Гамильтон
Шрифт:
– Говорят, что Жан-Клод стал родоначальником собственной линии, оборвав связи со своей прежней мистресс.
Сказать, что я была удивлена - значит, ничего не сказать.
– Откуда, черт возьми, мог появиться этот слух?
– Анита, мы теряем время. Это правда или нет?
– Частично. У него теперь собственная линия. Это означает, что он больше не подчиняется своей прежней госпоже, но не значит, что он оборвал связи с Европой. Он просто перестал быть мальчиком на побегушках у Белль.
–
На этот вопрос мне отвечать очень не хотелось. Была ли я смущена? Пожалуй.
– Не понимаю, каким образом моя личная жизнь может иметь отношение к приезду в город Арлекина.
– Скажем так: от твоего ответа на этот вопрос будет зависеть, задам ли я тебе еще один, по поводу того, во что мне слабо верится. Хотя я уже начинаю задумываться…
– О чем?
– Ответь на вопрос, Анита. У тебя действительно целая куча любовников?
– Уточни, сколько ты понимаешь под «кучей», - со вздохом попросила я.
– Больше двух-трех, наверное, - не слишком уверенно уточнил Эдуард.
– Тогда да.
Эдуард секунду помолчал, затем продолжил расспросы:
– Говорят, что Жан-Клод заставляет всех, кто присоединятся к поцелую, трахаться с ним.
– Не правда.
– Что он заставляет их трахать тебя?
– Не правда, у кого-то фантазия богаче даже моей личной жизни.
Он коротко засмеялся, затем сказал:
– Если бы ты не ответила на мой первый вопрос, я не стал бы задавать этот. В общем, ходят слухи, что ты - нечто вроде ходящего днем вампира, питающегося вместо крови сексом. Мне в это не верится, но думаю, тебе стоит знать, какие слухи ходят о тебе в среде коллег по оружию. Наверное, они просто завидуют твоему счетчику трупов.
Я тяжело сглотнула и снова уселась на край ванны.
– Анита, - позвал Эдуард.
– Чего ты притихла?
– Так, ничего.
– Анита, но это же чушь. Какой из тебя вампир?
– Насчет вампира действительно чушь, а в целом…
– Что там в целом?
– Тебе знаком термин «ardeur»?
– Мне знакомо это слово, оно на французском, но ты ведь не о его точном переводе говоришь?
Тогда я коротко и по возможности отстраненно рассказала ему об ardeur’е.
– То есть, тебе приходится трахаться каждые несколько часов, иначе что?
– Иначе я умру, предварительно выпив жизненную энергию из Дамиана, а потом и Натаниэля.
– Это еще как?
– У меня есть слуга-вампир и подвластный зверь.
– Что?!
– никогда не думала, что смогу его так сильно шокировать. Пришлось повторить сказанное.
– Анита, об этом даже слухов не ходит. Потому что слуга-человек не может иметь слугу-вампира - так просто не бывает.
– Рассказывай, - вздохнула я.
– А Натаниэль - твой
– Очевидно.
– Совету обо всем этом известно?
– Ага.
– А, черт! Ничего удивительного в том, что они спустили на вас своих цепных псов. Вам еще повезло, что они вас просто не поубивали.
– В Совете еще не пришли к единому мнению, что делать с Жан-Клодом и с нами.
– Поясни.
– Некоторые из членов совета хотят видеть нас мертвыми, но для этого им недостаточно голосов. До сих пор спорят.
– Значит, цель прибытия Арлекина - сдвинуть дело с мертвой точки?
– высказал предположение Эдуард.
– Может быть, я не уверена в этом.
– Есть еще что-то, что может послужить им причиной убить тебя раньше, чем я к вам доберусь?
Я подумала о том, что могу вскоре оказаться оборотнем, и о многом другом. А затем мне вспомнилось кое-что, что могло быть веской причиной для того, чтобы остальные Мастера городов в Штатах обратились за помощью к Совету.
– Возможно.
– Насколько «возможно», Анита? Я хочу знать, есть ли у меня время искать помощника, или лучше без промедления тащить свою задницу в Сент-Луис.
– Честно говоря, не знаю, Эдуард. Не далее чем в ноябре мы с Жан-Клодом умудрились выкинуть один мощный трюк. Настолько мощный, что сам факт вполне мог напугать Арлекина.
– Что вы сделали?
– У нас был закрытый междусобойчик с парой приглашенных в гости Мастеров города. Этих двоих Жан-Клод называет своими друзьями.
– И… - ободряюще протянул Эдуард.
– И Белль Морт попыталась оказать на нас влияние прямо из Европы. Она воздействовала на меня и на Мастера Чикаго.
– Огюстин, - хмыкнул Эдуард.
– Для друзей просто Огги.
– Ты знаешь его?
– О нем, - поправил Эдуард.
– Тогда ты знаешь, насколько он силен.
– Да.
– Так вот, Эдуард, мы его уделали.
– Уделали?
– переспросил он.
– Мы с Жан-Клодом питались от него, питали от него свой ardeur. И не только от него, через него - ото всех, кого он привез с собой в качестве сопровождения. Устроили эдакий своеобразный пир. Поток силы был просто нереальный, и часть ее получили все, кто был метафизически связан с Жан-Клодом или со мной.
– Я свяжусь с теми, с кем планировал, но им придется присоединиться ко мне позже. Я прибуду в Сент-Луис через… четыре часа, максимум пять. В общем, жди меня к вечеру.
– Ты думаешь, все настолько серьезно?
– Будь я вампиром, я убил бы тебя уже только за то, что у тебя есть слуга-вампир. А вы еще и Огюстина, одного из сильнейших мастеров-вампиров в Штатах, ухитрились «уделать»… В общем, у них есть повод занервничать. Я вообще удивлен, что Арлекин прибыл в Сент-Луис только сейчас.