Ганс
Шрифт:
Я никогда не хочу стать причиной ее боли.
Я не хочу, чтобы она вообще что-либо чувствовала.
Кассандра прижимает ладони к моему животу. «Ты в порядке?»
Я скольжу рукой вверх, пока не сжимаю ее затылок. «Я беспокоюсь, что взять тебя с собой — это неправильный выбор».
Она качает головой. «Я не останусь здесь без тебя. Не хочу никого обидеть, но я буду так волноваться за тебя, что не смогу дышать. Пожалуйста, не проси меня остаться».
Положив руку ей на шею, я притягиваю ее к своей груди,
Я не могу.
Она, возможно, подвергнется большей опасности, если поедет со мной, но если с ней что-то случится, пока я буду в Далласе, я тоже не смогу дышать.
Кармине удалось подтвердить, что Габриэль Марку провел ночь в своем доме в Техасе, и она услышала разговоры о крупной распродаже, которая состоится сегодня вечером в городе.
Это может быть правдой. Может быть ничем. Может быть подставой.
Но мы идем.
Мы привезём мужчин.
А когда мы приземлимся, нас на аэродроме будет встречать партия оружия.
ГЛАВА 102
Кэсси
Я промокаю щеки влажным бумажным полотенцем, прежде чем выбросить его в мусорное ведро.
Одежда, которую мне купил Ганс, на удивление дышит, но вечерняя жара в Техасе — это вам не шутки.
Отперев дверь, я выхожу из маленькой ванной и возвращаюсь в частный ангар для самолетов.
Я никогда раньше не летала на частном самолете, и хотя все места были заняты незнакомыми мне напряженными мужчинами, это было весело.
Мы были на полпути к Далласу, когда я поняла, что самолетом управляет Неро, и это немного насторожило, но я не могу придраться к его посадке.
Теперь все мужчины готовятся, а я стараюсь не мешать. Видимо, мы ждем, когда приземлится какой-то другой самолет, набитый оружием и всем таким. Я как-то отключилась, когда они говорили о деталях, но, похоже, Ганс знает парня, который их доставляет.
Не уверена, как мне следует относиться к дружбе Ганса с торговцем оружием, но — я смотрю через ангар на Ганса, проверяющего обойму своего пистолета — стеклянные дома и все такое.
Ангар по сути представляет собой одну гигантскую комнату с гаражными воротами, через которые может проехать самолет. На дальней стороне и сзади здания есть двери размером с человека, которые ведут к парковочным местам и в настоящее время открыты для поперечного ветра. Затем на этой стороне здания находится туалет, которым я только что воспользовалась, и еще две комнаты, которые, как я думаю, являются офисами.
Самолет, на котором мы прилетели сюда, стоит в середине ангара, а три черных внедорожника припаркованы напротив входа в ангар в полосе тени, которую дает здание. А сзади есть еще внедорожники, потому что все эти люди никак не поместятся в трех машинах.
Я иду по бетонному полу к Гансу.
Как только я подхожу достаточно близко, он
Если я окажусь в пределах досягаемости, Ганс меня коснется. И мне это нравится.
«Это займет еще около тридцати минут», — говорит он мне.
«Хорошо», — я провожу рукой по его груди, наслаждаясь тем, как напрягаются его мышцы под моими прикосновениями.
Другой рукой я достаю из одного из многочисленных карманов брюк хрустящую упаковку конфет.
Глаза Ганса загораются, и он протягивает одну из своих ладоней.
Я отрываю уголок пакета и высыпаю ему в руку конфеты Skittles. И он, не теряя времени, поднимает ладонь и кладет конфеты в рот.
«Почему они тебе так нравятся? Я видела коробку с ними в твоем бункере, а потом в каждом рюкзаке было по три таких». Я вытряхиваю горсть в ладонь и кладу её в рот, посасывая оболочку конфеты, чтобы получить максимум вкуса.
«Во-первых, это была безопасная комната, а не бункер». Ганс снова протягивает руку, и я насыпаю в нее еще. «Во-вторых, они хороши». Он отправляет Skittles в рот. «Я не помню, когда я впервые их попробовал или что-то в этом роде. Просто они мне всегда нравились. И они не тают».
Я достаю другой цвет и отправляю его в рот. «Они всегда были твоими любимыми?»
Ганс кивает, жуя. «Каждый Хэллоуин я обменивал свои шоколадные конфеты у Фрейи на ее Skittles. Она была жестким переговорщиком, поэтому мне обычно приходилось обменивать две на одну, но это того стоило».
Я улыбаюсь и шагаю к нему, прислоняясь к его телу. «Это приятное воспоминание».
Ганс обнимает меня, и мне это нравится, но примерно через пять секунд становится слишком горячо.
Я отталкиваю его и отступаю.
Он смотрит на меня сверху вниз, нахмурив брови. «Что случилось?»
«Ничего, — я обмахиваю лицо. — Мне просто немного жарко».
В ангаре не так душно, как снаружи на солнце, но все равно жарко.
Ганс кладет руку мне на спину и начинает вести меня к ближайшему внедорожнику.
Он поднимает подбородок, привлекая внимание мужчины, прислонившегося к переднему бамперу. И мужчина делает шаг вперед.
Ганс указывает на машину. «Ты можешь завести ее и включить кондиционер?»
Мои глаза расширяются от чувства вины. «Нет, Ганс, со мной все будет в порядке».
Другой мужчина игнорирует меня и кивает. «Могу».
«Ганс…»
«Бабочка». Его голос такой нежный. «Я люблю тебя».
Я таю.
«Ганс». Мой тон совпадает с его. «Я тоже тебя люблю».
«Тогда ты засунешь свою милую задницу на заднее сиденье и остынешь. Но оставь дверь открытой, чтобы я мог тебя видеть».
Открыть дверь, пока работает кондиционер, кажется самым расточительным занятием. Но когда капля пота срывается с моих волос, я решаю побаловать нас обоих.