь, отец, как я соскучилась по родному лесу! Мы так давно не виделись, что мне не терпится встретиться с ним прямо сейчас! – воскликнула Мариам, когда завтрак подошёл к концу.
– У меня есть кое-какие дела, – ответил лесник, – но, думаю, Габриэль с удовольствием составит тебе компанию.
– Почту за честь… – пролепетал юноша.
– Вот и хорошо. А с работой я справлюсь и сам.
– Вы всегда такой молчаливый? – спросила Мариам, когда они выехали со двора.
– Дело в том, что я хотел бы принести вам свои извинения…
– Полно, сударь, забудем об этом, если вам так угодно. Расскажите лучше о себе. Как получилось, что вы стали лесником?
– Вашему отцу стало трудно одному справляться с таким количеством работы.
– Я не об этом. Почему вы стали именно лесником?
– Когда-то давно меня спасли люди, для которых лес был настоящим домом. Они и показали мне, какой он на самом деле.
– И какой же он, по-вашему, на самом деле?
– Вы любите лес?
– Очень. Я здесь выросла. В детстве я представляла, что я – настоящая лесная фея.
– В таком случае, вы тоже знаете, какой он на самом деле.
– Вы правы. Там, на морском побережье, иногда мне даже казалось, что по лесу я скучаю больше, чем по отцу. Глупо, не так ли? – она рассмеялась.
– Вы приехали домой надолго?
– На этот раз я приехала навсегда. Надоело скитаться по заграницам. Может, климат там и целебный, но когда все мысли о доме… Вы любите лошадей? – спросила вдруг она.
– Даже не знаю, что ответить…
– А вот Алмаз знает, – она ласково погладила своего коня по шее, – он тоже скучал, и теперь тоже рад нашей встрече. Вы понимаете, о чём я?
– Конечно.
– Тогда давайте наперегонки? Догоняйте!
Несмотря
На красивой лесной поляне они спешились и отпустили лошадей.
– Пусть тоже поговорят, – сказала Мариам.
– Я действительно выросла в этом лесу, – рассказывала она. – Мама умерла, когда я была совсем ещё маленькой. Нянек отец не любил, и всё время таскал меня за собой. Дома мы только ночевали, да и то не всегда. Так что моей колыбелью была спина лошади. Когда я немного выросла, он подарил мне маленького жеребёнка. Так что Алмаз мне как брат.
– Мои родители тоже погибли. Я был совсем мальчишкой. Мы с няней долго прятались в лесу. Потом она пропала…
Габриэль вздохнул.
– Это так вы меня развлекаете?
– Простите, ради бога!
– Ну вот, он опять извиняется.
– Простите…
– Ещё раз попросите прощения, и я вас никогда не прощу. Расскажите лучше, что вы делали до того, как стали лесничим.
– Это не очень весёлая история.
– Ничего. К тому же весёлых историй, боюсь, я от вас всё равно не дождусь.
– Как я уже говорил, родители мои погибли. Мы с няней долго жили в лесу у одного человека, затем, когда она бесследно исчезла, мне пришлось идти в Эдинбург. Там совершенно случайно меня взял на службу один человек, который зарабатывал себе на жизнь…
– Да вы настоящий разбойник! – воскликнула Мариам, когда Габриэль закончил рассказ.
– В мире, где соблюдение законов обрекает человека на жалкое существование, любой сделает всё, чтобы стать разбойником.
Весёлый и обходительный, Габриэль никогда раньше так не терялся перед девушкой, и дело было совсем не в неловкости из-за вчерашнего происшествия, оно было забыто. Несмотря на то, что он знал Мариам всего один день, Габриэль не мог представить себе жизнь без этой красавицы. Мариам была настолько живой, настолько неугомонной, что казалось, будто сама жизнь бурлит в ней с неистовством горного потока. Простая, но не простушка, весёлая, жизнерадостная, красивая…
И эта девушка скоро должна умереть!
Ей оставалось всего несколько месяцев. В лучшем случае. Душа Габриэля разрывалась от боли. Он полюбил Мариам чистой, нежной любовью, и предстоящая смерть девушки обостряла все его чувства до предела. Сама же она вела себя так, будто бы и не знала, что её ожидает.
Хотя нет. Именно ожидание смерти, жизнелюбие и мужество позволяли девушке радоваться каждому дню, каждому мгновению.
Габриэль не мог покорно ждать, но разве он мог что-то сделать? Он вновь почувствовал себя тем маленьким ребёнком, у которого в одночасье исчезла почва из-под ног. В очередной раз он был бессилен что-либо изменить в судьбе близкого человека.