Гекатомба
Шрифт:
– Странно, что домашний молчит, - с нотками тревоги в голосе заметил Звонарев.
– Аглая обычно в это время дома и...
– Юра, ты, это... извини...
– внезапно смущенно перебил его Славик. Я эту бандуру включить забыл. Ну что делать: одно слово - бывший прапорщик!
– тяжко вздохнув, состроив при этом комичную рожицу, констатировал Горин.
– Да ладно прибедняться, - засмеявшись, махнул рукой Звонарев.
– Вон мэр наш - тоже бывший, из той же самой обоймы. Так что у тебя все впереди.
Стоило Горину включить телефон, как он тут же возмущенно запиликал.
– О, вишь, обрел, гад, дар речи! Вот что значит родная милиция -Краснознаменная
– Я тут один сижу. Почему тогда "ждем"? Ну, со мной тут еще...
– увидев энергично запротестовавшего Юрия, закончил: - ... пара-тройка зелененьких чертиков. Давай...
– Фу-у-у, - облегченно перевел дух Горин.
– После этого надо выпить.
– Он укоризненно глянул на Звонарева: - И что он обо мне подумает? Скажет, сдал за графин водки уголовке.
– Не переживай, - не согласился с ним Юра.
– Я Димыча сто лет знаю, его временами корректировать необходимо, а то занесет на каком-нибудь повороте и останется его жена молодой вдовой - тьфу! тьфу! тьфу!
– не дай, Бог!
– Юрий выразительно и громко постучал подереву.
На звук незамедлительно материализовался официант и застыл, выжидая.
– Все нормально, спасибо, - слегка заплетающимся языком заверил его Славик.
– Нам у вас очень нравится, все - класс! Вокруг - настоящее дерево, очень полезно для здоровья. Спасибо.
Официант понимающе улыбнулся и молча удалился.
– Юрась, может, я пойду?
– скривился Горин.
– Твой Димон, он ведь... того...
– Славик красноречиво покрутил пальцем у виска.
– ... Контузия, опять же это... натура творческая, эмоциональная. Стрелу я вам забил, а за корриду, между прочим, базара не было, - Славик отрицательно покачал пальцем перед лицом Звонарева.
– Когда он обещал быть?
– спросил Юра.
– Сказал, дома телефон не отвечает. Сейчас заскочит, жену проведает и приедет.
– Ладно, Славик, если не хочешь, оставляй меня одного на растерзание этого щелкопера.
– От спасибо, от выручил!
– оживляясь, несказанно обрадовался Горин. По последней? Юр, ты пойми, - рассуждал он, разливая водку, - я к Димке очень хорошо отношусь. Тем более, как никак - а мы единственные, кто в этом городе инопланетян встречал...
– Кончай, Славка, - невольно засмеялся Звонарев, - я этот бред уже однажды от Мишки Жаркова слышал.
– Почему бред?!
– неожиданно взвился Славик, лицо которого приняло крайне обиженное выражение.
– Да вы тогда столько выпили, что вам не то что инопланетяне, Синопский наследник собственной персоной мог померещиться!
– Ни черта подобного!
– не унимался Горин, все больше и больше распаляясь.
– Были! И баба с ними была!
– Это что-то новенькое, - пуще прежнего засмеялся Юрий,
– Надеюсь, ей вы местный самогон не предлагали?
– Ты шо нас вообще за конченных аборигенов считаешь? Мы ей лучшее, что у нас было, налили - стакан "Смирновской", между прочим, настоящей.
– Да-а, - качая головой протянул Звонарев, - с такой "дозаправкой" она бы точно в космос улетела - беспосадочный перелет с Земли на Альфа Центавру. Или откуда они там родом-то были?
– С Сириуса, - хмуро отозвался Славик, поднимаясь.
– Не хочешь - не верь, но они прилетали.
– Пойдем провожу, контактер ты мой...
– усмехнулся Звонарев, тоже поднимаясь из-за стола.
Вдвоем они вышли на улицу, предупредив Гургена, что Юра минут через пять вернется и стол убирать не надо, лишь поменять один прибор, ибо сейчас должен подъехать друг. На улице продолжал моросить мелкий дождь, навеваший тоскливые, грустные мысли. Мужчины, не сговариваясь, зябко поежились и передернули плечами.
– Ну, я потопал, - протягивая руку для прощания, проговрил Горин. Димке привет и пусть зла на меня не держит. Для него же, дурака, стараемся.
– И он с какой-то отчаянной надеждой абсолютно трезвыми глазами в упор посмотрел на Звонарева: - Ведь, правда, а, Звонарь?
– Честное пионэрское!
– шутливо откликнулся тот, дружески притянув Славку к себе и прижимая, при этом хлопая его по спине.
– Не переживай. Я ему все объясню. Обещаю.
– Я надеюсь, - буркнул Горин и, не оборачиваясь, быстро зашагал по тротуару к автобусной остановке.
Но в какой-то момент ему вдруг непременно захотелось обернуться. Он не мог толком объяснить причину внезапно возникшего беспокойства. Только знал, что надо остановиться и обернуться, а еще лучше - вернуться. Слава на миг даже замедлил шаг, но сидящий внутри каждого из нас демон противоречия положил конец и поставил точку его сомнениям.
– Домой, домой, домой, - пробормотал он, ускоряя шаг.
– домой и в люлю...
Поворачивая за угол к остановке, он обратил внимание на обогнавшие его "жигули", матово блеснувшие в свете тусклого фонаря белой краской. Горин профессиональным взглядом окинул машину и в голове тотчас включился "бортовой компьютер", на ходу придумывая пять-десять вариантов и версий, с помощью которых можно "тормознуть и навариться". "Кажется, та самая машина, которая...". Домыслить ему не удалось, так как сзади раздался топот ног и крики. Славик напрягся и, приготовившись к нападению, резко развернулся, стараясь спиной прижаться к стене. Но почти сразу узнал вынырнувшего из темноты официанта, который прислуживал им со Звонаревым в кафе. Он успел уже промокнуть, но Славика поразила несвойственная смуглому цвету кожи мертвенная бледность его лица и широко распахнутые, с выражением ужаса и смятения, глаза. Пытаясь унять озноб и дрожь, он, заикаясь и шумно дыша, с ярко выраженным от волнения акцентом, проговорил:
– Там... ващево... Ващево... убылы...
– Что-о?
– наклоняясь кнему и стараясь расслышать за шумом дождя, переспросил Славик.
Парень испуганно отшатнулся и дрожащими губами выдавил:
– Георгия убили. Там...
– Что ты несешь?!
– заорал Горин, отталкивая его и кидаясь назад к кафе. Срывая напрочь голосовые связки, матерясь, он оглушил темную, запотевшую дождем улицу своим отчаянным криком: - Звона-а-арь!
Напротив входа в кафе столпились люди. Вероятно, посетители и персонал. Кто-то предусмотрительно раскрыл зонт над тротуаром. Растолкав всех, Славик склонился над лежащей у входа фигурой. Ошибки не было - Юрка Звонарев.