Гаs
Шрифт:
А она вряд ли поняла бы его.
Потому что не уезжая и не теряя, нельзя понять радость возвращения и обретения.
Нельзя понять, что опьянение городом возникает только после долгой с ним разлуки.
Но тем не мене, он всегда мечтал о том, чтобы Вероника была рядом. Не там – в тундре, где ей не место, а здесь, в Питере, когда он с полными карманами денег возвращается в город с далекого Таймыра.
Как-то он пришел на вечеринку к Пузачёву. Был его Пузачева День Рожденья. Он опоздал. Пришел на час позже
Еще на лестнице было слышно, как в квартире гремела музыка.
Он снял пальто и бросил его на пол, потому как вешалка и так была беременна двумя десятками курток и шуб. Сунул в руки пьяному Пузачёву бутылку дорогого коньяка и холодный с улицы прошел в гостиную. Там была она.
Сухинин выпил предложенную штрафную, какая-то девушка заботливо наполнила его тарелку шпротами и оливье. Выпитый коньяк и квартирное тепло разогнали разбушевавшиеся старые дрожжи, и он опьянел. Сильно поплыл головой. По кругу, по спирали, по диагонали, потом вверх и вниз…
Та девушка, которая подкладывала ему оливье, пригласила Сухинина на танец.
Скупой мужской слезою рыдал медленный Род Стюарт. И не дожидаясь, покуда музыка доиграет, Сухинин вдруг резко разорвал кольцо нежных рук, сомкнувшееся у него на затылке и побежал рыская по закоулкам квартиры, побежал искать её. А как известно, кто ищет, тот находит.
И он нашел.
В v-образном развале её белых нежных стройных ножек увидал грубую жопу…
Жопу Пузачёва.
Интересно!
Некоторые считают, что фактически пережив своего врага, они тем самым как бы совершают акт мести… Но разве так? Разве это правильно?
– Знаешь, как по французски расшифровывается Тэ-Жэ-Вэ? Думаете, "Тран Гранд Витэсс"* – Бакланов с задорной подковыкой поглядел на Сухинина и Веронику, – на самом деле это расшифровывается, как "Тран де Гранд Вибрасьён"** Сказал, и сам засмеялся своей шутке.
Сноски:* Tran Grand Vitesse – Высокоскоростной поезд ** Tran Grand Vibration – Поезд большой тряски Хотя, едучи от Парижа до Марселя, Сухинин особой тряски не почувствовал. Зато почувствовал невидимые лучи, что исходили от тела и лица Вероники. А сама Вероника совершенно по-детски спала в своем кресле, спала наклонив свою белокурую головку на выступ подголовника. Губы ее были слегка разомнуты, и Сухинин, вглядываясь в ее лицо, казалось даже видел потоки воздуха. Холодные, втягиваимые ею со вздохом, и теплые, исходящие из её лёгких при выдохе.
Шиза, – подумал Сухинин и принялся глядеть в окно.
Бакланов не спал. Он все время нес какую-то чепуху.
– Знаешь,
– Боишься помереть, – усмехнулся Сухинин.
– Боюсь не помереть, а боюсь остаться привязанным к креслу каталке инвалидом, – парировал Бакланов.
– Наверное, до старости трахаться хочешь, – снова усмехнулся Сухимнин.
– Именно хочу, – кивнул Бакланов, – потому что лучше трахаться, так как в этом есть истинное качество жизни, чем жить иллюзиями и онанировать, как ты.
– А я понял, что означает фамилия Бакланов, – сказал Сухинин.
– Ты уже говорил, – отмахнулся Бакланов, – ты говорил про своих зэ-ка.
– Нет, я и без моих зэ-ка сам понял, – сказал Сухинин, – бакланить, это молоть всякую чепуху, вроде тебя.
Они замолчали и сохраняли молчание вплоть до самого arrivait.
Глава 5
Yellow River Он окликнул меня. Я не обернулась. Не обернулась, потому что не оборачиваюсь на окрики вроде "эй ты" или "постой, девушка". Хотя, а как он еще должен был меня окликнуть, если не знал, как меня зовут? Заорать типа "эй, девушка из вагона метро, о попу которой я так привык отираться"?
Вобщем, он догнал меня, когда я уже спустилась в переход, догнал и схватил за локоть. Я даже перепугаться толком не успела. А он – герой. Он так самоотверженно бросился меня догонять, что даже машину свою не закрыл.
Сперва он минут пять извинялся, потом минут пять уговаривал поехать с ним…
Смешная история. Сперва испытываешь к человеку брезгливое равнодушие и подозреваешь его во всех тяжких, потом проявляешь какое-то любопытство…
Неужели и правда, все браки и все любовные альянсы предопределены на небесах?
Все-таки мы бабы народ одинаково бездарно глупый и дешевый. Уговорил он меня сесть к нему в машину. Потому что с утра, какой женщине не захочется подремать на мягком теплом сиденье иномарки, нежели стоймя трястись в переполненном вагоне метро и еще бегать по этим длинным коридорам на станциях пересадок?
Уговорил.
И где она наша патентованная осторожность?
Сама же поперву подозревала его в том, что он чуть ли не сексуальный маньяк, а теперь по доброй воле без принуждения села к нему в машину! Никакой рассудочности нет у бабы! Никаких мозгов, одни только чувства и эмоции.