Гедеон
Шрифт:
— А ты рад, Карл? — спросил юный священник.
Но откуда он знает Карла? Разве такое возможно? Откуда ему все известно? Что такое странное слышится в его голосе! Фамильярность? Нет, нечто большее. Дружелюбие? Нет, не то. Намек на интимную близость, поняла Аманда, вот что. Но почему? Почему?
Карл потряс головой, словно пытаясь отогнать ночной кошмар.
— Не может быть! Нет, нет… это невозможно… — хрипло и отрывисто пробормотал он.
Аманду поразило выражение его лица. На нем явственно читался ужас. Неподдельный, ничем не прикрытый ужас.
— Ты
— Ты видел кого-то и подумал, что это я, — сказал священник. — Кого-то без лица.
— Карл, объясни, что происходит? — взмолилась Аманда. — Прошу, скажи мне!
— Кто ты? — воскликнул Карл, обращаясь к священнику.
— Тот, кто нужно, — торжествующе ответил он. — Могу стать кем угодно.
Выражение его лица стало меняться. Из умиротворенного и спокойного оно стало чувственным. Каким-то образом черты смягчились, поза тоже стала другой — спина по-кошачьи грациозно изогнулась. Глубокий и звучный голос стал мелодичным и соблазнительным.
Аманда поняла, что он не просто хорош собой. Во всяком случае, не юношески привлекателен, как она думала раньше.
Он был красив.
— Не может быть! — выдохнул Карл.
— Может, — произнес священник. — Поверь мне, Карл, еще как может!
Теперь он повернулся к отцу Патрику, который застыл у края скалы.
— Вы считаете, что Бог спасет тех, кто верит? — спросил юноша священника и, когда тот кивнул, продолжил: — Тогда готовьтесь к спасению.
Из складок облачения молодой священник вытащил полуавтоматический пистолет, но Карл опередил его. Он прыгнул, испустив животный крик, дикий вопль лютого зверя, полный ненависти и ярости.
Он кричал всего лишь одно слово, когда бросился на священника, пытаясь дотянуться до пистолета, спасая саму жизнь. Он кричал:
— Тонни!
То-о-н-н-н-н-и-и-и!!!!
Аманда увидела, как выстрел ушел мимо, лишь чудом не задев отца Патрика, и поначалу подумала, что Карл сошел с ума. Но когда она присмотрелась, все стало ясно. Она поняла, что происходит, глядя, как Карл и человек в одежде священника тяжело рухнули на землю, крепко обхватив друг друга руками. Как в ту пору, когда они были любовниками, вдруг дошло до Аманды, и у нее перехватило дыхание.
Жестокая схватка без правил велась не на жизнь, а на смерть. Тонни почти не уступала Карлу — ростом почти метр восемьдесят, жилистая и сильная. К тому же она была закаленным бойцом. Все ее гибкое тело находилось в постоянном движении — удар ногой, еще один коленом в пах, пальцы давили на глаза Карла, а зубы впились в запястье. Аманда беспомощно стояла рядом с отцом Патриком, наблюдая, как эти двое катаются по узкой площадке на вершине скалы, пытаясь завладеть пистолетом, ругаясь, рыча и отплевываясь. Постепенно сползая все дальше. К самому краю пропасти.
Аманда окликнула Карла по имени, испугавшись, что он и эта ужасная женщина сорвутся вниз, слившись в последнем объятии. Испугавшись, что она его потеряет.
Наконец Карл обвил горло Тонни рукой.
Она быстро нагнулась и подняла его. Никогда раньше Аманда не держала в руках заряженное оружие. Такое холодное и на удивление тяжелое. Девушка стояла как зачарованная, ощущая вес пистолета, по которому скользили синие солнечные блики. Все вокруг, казалось, происходит как при замедленной съемке. Вот Карл и Тонни понимают, что оружие у нее… вот они, израненные и окровавленные, поднимаются на ноги, тяжело дыша… а вот стоят, не отводя от Аманды взгляда.
И не только они. Аманда вдруг почувствовала, что сама словно наблюдает за собой со стороны. Потому что это не она стоит на скале, сжимая в ладонях орудие смерти. Не происходит ничего страшного. Совсем ничего.
К сожалению, ей пришлось вернуться к реальности.
— Аманда, пристрели ее! — скомандовал Карл. Он говорил ровно и без эмоций. — Не сомневайся и не думай. Просто пристрели ее, и все!
— Предохранитель снят, Аманда, — подсказала Тонни услужливо, в ее прямом взгляде не было страха. — Тебе нужно только прицелиться и нажать на спуск.
— Стреляй же, — настойчиво повторил Карл. — Ну давай!
Аманда подняла пистолет и направила его на женщину, держа перед собой, как будто отгоняя дикого зверя. Руки ее дрожали, и оружие дергалось из стороны в сторону. Колени Аманды подкашивались. Она попыталась что-то сказать, но не смогла произнести ни слова.
Тонни шагнула вперед, из ее разбитого носа лилась кровь.
— Смелей, Аманда, — подзадорила она насмешливо.
Бесстрашная хищница из семейства кошачьих, даже сейчас, с разбитым лицом, в грязной изодранной одежде, она излучала необыкновенную сексуальность, перед которой невозможно было устоять.
— Покажи, как ты умеешь стрелять. Один хороший выстрел — и все.
Аманда услышала какое-то бормотание у своего локтя. Отец Патрик читал молитву. Надо же, она совсем забыла о том, что он рядом.
— Пристрели ее, Аманда! — в отчаянии закричал Карл. — Стреляй, иначе она убьет нас всех! Точно так же, как прикончила супругов Ла Рю, Шанахоффа, Гарри, Мэгги и эту бедную невинную девушку, которую я нашел в ее квартире!
— Она не была такой уж невинной, — проворковала Тонни, медленно проведя языком по нижней губе.
— Аманда, она не человек! — продолжил Карл, тоже приближаясь на шаг к поднятому пистолету. — Она профессиональная убийца. Наемница. Жестокий зверь. Стреляй!
Палец Аманды плясал на спусковом крючке. Он дрожал. Рука девушки занемела. Пистолет качался из стороны в сторону.