Шрифт:
Райдо Витич
Гарон
Часть I Эльфийское проклятье
Г л а в а 1
— Он гарон, — таинственным шепотом сообщила Альбина. Наивные голубые глаза выжидательно уставились на сестру. Наверное, она ждала, что та как минимум заверещит от радости или отвесит челюсть от изумления. Увы. Разница в двенадцать лет сказывалась на взаимоотношениях и взаимопонимании отрицательно. Яна лишь бухнула в кружку ложку сахара и с нескрываемой иронией спросила:
— Это разновидность африканских макак?
Альбина обиженно поджала губы
— Ты озлобленная старая дева! — выпалила, наконец, Аля не в силах снести подобное равнодушие к своему душевному состоянию.
— Может и старая, но не дева и не озлобленная, а мудрая, — парировала Яна. — И поэтому мне, что Гурон, что гормон — ассоциация одна — энцефал.
— Это твой Валера — энцефал, а другие нормальные и очень приличные люди. Он бросил тебя семь лет назад, а ты до сих пор злобишься и при этом называешь себя мудрой. Не слишком ли скромно для неудачницы? — свирепо прищурилась Альбина.
Выглядело это смешно — шестнадцатилетняя чаровница с чуть вздернутым носиком, пытающаяся изобразить праведный гнев — надув губы, как первоклассница, и манерно щуря наивные глаза. `Мамины привычки', - отметила Яна и усмехнулась:
— Капризы для мальчиков оставь, ладно? И манеры светской львицы. Я не мама и не твой горбун — не силься.
— Он не горбун, а гарон! — выкрикнула девушка, приподнимаясь, и нижняя губа задрожала, как это бывало с Альбиной в детстве, от обиды и расстройства.
— Маленькая девочка, тебе опять куклу не купили? А ты хлопнись на пол и начни колотить по ковролину кулачками. Очень у тебя эффектно получалось…
Аля вскочила и вылетела с кухни, а Яна смогла спокойно перекусить. Она уже поставила чашку в раковину, как услышала хлопок входной двери. Сестра покинула дом, сгорая от негодования на зануду старшую сестру. Еще бы — душа, переполненная чувствами, срочно требовала жилетку для излияний, а черствая родственница отказалась от этой роли. Ну, как не посетовать?
`Ничего, найдет достойную кандидатуру из длинного строя своих подруг и к вечеру вернется', - подумала Яна. Ушла в комнату, включила телевизор и удобно устроившись, попыталась сосредоточиться на сюжете голливудского блокбастера. Том Круз показывал чудеса компьютерной эквилибристики и не впечатлял. Яна начала нервничать — тревога росла и ширилась, как цунами, рождая естественное раздражение: а почему она должна беспокоиться об Альбине? Почему не мамочка, приползающая домой в двенадцать ночи и уползающая в семь? Ах, да — она же работает, кормит их, одевает, оплачивает счета и не дает познать горести нищеты. Бутики, салоны красоты, шейпинг, деловые встречи, командировки, презентации, рауты, муштра служащих и любовников — как в столь плотный график воткнуть час на общение с дочками? Холодильник деликатесами завален? Шкафы эксклюзивными шмотками набиты? Вот и ладно. А остальное — по длинному списку телефонов прикрепленных на магнитную доску в прихожей: психолог, семейный доктор, адвокат, и даже гадалка — Зоя Юрьевна, которая за баксы любую карму снимет и любую ауру оденет. И еще масса подобных людей, которых Яна презирала и ненавидела. Марионетки в ласковых руках их матери — акулы сырьевого бизнеса —
Яна выключила телевизор и покосилась в сторону коридора: а что если прозвонить Каучавиучусу? `Артур, просто — Артур'…
Ей вспомнились его цепкие глаза аллигатора, залысина и тонкие губы, кривящиеся в приторно-сладкой улыбке. Не сыщик, а киллер. Может, действительно — по совместительству? Вот и пускай этого Гурона новообразовавшегося в жизни Альбины ликвидирует или просто поможет исчезнуть, как когда-то помог исчезнуть Валере. Наверняка мамуля ему, тогда, как хорошему спецу заплатила.
Яну подкинуло. Она встала и нервно заходила по комнате: Сволочи! Оба! И Галина Викентьева, ведьма старая, мясник-гинеколог. Теперь ни внепланового ребенка, ни зятя на шее. А что дочь любила, ребенка хотела — так это мелочь. Главное выгода. Экономия. На домохозяйку, охрану и няньку тратиться не надо — старшая за младшей сестрой присмотрит, а когда девочка вырастет, тогда пусть о личной жизни думает. Трижды сволочи!
`А вот не буду! Из принципа! Хватит того, что я ей памперсы меняла. С 12 лет нянчусь — хватит! Пусть сама теперь их меняет, и противозачаточные средства покупает и… Мне, в шестнадцать лет, подобного не дозволялось. Конечно — Алечка болеет, Алечку нужно к ортопеду, на ЛФК и консультации, потом к школе готовить, к репетиторам водить, в школу возить, в кружки и на сольфеджио….Я сестра или мать?!
Девушка глянула на часы и начала собираться на работу, больше не желая тревожить Каучавиучуса — пусть все идет, как идет. Вот принесет Альбинка в подоле, может тогда их мать очнется. В конце концов все, что происходит всегда к лучшему. Главное, в этом не сомневаться.
Работала Яна в банальной, второсортной парикмахерской не по нужде, а назло матери. Эту эскападу Алла Геннадьевна проглотила с трудом, и второй год пережевывала, пытаясь не подавиться. А Яна упрямо трудилась на благо своего самолюбия и категорически отказывалась брать у матери и тугрик. Бесконтрольность, самостоятельность и сохранение себя от материнского гнета — ради этого стоило идти поперек урагана имени госпожи Суриковой. А через месяц старшая дочь вообще из этой квартиры съедет, что тогда мадам делать будет? На кого младшую дочь кинет?
Яна толкнула дверь в парикмахерскую, помахала сменщицам, проходя в подсобку, маленькое, полуподвальное помещение. Настя Михайлова, напарница Суриковой уже прибыла и готовила себя к трудовому подвигу — курила, вальяжно развалившись в старом кресле.
— Привет, — угрюмо бросила Яна.
— Ага, — также любезно ответила Настя. — Чего смурная?
— А! Мелкие домашние неприятности.
— День сегодня такой, неудачный. По гороскопу смотрела — вроде время Черной Луны с одиннадцати вечера начинается, а у меня уже с утра. Тоже домашние неприятности: тостер сгорел, шампунь кончился, с Игорем поцапалась.
— Н-да-а, — протянула Яна, завязывая синий передник. — Пошли? Время-то два, девочка сейчас недовольство высказывать начнут.
— Не-а, народа нет, старик сидит, да малолетка, — затушила сигарету и от души потянувшись, одела фартук. — Пошли, правда. Да лицо попроще сделай, а то клиентов распугаешь.
— Я сегодня на мужских стрижках постою, ладно?
— В деньгах потеряешь, — проходя в коридор, предупредила Настя.
— Да мне горизонтально. Настроение — съела бы кого-нибудь. Мне сейчас новобранцев самое то обслуживать — стричь под ноль.