Галатея
Шрифт:
— Что-то нужно, Вадим Дмитриевич? — озадачено поинтересовалась секретарша.
— Все в порядке, — отозвался Вадим. — Я отойду на пару минут, пригляди за Палтусом. Он в кабинете сидит. Кофе ему сделай или, там, чаю.
— Конечно, Вадим Дмитриевич, — с готовностью поднялась Лена. — Сейчас я у него узнаю.
— Ага, — кивнул Немченко. — Обязательно узнай.
Дима Стременников был на месте.
Он сидел в кресле,
— Дима, — закрыв за собой дверь, позвал Вадим.
— Ну, надо же! — удивился Дима, оторвавшись от созерцания. Клавиатура немедленно оказалась на столе. — Какими судьбами?
— Трудными, — ответил Вадим. — Есть у тебя что-нибудь выпить?
— Тебе же врач запретил, — озадачился Дима, поднимаясь.
— Да пошел он… Так есть?
— Есть, — растерянно ответил Дима. — Вискач с Нового года остался. Будешь?
Немченко махнул рукой и рухнул на широкий диван. Вытер холодный пот со лба. Стременников задумчиво разглядывал содержимое маленького холодильника в углу.
— Виски нет, — огорченно сообщил он через плечо. — Все выдули. Водку будешь?
— Плесни мне на пару пальцев, — кивнул Вадим.
Через мгновение в его руке оказался стакан.
— Ну, давай, — махнул им Немченко и залпом выпил.
Водка неприятно обожгла гортань. Вадим поморщился.
— На-ка, запей, — заботливо притянул ему Дима стакан пузырящейся колы.
— Ага, — кивнул Немченко.
— Не сорвись опять, — предупредил Дима, убирая водку в холодильник.
— На пьянку времени совсем нет, — пожаловался Вадим. Он глотнул колу и поставил стакан на стол. — Никогда не понимал, как в штатовских фильмах люди водку из стакана цедят. Смакуют, блин!
— Может, они никогда настоящей водки не пробовали? — предположил Дима.
— Не знаю, — Вадим пожал плечами. — Может быть, — он посмотрел на Стременникова снизу вверх. — Прикинь, у меня сейчас в кабинете сидит живой Андрюха Палтус.
Дима вытаращил глаза.
— Это как? — не поверил он. — Целый и невредимый?
— И невредимый, — поддакнул Вадим. — Понимаешь, живой!
— Это добрый знак, — сказал Стременников. — Может быть, и Машка…
— Дима! — оборвал его Немченко. — Хватит! — он покрутил в руках пустой стакан и продолжил после паузы:
— Ума не приложу, что мне теперь с ним делать.
Дима молча встал, вернулся к холодильнику и налил водки в освободившийся стакан. Только теперь себе. Залпом выпил, сморщился, сдерживая дыхание, и приложился
— И что, — выдохнул Дима. — Что он говорит?
— Что ничего не помнит.
— А ты ему веришь? — прямо спросил Стременников.
Вадим полез за сигаретами.
— Нет, — подумав, твердо ответил он.
— Но он твой племянник, — напомнил Дима.
— Он мой племянник, — с горечью подтвердил Немченко, закуривая.
Стременников в затруднении почесал затылок. От этой дурацкой привычки он пытался избавиться уже несколько лет.
— Палтус опасен, — после паузы сказал Дима. — Он очень опасен, но убирать его пока нельзя. Возможно, он что-то знает.
Немченко молча кивнул.
— Возможно, он приведет нас к…, — Стременников замялся на мгновение. — К Тензору. Но как вытащить то, что у него в голове?
Вадим поднял голову. Оба понимали, что имелось в виду совершенно другое. И Немченко был благодарен другу за эту заминку.
— Может, гипноз? — с надеждой предложил он.
— Надо пробовать, — ответил Дима. — Нам нужен хороший специалист. А Палтуса пока необходимо изолировать. Надежно, с постоянным наблюдением и охраной.
— У тебя есть кто-нибудь из врачей? — поинтересовался Немченко.
— Найдем. Это не проблема. Проблема в том, чтобы в закрытой клинике разместить наших людей.
— Это решу я, — решительно поднялся Вадим, хлопнув себя по коленям. — Ты найди хорошее местечко, а я разберусь с охраной. Договорились?
— Постой-ка, — нахмурился Дима. — А сегодня?
— А сегодня Палтус переночует на складе, — ответил Немченко. Он несколько раз быстро затянулся и кинул сигарету в недопитый стакан. — И завтра, если что, тоже переночует. Я ребят сейчас же отправлю, пусть его отвезут, сдадут Васе и выставят караул.
— Больше упускать Палтуса нельзя, — подытожил Стременников.
Максим Дронов
Утро выдалось не из легких.
Сыворотка не стабилизировалась и распадалась на четвертой минуте, Сережа Моисеев опять заболел затяжным гриппом, а секретарша Катя, перепутав файлы, распечатала и, не проверив, отдала шефу вместо недельного доклада сборник интернетовских анекдотов.
Ближе к обеду Максиму позвонила мама.
На работу ему она звонила чрезвычайно редко и всегда по каким-нибудь экстраординарным поводам. Поэтому, услышав ее голос в телефоне, Максим непроизвольно напрягся.